Эдуард Косовский: Политика не должна преобладать над экономикой

Председатель  Приднестровского республиканского банка рассказал нашей газете о нынешней ситуации с валютой, о том, поможет ли кредитное предложение «Агропромбанка», а также о том, как сдержать рост цен в случае девальвации.   

 

 

 

OLYMPUS DIGITAL CAMERA– Эдуард Александрович, в конце марта ПРБ опубликовал  план мер, направленных на стабилизацию валютного рынка. Что в этом плане основное?

– Вы знаете, я сразу скажу: эти меры не решат самую главную проблему – создавшуюся диспропорцию между спросом и предложением иностранной валюты в нашей республике.  Они могут только смягчить последствия дисбаланса. Но это все равно, что лечить серьезную болезнь обезболивающей таблеткой. Да, симптомы где-то снимем, но причину не устраним.

– Из-за чего у нас сложилась диспропорция на валютном рынке? 

– Основная причина – это нарушившееся равновесие между поступлением валюты в Приднестровье и оттоком ее из республики. Поступления сокращались, а отток в последнее время только увеличивался.

Проблема, я бы сказал, имеет довольно древние корни – она состоит в чрезмерной монополизации и слабой диверсификации нашей экономики еще со времен СССР. Иначе говоря, наше экономическое здоровье практически полностью зависит от работы двух-трех крупных предприятий. И если, не дай Бог, для кого-то из них ухудшаются условия на внешних рынках, «чихает» вся экономика. Приднестровье здесь чрезмерно уязвимо.

В том, что нам не удалось за 25 лет диверсифицировать экономику, есть, конечно, и объективные причины. Для этого нужны были очень большие вложения. Собственных денег в республике не было – почти все средства шли и идут на текущее выживание. Что же касается инвестиций, то вы понимаете, что мало кто согласится вкладывать серьезные деньги в экономику непризнанной республики.

– От работы какой отрасли мы больше всего зависим?

– Мы сейчас – копия России в уменьшенном размере: Россия сидела и сидит на «нефтяной игле», а мы – на «игле электроэнергии». Электроэнергия Молдавской ГРЭС – это сегодня 40% экспорта нашей страны. И стоит здесь прекратить поставки или уменьшить их объем, или снизить цену,  и последствия будут колоссальными. Вплоть до того, что сложно будет купить критически важный для ПМР импорт – лекарства, продовольствие.

В нынешнем году с 1 апреля мы получили уменьшение экспортных цен на электроэнергию почти  на 30%. Как восполнить выпадающие валютные поступления и удержать баланс? Здесь нужны какие-то масштабные долгосрочные вложения, кредиты, но пока никто не спешит нам их давать. Либо тогда надо производить корректировку курса.

– На заседании банковского совета ПРБ еще 25 марта «Агропромбанк» сделал предложение о предоставлении кредита. На сегодняшний день оно отвергнуто или находится в работе?

– Оно в работе. Но я хочу вновь сказать – оно не решит кардинальных проблем. Речь идет только о краткосрочном решении, о переносе проблемы на некоторое время.

Как известно, предлагается кредит в размере 10 миллионов долларов на срок в 5 месяцев. Срок очень короткий. И спрос на иностранную валюту сегодня таков, что сумма предполагаемого займа решит проблему разве что в пределах одних торгов Центробанка.

Между тем, чтобы получить этот кредит, нужно выполнить несколько условий. Одно из них – оптимизация размера таможенных пошлин на ряд продовольственных товаров – не в компетенции ПРБ. Это прерогатива Правительства. Насколько я знаю, по этому вопросу создана межведомственная комиссия.

– То есть кредит «Агропромбанка» – это та же таблетка, которой мы пытаемся лечить тяжелобольного?

– Знаете, в долгосрочном плане такая таблетка навредит. Если курс останется неизменным и никто нам не даст бесплатно денег, вернуть кредит будет невозможно. И через пять месяцев Приднестровский республиканский банк может стать заложником своих обязательств.

Возвратить кредит можно только в одном случае – на торгах валюту не продавать, а накапливать деньги. Однако тогда какой смысл его брать?

– Эдуард Александрович, а были ли обращения к России с просьбой помочь поддержать курс нашего рубля?

–  Конечно. Но Вы видите сегодняшнюю ситуацию в самой России. Знаете, что на неофициальном уровне говорят мне российские чиновники? Они говорят: слушайте, у нас народ уже живет хуже, чем в Приднестровье, а вы хотите, чтобы мы дали вам помощь и чтобы вы дальше процветали?

Если не брать в расчет Москву, то в ПМР зарплата сейчас выше, чем в среднем по России. А посмотрите на среднюю зарплату в Молдове и на Украине. При этом у нас значительно ниже и стоимость коммунальных услуг.

Пока в Приднестровье импорт и экспорт были сбалансированы, мы могли себе позволить жить так, как жили в последние годы. Однако сегодня решающим фактором стало почти 30%-е снижение цены на электроэнергию. На нынешний момент счет текущих операций платежного баланса (даже с учетом того, что мы не платим России за природный газ) составляет уже минус 82 миллиона долларов. Поэтому  10-миллионный кредит здесь ситуацию не спасет.

– Получается, что мы с Вами подходим к вопросу о девальвации. Насколько, по Вашему мнению, все-таки нужно девальвировать приднестровский рубль?

– Первоначально наш расчет был таким – установить границы валютного коридора в пределах 14-16 рублей за доллар. Однако после получения дополнительных данных от Правительства мы предложили коридор на уровне 12,25 – 12,75 рублей. Это компромисс.

Из чего мы исходим? Да, при таком валютном коридоре у Центробанка никогда не будут накапливаться резервы, то есть мы станем работать «с колес».  Девальвация достигнет примерно 10%, но при этом мы считаем возможным удержать инфляцию, то есть рост цен, в пределах 5%.

Для этого все ветви власти должны работать в одной упряжке. Должны быть выполнены следующие условия: не повышать тарифы на коммунальные услуги, также, возможно, нужно расширить перечень социально значимых товаров, на которые регулируются цены. И третье – должна быть социальная ответственность бизнеса, в первую очередь крупного.

Сегодня мы фактически вернулись к практике 1998 года, когда на бумаге был один курс, а на рынке – другой.  Это обман народа. На бумаге курс у нас стабилен, но через цены девальвация уже произошла – они на ряд товаров повысились. И чем дольше болезнь продолжается, тем большим будет срок выхода из нее.

– Решение об обязательной продаже предприятиями-экспортерами 7%  валютной выручки – что оно принесет?

– Знаете, на самом деле это фактически налог на бедных в пользу богатых. То есть наши экспортеры, которые с трудом зарабатывают эту валюту, должны будут в ущерб себе отдать ее импортерам. Вот как выглядит ситуация.

– На Ваш взгляд, сегодня нужно что-то изменить в полномочиях ПРБ?

– Мы, наверное, единственный центральный банк в мире, не имеющий полномочий оперативного принятия решений. В том числе и касающихся  курсообразования. У Центробанка всегда должны быть сбалансированы ответственность и права. На нас же лежит большая ответственность, а вот полноценных прав и полномочий нет. Это основная проблема.

То, что связано с профессиональными финансовыми и экономическими решениями, у нас в республике выносится на политический уровень, то есть политика преобладает над экономикой. И якобы «заботой о народе» мы здесь этим наносим только вред.

– Эдуард Александрович, в республике за последние 4 месяца резко упали золотовалютные резервы – только в декабре они уменьшились на 12,5 миллиона долларов. Как я понимаю, это было связано и с возвратом задолженности пенсионерам.

– Да. Люди просто перевели часть полученных денег в валюту. ПРБ тогда сделал многое, чтобы удержать ситуацию, проводил интервенции, что, несомненно, сократило объем  золотовалютных резервов государства.

– И последний вопрос. Если все-таки Верховный Совет признает аргументы ПРБ разумными и произойдет 10% -я девальвация нашего рубля, вернут ли, в свою очередь, долги бюджетникам?

– Естественно. Девальвация даст дополнительные деньги в государственную казну, которые можно будет направить на возврат оставшейся задолженности 2015 года.

Сегодня мы часто слышим заявления – если и проводить девальвацию, то только после выплаты долгов. На самом деле это значит, что выплаты долгов не будет никогда. Потому что при нынешнем курсе рубля деньги в бюджет не поступят – напротив, продолжится падение доходов. К сожалению, это объективный факт.

 

 

За 2015 год объем денежных переводов в ПМР сократился на 58,5%, составив 80,3 миллиона долларов. В январе нынешнего года падение продолжилось.

Учитывая, что основной объем валюты перечисляется из России, где ожидается дальнейший спад, специалисты ПРБ не исключают снижения годовой суммы частных переводов, идущих в ПМР, еще на 20-25%.

 

 

 

Беседовал

Владимир Горский.