Дорога памяти в 12 тысяч километров

Трудно снова пройти дорогой памяти в 12 тысяч километров. Примерно такое расстояние нас отделяет, а, скорее всего, соединяет с Кубой.

 

Вот уже несколько лет в республике действует республиканская общественная организация «Приднестровское общество дружбы с Кубой» (РОО «ПОДК»), которая многократно повторяет этот путь туда и обратно и на этом пути множит добрые дела. Чего стоит проект «Память павшим на Кубе»!

Напомним, что в 1978 году, к 60-й годовщине Вооружённых Сил Советского Союза, под Гаваной, в местечке Эль-Чико, был сооружён мемориальный комплекс в честь советских военнослужащих, исполнявших интернациональный долг на Острове Свободы. На его торжественное открытие 23 февраля прибыл министр обороны Кубы Рауль Кастро Рус. Он и зажёг Вечный огонь, пламя которого горит до сих пор. Не угасал этот огонь и в самые трудные годы распада Советского Союза, и разрыва экономических связей. Со времени открытия Мемориала военные церемонии отдания почестей нашим воинам проводятся здесь ежегодно 23 февраля, 9 Мая и 7 ноября – в самые значимые для СССР праздники.

В период с 1962 по 1964 год 69 советских военнослужащих погибли или умерли при различных обстоятельствах, в том числе и при спасении людей во время сильнейшего тропического урагана «Флора», пронёсшегося над островом Куба осенью 1963 года, а также в ходе боевой подготовки, от несчастных случаев, болезней. Захоронение погибших проводилось в основном в районе населённого пункта Торренс.  С 1965 года погибших отправляли в цинковых гробах самолётами. Кто-то, возможно, знает их число. Там же не велись боевые действия, утверждают наши оппоненты, которые считают нас воинами-интернационалистами второго сорта…

Руководство Кубы, при поддержке Главнокомандующего Фиделя Кастро, решило к 60-й годовщине советских Вооружённых Сил создать мемориал, посвященный советским воинам-интернационалистам.  За короткий срок недалеко от старого кладбища воздвигли самый внушительный мемориальный комплекс. На его территорию со старого кладбища с почётом перенесли останки всех советских воинов.

Работая над проектом «Память павшим на Кубе», мы тоже узнали много неизвестного.  В том числе и правду о гибели нашего земляка, захороненного на этом мемориале.

Некоторыми подробностями о гибели наших воинов во время кубинского урагана «Флора» поделился В. Забегалин в книге «У опасной черты» (Одесса, «ВМВ», 2007). В его свидетельстве, конечно, не вся правда. Но от того, что он поведал, стынет кровь.  Основной удар стихии пришёлся на восточные районы Кубы, где размещались четыре дивизиона зенитно-ракетного полка под командованием полковника Г. Ржевского. Самое неудобное расположение было у дивизиона под командованием подполковника Евгения Пронского. Посредине дислокации дивизиона пролегал глубокий овраг, разделявший зенитно-ракетное подразделение на две части. Позиция дивизиона – на склонах оврага. В радиусе до полутора километров дивизион огибала река, протекающая намного выше его расположения по уровню местности. К тому же на ней почти рядом с дивизионом находились дамба и деревянный шлюз. Личный состав дивизиона заблаговременно предупредили об урагане. Но кубинские товарищи по опыту подобных ситуаций информировали руководство дивизиона о том, что на том месте, где стоит воинская часть, будет очень много воды… Но этой информацией, видимо, пренебрегло наше командование…

5 октября налетели сильный ветер и обильный дождь. На вторые сутки под вечер дождь перешёл в сплошную стену. На третьи сутки дождь прекратился примерно на четыре-пять часов, но почему-то никто не подумал перенести оружие из палаток. После обеда снова хлынул дождь, уровень воды в местной речке поднялся настолько резко, что снесло дамбу, вода с огромной скоростью, высотой почти в человеческий рост, устремилась в расположение дивизиона подполковника Пронского.

В воспоминаниях Н. Козина уточняется эта ситуация: «Бурлящий поток нёсся на наш дивизион с огромной скоростью. Нам, солдатам, начальник штаба полка дал команду забрать карабины СКС и пистолеты, хранящиеся в палатке. Все ящики с оружием успели разместить в кабинах автомобилей. Оружие радиотехнического батальона перенесли нормально. Я возвратился в палатку, чтобы забрать свой пистолет… В этот момент отдали приказ забрать оружие, находящееся в соседних палатках.

Когда я вышел из палатки, уровень воды уже был выше пояса. Лавина воды, сметая всё на своём пути, устремилась через наш дивизион к морю. Я перебрался от палатки в сторону позиции, стартовики в мгновение ока оказались отрезанными от позиции.

Вода прямо на глазах поднималась все выше и выше.  Физически сильные и умеющие плавать успели перебраться на возвышенное место. А те, кто не смог, взобрались на два стоящих дерева, находящихся недалеко от палаток. К вечеру на двух деревьях оказалось одиннадцать человек. Наутро их осталось девять…».

Этот рассказ дополняет В. Петров, один из тех одиннадцати, кто спасся на деревьях: «Начальник штаба полка подполковник И. Ходяков, находившийся в этот день в дивизионе, отдал приказ на спасение оружия. Нас было шестеро, и мы, взявшись крепко за руки, пошли к палаткам.  Течение и уровень воды, однако, были такими, что нас, как щепки, снесло сильным течением в сторону стоящих деревьев, на одно из которых мы сумели взобраться по очереди…

Начальник штаба полка даёт повторную команду, но уже следующей группе солдат в составе пяти человек, во что бы то ни стало спасти оружие. Однако и эта попытка не увенчалась успехом: эту группу солдат снесло мощным течением ко второму дереву, взобраться на которое уже стоило великих усилий…

Мы договорились сидеть на деревьях, никому не предпринимать никаких попыток, чтобы слезть с дерева и вплавь уйти к возвышенному месту. Однако рядовые Р. Преображенский и В. Макаренко, несмотря на наши возражения, решили самостоятельно добраться вплавь до возвышенного места. Они спрыгнули с дерева (не выдержали нервы, бурный поток их мгновенно захлестнул) и скрылись в бездонной пучине…

Трудно передать словами подавленное эмоциональное настроение, которое охватило нас, оставшихся наедине с разбушевавшейся стихией, в ту тёмную тропическую ночь. Наступило долгожданное утро, дождь и ветер ни на минуту не утихали, уровень воды продолжал подниматься. Во второй половине дня мы увидели плывущего к нам в бурном потоке нашего сослуживца Н. Табаева. Оставалось до нашего дерева не более пяти метров, как неожиданно мощной грязевой волной накрыло его, и мы потеряли его из виду. Навсегда…

День клонился к вечеру, реальных шагов к нашему спасению мы не ощущали. Территория нашего дивизиона была ограждена забором из колючей проволоки, одна из его сторон хорошо просматривалась. Решили самостоятельно, держась за уцелевший забор, поодиночке добираться до возвышенного места. Я спрыгнул в леденящую воду, поплыл в указанном направлении. С огромным трудом, выбившись из сил, я удачно доплыл до ворот дивизиона, махнув рукой, дескать, можно прыгать в воду следующему и по очереди плыть к назначенной цели…».

Воспоминания В. Петрова будоражат всё мыслимое и немыслимое: «Ошибка ребят была в том, что они были физически слабыми и сильно уставшими от бессонной ночи. Поэтому, когда они решились плыть вдоль забора из колючей проволоки, у них просто не хватило сил. Николай Табаев погиб, спасая ребят. Утонули рядовые М. Лупашко,  В. Прыгаев. Ребята, погибшие во время урагана «Флора», были из состава стартовой батареи. Лишь на третьи сутки пострадавших ребят снял вертолёт…

Спустя сутки, 8 октября, ураган пошёл на убыль, вода начала спадать. Тело погибшего Н. Табаева нашли недалеко от позиции дивизиона, он лежал обмотанный кабелем, зацепившись за куст небольшого дерева. Р. Преображенский, В. Макаренко лежали у проволочного ограждения.  М. Лупашко, В. Прыгаев лежали в неглубокой канаве, примерно в ста метрах от того дерева, на котором спасались…».

Узнали такие подробности, и родилась идея увековечить имя нашего земляка. Сначала установили мемориальную доску на школе, где учился Михаил Лупашко. Потом состоялась церемония передачи земли с места его захоронения на кубинском мемориале его родной сестре Марии Захаровне Мельниченко. Эту землю привезли с Кубы друзья по боевому братству, и она впоследствии была предана каменской земле на месте мемориального памятника.

Нашлись однополчане, друзья, единомышленники, которые поддержали нашу идею и помогли воплотить её в жизнь: бывший военком Каменского района Юрий Жора, его помощник Роман Васильев, руководитель Каменского отделения РОО ПОДК Иван Мойсеенко, депутат Верховного Совета ПМР Павел Шинкарюк, бывшие «кубинцы» из Группы советских военных специалистов на Кубе (ГСВСК) Владимир Гончаров (Ставрополь), Михаил Порубайко (Краснодар), Михаил Гаврилов (Санкт-Петербург), члены всех городских и районных отделений нашей организации, которые морально и материально помогли в реализации этого проекта. Таким образом, акция приобрела международный характер. И накануне Дня Победы, как выразился один из организаторов этой акции, поставлена жирная точка: в Каменке прошёл митинг по случаю открытия мемориального памятника воину-интернационалисту, уроженцу города Каменки Михаилу Лупашко.

Открывая митинг, бывший военнослужащий ГСВСК Юрий Греков коротко охарактеризовал обстановку вокруг революционной Кубы шестидесятых годов прошлого столетия во время военно-стратегической операции «Анадырь» и предоставил возможность выразить своё отношение к этому важному событию людям, разных по возрасту и социальному положению: Александру Пушкарёву, Андрею Сафонову, Юрию Жора, В. Матвееву, Наталье Исаковой, сестре Михаила Лупашко – Марии Мельниченко…

Право открыть памятник было предоставлено участникам военно-стратегической операции 1962-1963 годов «Анадырь» Андрею Калуцкому, Борису Шкильнюку, Никандру Елагину.

На церемонию открытия памятника прибыли депутаты Павел Шинкарюк и Андрей Сафонов – не только затем, чтобы почтить память погибшего земляка, поблагодарить его сослуживцев за честь, доблесть и верность, но и затем, чтобы поделиться информацией о восстановлении социально-исторической справедливости: в первом чтении принят проект закона, уравнивающий «кубинцев» в правах с другими воинами-интернационалистами. По словам парламентариев, заслуги воинов-«кубинцев» не меньше, чем «афганцев» или военных, исполнявших свой интернациональный долг в других странах в интересах нашей Родины.

 

НИКАНДР ЕЛАГИН,

секретарь правления РОО «ПОДК».