Кто делает добрым человека

Повод для этой публикации был совершенно другой, но тоже приятный: написать о хорошем человеке. Встретил как-то старого знакомого по Днестровску, и он укорил меня в том, что наша газета всё-таки мало пишет о людях хороших. 

 

 

P1040655«Ты даже не знаешь, сколько их вокруг нас. Мир на них держится, поэтому их надо не просто регистрировать, а прославлять в стихах и песнях, просто передавать простые житейские легенды из уст в уста.

Могу дать первую наводку – водитель маршрутки Тирасполь-Днестровск. Кто из постоянных пассажиров на этом маршруте не знает Гиви? Самый добрый, самый уважаемый водитель. Никого не обидит, со всеми вежлив, а если нет денег, подвезёт бесплатно. А какая у него семья – каждый может позавидовать! Кстати, с ним работают на маршрутках два его сына…»

Для меня, бывалого журналиста, вполне достаточно этой информации, чтобы пойти на поиск телефона и адреса Гиви и договориться о встрече. Мне так повезло, что редакционным шофёром оказался Михаил Дмитриевич, живущий тоже в Слободзее и хорошо знающий улицу Советской Армии – место проживания Гиви. Без особых затруднений мы нашли дом под №45. Позвонили, представились. Буквально через несколько мгновений из соседнего дома вышли двое мужчин: старший – потемнее, подумал я, Гиви, младший – посветлее, предположил я, сын Денис. После знакомства, так и оказалось: сын с отцом.

Хозяин приглашает нас в дом, знакомит с женой Лидией Фёдоровной. Конечно, моих новых знакомых взволновало внимание республиканской прессы. Поэтому они очень серьёзно отнеслись к нашему визиту, сразу показали паспорта, чтобы не вышло какой неувязки, фамилия слишком непривычная для здешних мест. Я фиксирую в своём блокноте строго по паспортам: Гиви Байрамович и Лидия Фёдоровна Авкопашвили. Задаю первый вопрос: как грузин на этой земле обосновался? И они наперебой рассказали мне свою житейскую историю. Наивную, смешную, но добрую по своей сути.

Гиви служил в Тирасполе с 1974 года, потом его перевели на запасной аэродром у станции Новосавицкая, что в двенадцати километрах от Слободзеи. Во время увольнений, конечно, Гиви посещал Слободзею, где была хорошая дискотека. Здесь и познакомился с Лидой, поварихой из столовой местного ПУЖКХ, словоохотливой и бойкой. Бывало, что Гиви в самоволку прибегал к ней за 12 вёрст…

– Не знаю, чем я приглянулась Гиви, но он так бегал за мной, – вклинивается в наш разговор Лидия Фёдоровна. – А я от него бегала…

И тут мне было просто не удержаться от вопроса:

– И всё-таки он вас догнал?

– Ещё и как догнал! И не жалею. Хорошую семью создали. Восьмерых детей нарожали: две девочки и шестеро пацанов. Был девятый сын Виктор, приёмный. Гиви дал ему свою фамилию и отчество, воспитали, на ноги поставили… В 37 лет, в день своего рождения, пошёл с друзьями на рыбалку на Днестр и утонул, троих детей оставил…

Мне невольно приходится нарушить возникшую тягучую паузу: «Но жизнь продолжается…».

– Да, жизнь продолжается, – сдержанно вступает в разговор Гиви Байрамович. – В большой семье всегда происходят какие-то движения, события: то день рождения, то свадьба, то появление на свет нового человека… У нас, с моей любушкой, уже тринадцать внуков и правнуков. Это ж какая радость! – он гладит внука Артёма, примостившегося у деда на коленях. Через два месяца малышу исполнится два года. Он только учится говорить. У него хорошо получается единственное вопросительное слово «где?». Он употребляет его к месту и как бы между прочим, и этим вызывает улыбку.

– Вот один из наших никак не хочет жениться, а ему уже далеко за тридцать… Это как же? Появиться на свет и после себя никого не оставить? Прокоптишь зазря небо, оно тебя к себе не примет, – с грустью констатирует Гиви Байрамович.

– Да, все мы разные на этом свете, – поддерживает разговор жена. – Большая семья, казалось бы, одни и те же родители, а дети все разные… От государства мы мало какую помощь получали. До всего доходили сами, своим трудом. Единственное благо – многодетная мать пенсию получила до срока… А так – ничего. Сгорела крыша, сами восстановили. Дети подросли, семьями стали обзаводиться, всем жильё понадобилось. Гиви продал четырёхкомнатную квартиру, работал на Сахалине с тем, чтобы помочь каждому. Гиви – человек заботливый. У нас большое хозяйство – корова, бычки, свиньи, куры… Не помню, чтобы хоть раз на меня поднял руку, порой прикрикнет, но рукам волю никогда не давал, к детям относился всегда с особым трепетом и любовью. Когда ходила беременная, так он никогда не позволял мне поднимать даже ведро воды, чтобы не навредить моему здоровью и будущим детям…

Смотрю на Гиви Байрамовича и Лидию Фёдоровну – оба на пенсии, но совсем молодые, и не верится, что у них восемь детей, девять внуков и четыре правнука. Это ж какое животворящее семейное древо! Оно было посажено 14 февраля, сорок лет назад! Кажется, тут всё шло по уплотнённому житейскому графику. Когда же я заикнулся о том, чтобы меня посвятили в семейные секреты, они не мудрствовали лукаво и умниками ну никак не хотели передо мной предстать. Были предельно лаконичны в своих суждениях: в счастливой семье царствуют любовь и взаимное доверие. А «цементируют» семью дети – плоды взаимной любви! Высокопарно? Но это так, а не иначе! И семья делает добрым человека.

Пытаюсь выправить ситуацию, поскольку первичной мотивацией нашей встречи всё-таки был «хороший человек Гиви». По правде сказать, мы уже основательно вторглись в его жизнь и поняли, что он действительно замечательный, и его работа представляет особый интерес. Когда мы завели об этом разговор, он уважительно вспомнил Тимофея Ткачука, директора «Авторемзавода», который даёт работу ему, двум его сыновьям и многим другим людям. По его мнению, выходит, каким должен быть предприниматель или хороший руководитель: нашёл для себя работу, создай возможность трудиться другим.

Мы долго беседовали о работе Гиви Байрамовича. Скорее всего, это были не вопросы, а пересказ оценок в его адрес. Мне известно, например, что он бескорыстный человек, что он может подобрать человека на дороге и довезти его до места, порой без всякой оплаты. Его коронная фишка: «Ты сел в мою маршрутку, значит, мы едем». Нет никакой ссылки на то, есть ли у тебя деньги.

Нашему читателю, наверное, не раз приходилось наблюдать, как отдельные чванливые водители маршруток отсылают бедных куда подальше: «Нет денег, шуруй пешком!».

У Гиви на этот счёт своя точка зрения: «Жизнь, как бы мы этого ни хотели, нельзя втиснуть в строгие рамки. Поэтому я всегда вхожу в положение детей, больных, солдат, стариков. Им надо дать возможность понять и поверить: в мире всё-таки существует добро. Тогда я исхожу из принципа: сегодня им помог я, завтра они, по возможности, помогут мне. Добро, говоря языком шофёра, – многостороннее движение». Как не прислушаться к совету доброго человека!

 

НИКАНДР ЕЛАГИН.