Три победы женского забасткома Приднестровья

Все века участь женщины в период смуты или войн была незавидной – ждать возвращения с поля брани мужа, сына, брата, а также беречь семью и родной очаг. В случае поражения – возможный плен и потеря родных, а в случае победы – радость за овеянных славой оставшихся в живых мужчин или тяжелая планида вдовы. С такой долей в 1991 году не согласились приднестровские женщины.

 

 

В мировой истории, пожалуй, не было примеров, когда судьба какой-либо страны круто менялась под воздействием не легендарных женщин-одиночек, а массового движения далеких от политики и управления государством простых жительниц республики. Так случилось в Приднестровье, когда к концу августа двадцать пять лет назад в застенках Молдовы находились региональные лидеры Сопротивления Приднестровья и Гагаузии, а также глава страны – Председатель ПМССР Игорь Смирнов, который 29 августа 1991 г. был захвачен кишиневскими спецслужбами в Киеве. В украинскую столицу он приехал по приглашению депутатов Рады, и под гарантии безопасности с их стороны.

Расчет Кишинева был прост – посеять панику, неуверенность и страх в ряды лидеров и активистов приднестровского Сопротивления. Частично так и происходило. Многие впали в уныние, так как на деле не представляли, как можно вызволить из темниц своих товарищей, как уберечь остальных активистов от «вылавливания поодиночке».

Тревогу забило и население. Никто не сомневался, что в случае провала новой молодой республики последует неминуемая политическая расправа националистического режима Молдовы в отношении большого числа приднестровцев, а значит – широкомасштабная гражданская война или массовая волна беженцев в другие советские республики. А значит – множественные жертвы, разрушенные судьбы, слезы, боль и страдания.

 

Никто, кроме нас!

И тут случился неожиданный для всех поворот. Судьбу страны в свои руки спонтанно взяли приднестровские женщины. Через два дня после ареста Игоря Смирнова, 1 сентября 1991 года, на площади перед тираспольским Домом Советов собрались тысячи тираспольчанок – молодых и уже умудренных опытом, не знавших друг друга, но чувствовавших и понимавших, что нужно объединяться во имя возможности жить на своей земле, во имя здоровья и жизни своих родных и близких, во имя республики – всеобщего любимого и долгожданного ребенка.

Женское собрание выразило всеобщее стремление «немедленно действовать». Участники митинга приняли резолюцию, в которой говорилось о намерении организовать сбор подписей в защиту республики, направить делегацию женщин на съезд народных депутатов СССР для передачи требования о защите приднестровцев от произвола кишиневских властей, отправить представителей в Кишинев с требованием немедленного освобождения депутатов Приднестровской МССР.

Однако все понимали, что одними резолюциями, письменными протестами и направлением делегаций создавшуюся проблему не решить. Поэтому колонна тираспольчанок, возглавляемая новым приднестровским лидером – депутатом тираспольского горсовета Галиной Андреевой, – отправилась на железнодорожный вокзал. Отважные женщины, с лозунгами и транспарантами за освобождение всех задержанных приднестровских активистов, перекрыли движение поездов по Молдавской железной дороге.

Много позже Игорь Смирнов, обращаясь к представителям женского забасткома, скажет: «Никто, кроме нас, не защитит нашу землю, наши семьи. Ваша решимость убедила народ Приднестровья в том, что в борьбе за свои права мы можем рассчитывать только на самих себя. Никто, кроме нас!».

Ключевыми здесь являются слова «никто, кроме нас» – девиз ВДВ, завещанный элите Вооруженных сил легендарным генералом, Героем Советского Союза Василием Маргеловым, создателем крылатой пехоты. Такая аналогия из уст освобожденного из плена Председателя республики – высочайшая оценка заслуг приднестровских женщин в защите нашей страны.

 

Единый душевный порыв матерей, дочерей и сестер

Вспоминая события той поры двадцать лет спустя, Галина Андреева заявила: «Мы вышли на площадь у Дома Советов, выдвинули требование вывесить Государственный флаг МССР. А сегодня флаги нашей Приднестровской Молдавской Республики развеваются везде. У нас есть все атрибуты власти, и мы гордимся этим. Мы также требовали перевести под нашу юрисдикцию все органы власти, сегодня они под юрисдикцией Приднестровья. Не выполнено одно – мы не признаны, и наша цель – добиться юридического признания».

Это говорит о том, что женский забастком не был инструментом в руках политиков, но стал проявлением гражданской позиции – осознанным шагом отчаявшейся, но бесстрашной и отважной той части общества, которую несправедливо называют слабым полом.

Поочередно занимая блокпосты на вокзале, женщины не переставали быть женами и матерями. «Я днем работала, вечером на рельсы приходила, утром снова бежала на работу, – вспоминает председатель общественного движения «Республиканский союз женщин Приднестровья» Нина Дегтярева, – и так в течение месяца». Сама акция, названная тогда «рельсовой войной», была неоднозначно встречена скептиками и кишиневскими провокаторами в Приднестровье. К представителям забасткома, организовавшим пикеты на рельсах возле тираспольского вокзала, приходили правоохранители, агитаторы-одиночки и группы радикалов. Женщин оскорбляли, возбуждали уголовные дела, пытались силой выдворить с железнодорожных путей, уговаривали, запугивали, обвиняли в срыве переговоров с Кишиневом.

Экономика Молдовы, и без того дышавшая на ладан, из-за блокады железной дороги вообще обвалилась. Появились угроза массовой безработицы, невыплаты заработных плат и другие финансово-экономические беды. Кишиневские власти, взбешенные этим обстоятельством, заставили машинистов направить тепловоз на живых людей, сидящих в пикетах на путях. Была сделана демонстрация такой попытки, но на откровенное убийство беззащитных женщин железнодорожники так и не решились.

Несмотря на беспрецедентный характер акции, Кишинев молчал. Тем самым, по словам участников забасткома, ещё более сплачивая ряды приднестровских женщин. «Начиная со второго сентября, о солидарности с нами стали заявлять женщины Бендер, Дубоссар, Рыбницы…», – вспоминает Галина Андреева. В течение месяца «рельсовой войны» женское движение приобрело лавинообразный характер. Сотни, тысячи наших соотечественниц – разных возрастов и национальности – вступали в забастком. В считанные дни появились его отделения не только в городах и районных центрах, но практически в каждом населенном пункте.

Тем временем нарастал международный скандал. С поддержкой приднестровского женского забасткома выступили десятки городов и общественных организаций Советского Союза. Не выдержав политического и экономического давления, власти Молдовы сдались.

Приднестровские женщины, проявив высочайший патриотизм и отвагу, выстояли и победили. Через месяц рельсовой борьбы, 1 октября 1991 года, последние из задержанных приднестровских и гагаузских активистов – Игорь Смирнов, Владимир Боднар, Степан Топал, Михаил Кендигелян и Григорий Попов – были освобождены из кишиневского СИЗО. В Тирасполе их встретили цветами, объятиями, слезами счастья и радости.

После провозглашения республики годом ранее это событие стало первой для забасткома и второй в масштабах республики крупнейшей политической победой Приднестровья, в которой однозначная и несомненная заслуга принадлежит исключительно женскому забасткому. Его создание не было разовой акцией, а стало единым душевным порывом матерей, дочерей и сестер с активной жизненной позицией в тяжелое для страны время.

 

Боевые будни мирного периода

Позже, в декабре 1991-го, когда Молдова, раздосадованная политическими поражениями на дипломатическом уровне, перешла к боевым действиям на территории нашей республики, а народ Приднестровья понес первые человеческие потери, женский забастком собирал у населения продукты и отправлял их на позиции. Все, кто имел медицинское образование, шли работать в госпитали и больницы. Были и такие, кто с оружием в руках встал на защиту республики в рядах гвардии, ЧКВ, ТСО и ополчения.

С момента нападения опоновцев и волонтеров на российский полк в селе Кочиеры участницы «рельсовой борьбы» превратились в народных дипломатов. Они выступили с текстом обращения в адрес женщин Молдовы:

«Дорогие женщины Молдовы! Ваших мужей, сыновей и братьев толкают совершать террористические акты и вести боевые действия на территории нашей республики. Погибшие есть и с нашей стороны, и с вашей, но пресса Молдовы умышленно скрывает число жертв. Не благословляйте своих сыновей на братоубийство. В ходе боевых действий в Кочиерах жертвами обстрела стали женщины и дети. По вине ваших сыновей был ранен ребенок. А сколько ожидать нам ещё смертей, если боевые действия будут продолжаться?! Сколько ещё будет вдов, сирот и несчастных матерей? Зло порождает зло. Не впускайте его в свои материнские сердца. Поддержите нас в борьбе против кровавого противостояния»

Может только показаться, что это воззвание не имело последствий. На самом деле очень многие в Молдове поняли, что на самом деле происходит в регионе. Сотни молодых людей призывного возраста при содействии их матерей, родных и близких спешно покидали республику. Росло число дезертиров и отказников, что особенно проявилось летом 1992 года. И это была вторая победа забасткома – на этот раз политическая.

 

Родина-мать зовет!

Когда регулярная армия Республики Молдова, подразделения полиции, волонтеры и банды иностранных наемников вероломно 19 июня 1992 года напали на Бендеры и в течение несколько часов захватили мирный, безоружный к тому моменту город, начался новый победный путь женского забасткома.

Уже на следующий день, 20 июня в 1.30 ночи, когда по радио был объявлен сигнал сбора народного ополчения, тираспольчане стали собираться у стен и парков военной техники 14-й армии и просить о защите. Командарм Неткачев медлил с принятием решения, и российские военнослужащие, вопреки велению сердца, продолжали держать «вынужденный нейтралитет». Жители города и подоспевшие ополченцы просили дать им с их складов бронетехнику и оружие, но офицеры, имевшие конкретный приказ, досадливо для себя отказывались это сделать.

Здесь, под стенами подразделений 14-й армии, ночью 20 июля начался новый победный поход женского забасткома, на этот раз – психологический. Если вооруженные солдаты и офицеры могли и обязаны были противостоять любым поползновениям других военных-мужчин, то они никак не могли сопротивляться женщинам – не могли и не хотели. Женщины из забасткома стали спасительницами совести русского солдата и желаемым поводом стать побежденными. Русский офицер с женщинами не воюет. К взаимному удовлетворению сторон ворота с красными звездами на них распахнулись.

«Другого пути остановить оголтелых националистов тогда не было, – вспоминает Галина Андреева. – С определенным риском для жизни пришлось «выбивать» оружие для защитников ПМР, чтобы не гибли наши мальчики и им было чем защищаться». Ряд офицеров 14-й армии, желая помочь приднестровцам, позволил ополченцам вывести из парков несколько танков и БТР. И не только вывести, но и оказать необходимую техническую помощь в их наладке и подготовке к боевым действиям. Именно эти танки и бронетранспортеры обеспечили успех гвардии Приднестровья в освобождении Бендер и окончательный разгром вражеской группировки в этом городе. Так, женским забасткомом была одержана очередная – третья победа, но уже военная.

Лучшая оценка эффективности любой общественной или военной структуры – это мнение противника. Активисток забасткома опоновцы и молдавские волонтеры, посылая в адрес безоружных женщин проклятия и угрозы, называли «Батальоном черных колготок».

Ну что ж, для кого черные, а для кого – светлые. В то время женский забастком реально олицетворял для нашего народа Родину-мать периода Великой Отечественной войны, призывавшую к защите, одухотворявшую бойцов, закалившую волю приднестровского солдата.

 

Создатели фундамента государственности Приднестровья

И это было на самом деле хотя бы и потому, что командующий приднестровской гвардией генерал Стефан Кицак, хорошо знавший реальную военную обстановку лета 1992 года, так писал о женском забасткоме: «Нет аналогов приходу безоружных женщин в окопы, чтобы доказать всему международному сообществу стремление Приднестровья к миру. Невозможно представить себе значение этой силы, не зная о событиях, которые привели её в движение. Ведь история женского движения в ПМР неразрывно связана с процессом становления приднестровской государственности».

И приднестровское государство по заслугам оценило историческую роль и три победы забасткома – политическую, дипломатическую и военную. Председатель приднестровского женского забастовочного комитета Галина Андреева является кавалером ордена Суворова. Сама организация награждена орденом «За заслуги», орденом Казачьей Славы III степени от Черноморского казачьего войска ПМР. Всего награжденных – более 30 тысяч приднестровских женщин, порядка 1,5 тысячи – орденоносцы. Высшей награды государства – Ордена Республики – удостоены 18 женщин, из них трое награждены посмертно.

И здесь в память о погибших женщинах обязана быть Минута молчания в масштабах всей нашей страны – Приднестровской Молдавской Республики.

 

P.S. Когда верстался номер. В столичном парке, со знаковым для нашей публикации названием «Победа», 31 августа текущего года прошли торжественные мероприятия, посвященные 25-летнему юбилею образования женского забасткома Приднестровья.

АНАТОЛИЙ ПАНИН.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.