Моей семьи война коснулась

Брат погиб, освобождая Венгрию…

 

  В редакцию нашей газеты обратилась Ирина Иосифовна Кожухарь:  «Очень хочу, чтобы в ходе  республиканской акции «Моей семьи война коснулась» вспомнили моего отца Иосифа Степановича Драчинского и брата Алексея Иосифовича Драчинского.

 

IMG_20150428_0002  Жаль, что у нас не сохранились фотографии военных лет. Но вот есть две драгоценные фотографии из семейного альбома, на которых изображены мы с младшей сестрой Анастасией и папой (уже после войны), и довоенный снимок, на котором запечатлены брат Алексей – подросток со старшей сестрой Валентиной и двоюродной сестрой Тиной».

По рассказу Ирины Иосифовны, семья Драчинских жила до войны в селе Артыровка Красноокнянского района Одесской области. Отца в сорок пять лет призвали на фронт в первые дни войны. Ему повезло больше других: он прошёл две войны, считая и японскую, демобилизовался в полном здравии в 1946 году из Китая, поселился с семьёй в Тирасполе.

…В девятнадцать лет ушёл на фронт Алексей Драчинский. Как в тумане помнит сестра последнюю встречу с ним. Мама Елена Семёновна, мать-героиня (у неё было 8 детей), по-матерински причитая, благословила сына на ратный труд, желала ему здоровья и возвращения домой с победой. Но никто не услышал слов матери: 24 октября Алексей Драчинский, гвардии младший сержант, командир отделения 310-го гвардейского стрелкового полка, погиб в кровопролитных боях за Венгрию…

– Мы делали запрос в военный архив по этому поводу, – поведала нам сестра Ирина Иосифовна. – Нам ответили, что мой брат Алексей Драчинский захоронен в венгерском местечке Сан-Марчито-Надь. В своё время не сумели навестить его могилку. А при нынешней обстановке – это просто нереально. Спасибо редакции газеты «Приднестровье» за то, что она своими публикациями чтит память о близких и самых дорогих нам людях. «Моей семьи война коснулась» – пожалуй, одна из волнующих республиканских акций, посвящённых 70-летию Великой Победы.

Подготовил НИКолай Иверкин.

 

 

Личный подвиг разведчика

 

  Республиканская акция «Моей семьи война коснулась» вызвала живой интерес у читателей «Приднестровья».

 

IMG_20150428_0003Нам звонят по телефону, присылают письма, приходят в редакцию. Уже по этому можно судить, что подготовка к 70-летию Великой Победы вылилась во всенародное движение. В нём принимают участие сами ветераны Великой Отечественной войны, их дети, внуки и правнуки. В этом движении нет равнодушных, поскольку вызвано оно самыми сокровенными чувствами, наполнено человеческой добротой и повышенным интересом к нашей истории.

На днях к нам в редакцию зашла главный бухгалтер Бендерского горкома профсоюза работников образования Лилиана Буя, принесла копии любопытных документов, фотографии и попросила рассказать о своём дедушке Алексее Кирилловиче Ларионове.

И вот в моих руках оказались любопытные документы – копии наградных листов и Указа Президиума Верховного Совета за №223/103 от 06.11.1947г., в котором поименован солдат Ларионов Алексей Кириллович как награждённый орденом Отечественной войны I степени за отвагу и храбрость, проявленные в боях с немецкими захватчиками в Великой Отечественной войне.

В наградном листе красноармейца А.К. Ларионова подробно изложен его личный подвиг. Будучи разведчиком в составе 1-го Белорусского фронта 69-й армии 312-й Краснознамённой ордена Кутузова стрелковой дивизии 1079-го стрелкового полка 1-го батальона 1-й стрелковой роты, Ларионов получил задание с группой из семи человек в направлении города Франкфурт на реке Одер разведать и уничтожить огневую точку противника, мешающую продвижению наших частей. Разведав пути подхода и подойдя вплотную к вражеской огневой точке, наши разведчики забросали её ручными гранатами. Выполнив задание, группа разведки возвращалась в свою часть для доклада командованию. Неожиданно наскочили на вражескую мину. В результате её взрыва больше всех пострадал красноармеец Ларионов – ему оторвало кисть левой руки. Превозмогая боль, он пробирался дальше к расположению своей части. Но в это время немцы открыли массированный миномётно-артиллерийский огонь. От разрыва снаряда Ларионов лишился правой руки и потерял сознание. Пришёл в себя в полевом госпитале, где ему сделали серьезные операции на обеих руках – ампутировали правую и отняли кисть левой… По ст. 65 гр.1 приказа НКО № 336 (1942 г.) Ларионов был признан непригодным к службе и снят с учёта, ему присвоили пожизненное звание инвалида Отечественной войны 1-й группы…

Нельзя без содрогания в сердце читать эти строки. Сколько страданий и мук принесла проклятая война, откуда с надеждой ждала его жена Анна Ивановна.

– Бабушка сильно любила дедушку. Кормила с ложечки, как ребёнка. Жаль, конечно, что у нас нет ни одной его фотографии военных лет. Да их, наверное, и не было. Дедушка прослужил всего каких-то три месяца – с января по апрель 1945 года, – поясняет Лилиана Ивановна. – Но вот сохранилась интересная фотография со свадьбы моих будущих родителей – Нины Алексеевны Ларионовой и Ивана Георгиевича Буя, по бокам, рядом с ними, стоят  дедушка Алексей Кириллович и бабушка Анна Ивановна. Видите: рукава у дедушкиного пиджака – пустые… В нашей семье, как легенду, передают, что дедушка был очень принципиальным человеком, возглавлял ревизионную комиссию колхоза «Освобождённая Бессарабия» Дубоссарского района. На самых важных документах он ставил только свою подпись, до так заковыристо, что было трудно подделать. На левую руку он прилаживал специальное приспособление и мог писать… В общем, замечательный у меня дедушка – боец и защитник!

Подготовил
НИКАНДР ЕЛАГИН.

 

 

Солдата спасло письмо матери

 

  У Георгия Яковлевича Панова во время Великой Отечественной войны погибли отец, два дяди и 6 двоюродных братьев.

 

Панов (1)«Мы не успевали оплакать одного, как приходила вторая похоронка, третья… – вспоминает ветеран. – В 1944-м, едва окончив 9-й класс, я пошёл в армию добровольцем. Меня направили в Харьковское военное авиационное училище. Во время войны оно находилось в Красноярске. В апреле 1945-го наш выпуск по тревоге направили в Подмосковье. 2 мая наш 582-й истребительный авиаполк был уже в пути на Дальний Восток. Началась война с Японией.

9 августа три советских фронта начали наступление. Стоял оглушительный гром орудий. Эскадрилья за эскадрильей производили бомбометание. Через неделю мой самолет приземлился на аэродроме в Пхеньяне (Северная Корея). Вскоре подтянулись пехота и артиллерия.

19 августа японские войска стали повсеместно сдаваться в плен, выполняя указ императора Японии о капитуляции.

Хотя война окончилась быстро, погибших было много. Я сам дважды был ранен, чудом остался в живых. Помню, на аэродроме в Пхеньяне происходило нечто странное. Наши самолеты, взлетев, загорались и падали. Командование выставило вокруг поля секреты. На нашем наблюдательном пункте было три человека. Смотрим, бежит мальчишка, задержали его. Он что-то взволнованно объясняет по-корейски и показывает рукой на какую-то нишу. Пошли  к ней, раздался выстрел, и один из моих товарищей упал.  Мы не сдаемся, ползем в том же направлении. Из укрытия выходит коренастый мужчина с поднятыми руками: «Рус, сдаюсь, сдаюсь, сдаюсь». Только к нему приблизились, как он бросил в меня финку. Спасло меня от гибели письмо матери, лежавшее в нагрудном кармане. Если бы не оно, лежать бы мне с ножом в груди. Я успел нажать на спусковой крючок автомата и выпустил в японца всю обойму.

После  демобилизации я остался в Хабаровске, на Дальнем Востоке, по комсомольской путёвке. Работал в редакции краевой газеты «Тихоокеанская звезда», потом был заместителем редактора  милицейской газеты «Дзержинец».

Когда я  вышел в отставку около 30 лет назад,  приехал с семьей в Молдавию. Так было давно задумано. Отец  моей жены Натальи Александровны погиб при освобождении Бендер и лежит в братской могиле на мемориале на площади Героев».

Наталья Барбиер.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.