Санкционная тщетность

Новость о возможной отмене санкций в отношении Ирана стала новостью номер 1 всех ведущих мировых средств массовой информации. Кое-кто, кстати, не слишком разобравшись в произошедшем, с высоты своего экспертно-политологического опыта авторитетно заявил, что на Тегеран подействовали экономические санкции. Кто-то вообще связал «покладистость» персов с испытанием США новой авиабомбы.

Для тех же, кто серьёзно, в отличие от некоторых политологов либерального толка, вникал во всю историю с иранской ядерной программой, не будет являться откровением, что именно Иран вышел победителем из многолетнего политико-дипломатического противостояния со странами Запада и своими ближневосточными соседями – монархическими режимами Персидского залива и Израиля. Иран изначально не имел ничего против посещения своих ядерных объектов (впрочем, как в своё время и соседний Ирак) специалистами МАГАТЭ. Вот только на Западе это иранское предложение не было услышано, что, в принципе, логично. Вдруг бы ничего предосудительного не нашли… Проще было голословно обвинять Тегеран в тайном производстве немирного атома и требовать сворачивания любых разработок в области ядерных технологий. Все положения недавних Женевских договорённостей в своё время предлагались именно Ираном. Международное сообщество в лице Вашингтона и его союзников осталось глухо. О том, что это была совместная победа российской и иранской дипломатии, свидетельствовал хотя бы тот факт, что на США серьёзно обиделся один из их основных ближневосточных союзников Израиль. Премьер Нетаньяху в жёсткой форме упрекнул американское руководство за то, что оно не протолкнуло в обмен на отмену санкций признание Тегераном Тель-Авива. Президент Соединённых Штатов пытался скомканно оправдаться. Но все его оправдания ещё больше говорили о том, что в Женеве Вашингтон, если и не был статистом, то играл не очень существенную роль. В конечном итоге Барак Обама разоткровенничался и на нападки израильского премьер-министра заявил, что, к сожалению, у его страны не так уж и много возможностей изменить нынешний политический режим в Иране. США это пробовали сделать с самого начала Исламской революции, когда был свергнут верный американский союзник шах Мохаммед Реза Пехлеви. Полным провалом завершилась операция «Орлиный коготь» по высадке в Иране американского спецназа. Ощутимых плодов не дала и военная помощь Багдаду (тогда ещё Саддам Хусейн был в друзьях у США) во время ирано-иракской войны. Провалилась и студенческая «Зелёная революция», профинансированная из США и задуманная местным «политклиром», который задвинул на задний план тогдашний президент Махмуд Ахмадинеджад. Угрозы военного решения иранской проблемы на тегеранское руководство не подействовали. Наоборот, сплотили вокруг режима народ, включая и бывших идеологов, и сторонников «Зелёной революции». Санкции тоже оказались безуспешными, в чём и расписался совсем недавно американский президент.

После уже упомянутого выше заявления Барака Обамы одно украинское интернет-издание разродилось материалом под заголовком «Снятие санкций с Ирана подтолкнёт РФ к гробовой доске». Оно было не в одиночестве. Нашлись и в самой России эксперты, которые стали наперебой утверждать, что произошедшее в Женеве станет причиной к дальнейшему падению цен на нефть. Может быть, действительно, США и рассчитывали на это. Но есть несколько весомых «но». До сих пор при решениях о квотах на добычу нефти в рамках ОПЕК (Россия туда не входит) мнение засанкционированного Ирана мало кого интересовало. Сейчас же в лице Тегерана организация получила полноценного игрока, который будет руководствоваться прежде всего своими национальными интересами, а не откликаться на просьбы из-за океана. Интересы же Ирана состоят в следующем: а) дешёвая нефть ему самому не выгодна; б) Тегеран давно уже считает Россию важнейшим своим партнёром во всех отношениях, а посему играть на руку её недругам не будет. Кстати, всемирный энергетический кризис 70-х годов был спровоцирован именно Ираном, тогда ещё союзным США. Вашингтон, правда, под конец восьмидесятых уговорил Саудовскую Аравию увеличить добычу «чёрного золота» и тем самым обвалить цены на него. Многие считают, что Вашингтон и Эр-Рияд таким образом нанесли существенный удар по советской экономике. Сейчас же история повторяется, только, кажется, в обратную сторону… Саудовская Аравия сбивала цены, а Иран будет стараться их поднять.

Но вернёмся к антииранским санкциям. Давление на Тегеран с каждым годом приобретало форму абсурда. Например, были запрещены экспорт в Иран антираковых медпрепаратов и подготовка за рубежом врачей-рентгенологов. Вообще Запад уже давно пребывает в состоянии ядерной паранойи. Наиболее красноречивый пример – запрет в 1990-е-2000-е на поставки в Ирак … карандашей.

Если же брать историю международных санкций, то следует констатировать, что не было ни одного случая, когда бы они приводили к желаемому результату. Санкции в отношении Италии в 30-е годы консолидировали народ, заставили изрядно потрудиться итальянских геологов, учёных-химиков и даже лингвистов, а королевскую семью выращивать в своём парке пшеницу. Против санкций тогда выступили даже последовательные противники режима Муссолини. Было налажено производство одежды из синтетических материалов, а англоязычные заимствования нашли итальянские аналоги.

Подобных примеров можно приводить массу. Факт остаётся фактом – именно благодаря международному эмбарго на поставки вооружений ЮАР создала мощную оборонку, которая не только полностью удовлетворила потребности национальных вооружённых сил, но и стала активно работать на экспорт.

Санкции, направленные против правящих режимов, бьют в первую очередь против населения. Примеров, когда подобные меры приводили к гуманитарным катастрофам, предостаточно. Те, кто пытается продавливать желаемый ему политический результат экономическими средствами, должны прекрасно осознавать, что это может ударить и по ним. США не так давно испытали это на себе. Введя санкции против Гаити, Соединённые Штаты вынуждены были затем принять огромное количество беженцев из этой страны…

Тем более чреваты санкции против стран, которые в структуре собственного внешнеторгового оборота занимают достаточно крупный сегмент. Крайней наивностью было бы надеяться на то, что не последуют ответные действия. Классический пример – санкции против России. Не факт, что при подсчёте взаимных потерь от «демократическо»-российской экономической войны перевес окажется на стороне «цивилизованного мира». Акции протеста сельхозпроизводителей во многих присоединившихся к антироссийским санкциям странах стали обычным делом. Они первыми ощутили на себе ответ со стороны России.

Отдельно хотелось бы остановиться на попытках «напакостить» кому-либо со стороны «младоевропейцев» и «недоевропейцев» всех мастей. Та же Украина, не найдя иных поставщиков энергоресурсов, решила закупать их у «агрессора», но предварительно ввела против него экономические санкции. Молдова придумывает новые экономические барьеры против Приднестровья, но, удостоверившись в неспособности украинских партнёров наладить поставки электроэнергии, решила закупать её исключительно у Молдавской ГРЭС, т.е. в Приднестровье.

Молдова в середине 90-х годов стремилась вступить во Всемирную торговую организацию, но ею были поставлены условия решить экономические противоречия с Приднестровьем. Поэтому 8 мая 1997 года Кишинёв, скрепя сердце, пошёл на подписание в Москве Меморандума «Об основах нормализации отношений между Республикой Молдова и Приднестровьем», в статье 3 которого сказано, что Тирасполь имеет право «самостоятельно устанавливать и поддерживать международные контакты в экономической, научно-технической и культурной областях». Кроме сторон молдо-приднестровского конфликта его в присутствии представителя ОБСЕ подписали руководители России и Украины. Заявленные в Меморандуме права Приднестровью были обеспечены. В частности, приднестровские таможенные органы получили печати. Но, получив членство в ВТО, Молдова уже в сентябре 2001 года приняла новое таможенное оформление, известив международное сообщество о недействительности старых таможенных печатей. Приднестровью они так и не были переданы. Приднестровские таможенники до сих пор пользуются печатями образца, согласованными сторонами в 1996 году.

Примечательно, что в экономической блокаде Приднестровья с 2006 года активно участвует и Украина, являющаяся гарантом и посредником в переговорном процессе между Тирасполем и Кишинёвом. Как одно и второе может совмещаться – лучше спросить у киевских властей. «Оранжевая» власть времён Виктора Ющенко тоже была враждебно настроена по отношению к Приднестровской Молдавской Республике. Многие экономические аналитики отмечали в своё время, что перекрытие приднестровского экспорта может негативно сказаться на контрагентах предприятий Приднестровья на Украине. Но, тем не менее, Киев поддержал в ущерб себе экономическую блокаду.

Что же касается Приднестровья, то вследствие блокадных мер в 2006 году его потери составили более 450 миллионов долларов США. Непосредственные потери приднестровских экономических агентов составили 380 миллионов долларов, бюджет же недополучил 76 миллионов.

В Кишинёве, правда, хотели большего, чтобы Украина перекрыла ещё и приднестровский импорт. Но в Киеве посчитали, что и так уже навредили себе, поэтому на эти просьбы молдавских партнёров по экономическому удушению не откликнулись. А затем Украина сама проявила инициативу. Сначала украинские таможенные власти стали устраивать немотивированные ничем проволочки с оформлением приднестровских грузов в портах. Затем столь же безмотивно стали просто задерживать грузы и на сухопутной границе, как идущие с Украины, так и транзитные. Последнее украинское блокадное «ноу-хау» – запрет на перемещение через приднестровско-украинскую границу подакцизных товаров. Он должен вступить в силу с начала мая. Специалисты государственного таможенного комитета ПМР отмечают, что бюджет недополучит ещё более 20 миллионов долларов США.

Огромные потери понесло Приднестровье и в результате транспортной блокады. Отказ сопредельных государств в выдаче приднестровским автотранспортным предприятиям документов, необходимых для международных перевозок, стоил в общей сложности приднестровской казне порядка 30 миллионов долларов. В результате прекращения железнодорожных грузовых перевозок за шесть лет потери экономических агентов Приднестровья составили порядка 74 миллионов долларов США. Это без учёта недополученных государственным унитарным казённым предприятием «Приднестровская железная дорога» доходов, которые исчисляются 11 миллионами.

Поэтому столь и важно для Приднестровья, да и для Молдовы тоже, подписание Президентом ПМР Евгением Шевчуком и молдавским премьер-министром Владимиром Филатом 30 марта 2012 года в Тирасполе Протокольного решения «О принципах возобновления полноценного грузового железнодорожного сообщения через территорию Приднестровья». Впоследствии его действие неоднократно продлевалось. Последний раз – 14 марта этого года в рамках встречи в Кишинёве Евгения Шевчука с нынешним руководителем молдавского правительства Кириллом Габуричем.

В течение этого года, выступая перед разной аудиторией, Президент Приднестровья неоднократно заявлял, что если бы против Приднестровья не действовали ограничительные меры со стороны соседей, то оно бы было самодостаточным государством.

Конечно, не редкость в мировой практике, когда санкции против тех или иных государств вводятся одним государством или группой стран. Но, идя на подобные шаги, инициаторы мер экономического принуждения стараются подвести под них хоть какую-то юридическую основу. Например, денонсируются заключённые ранее торговые договоры. Что же касается случая с Приднестровьем, то, напомним, что ни одна из блокирующих ПМР стран не отозвала свои подписи под Меморандумом «Об основах нормализации отношений между Республикой Молдова и Приднестровьем». Для Молдовы официальный отказ от этого документа ставил бы под сомнение её членство во Всемирной торговой организации.

21 апреля в Вене должны пройти специальные консультации представителей Тирасполя и Кишинёва с привлечением других участников переговорного формата «5+2». Как уже заявлялось не раз официальным Тирасполем, а именно он выступил инициатором этой неофициальной встречи, цель – прояснить позицию Молдовы, гарантов, посредников, а заодно и наблюдателей в переговорном процессе по молдо-приднестровскому урегулированию относительно ранее достигнутых договорённостей и основополагающих документов переговорного процесса.

 

Александр Никитин.