Гейзер удовольствия

Не часто, но всё же, бывает, мы, мужчины, совершаем странные поступки. Например, дарим цветы женам без всякого повода (сами жены считают такие поступки крайне странными и… подозрительными). Но порой, и правда, находит что-то такое, знаете ли, после десяти лет совместной жизни: просто так.

Закат опять окрасил улицу

Красками дивными,

Но грозовые тучи кружатся

Над вулканом страстей.

(песня из к/ф «Бриллиантовая рука»)

Что-то такое, должно быть, испытывал и Валентин, герой нашего повествования. В один прекрасный день, когда на дворе стояла промозглая, слякотная погода, ему захотелось сделать жене приятное. Он долго ломал голову и в конце концов решил – пусть придумает сама. На то она и жена. Купишь не то – скажет, что зря потратил деньги. Такие уж они, эти жены.

Катерина каким-то особенным женским чутьем угадала в Валентине романтическое настроение и, поддаваясь порыву, сказала явную глупость: «Ты прав, но давай выберем вместе. Пусть это будет наш подарок друг другу». Он кивнул, сразу подумав о наборе торцевых головок, который уже давно собирался купить для машины, но усилием воли отогнал от себя эту мысль. А она подумала о высоких замшевых сапогах с широким голенищем, но тоже промолчала. «Знаешь, – сказала Катерина, выглянув в окно, где дождь всё больше переходил в снег, – а давай купим кофеварку, мы ведь давно хотели». Он подумал, что кофеварка – символ домашнего очага, уюта, и охотно согласился (как это он сразу не догадался). Решили, что, отправляясь в детский сад за младшей, по дороге зайдут в магазин бытовой техники.

В магазине влюбленным предстояло сделать непростой выбор. Оказалось, что кофеварки бывают разные. Из того, что показал продавец: автоматизированные (они же – кофемашины), паровые (гейзерные), капсульные, рожковые и капельные. И ещё был простейший прибор для приготовления кофе, известный под названием «джезва», она же «турка».

Турка и даже джезва показались слишком простыми, что не соответствовало благородному порыву и, в целом, романтическому настроению, все остальные не вписались в рамки семейного бюджета. Остановились на гейзерной (ручной). Свое название она получила из-за схожести с извергающимся гейзером. В таком приборе кофе заваривается водой, проходящей под давлением снизу вверх.

Про этот способ Катерина, кажется, слышала у Малышевой, якобы это страшно полезно (в отличие от кофе, сваренного обычным способом). А Валентину понравился сам механизм. Решили брать гейзерную. Привычка на всем экономить, приобретенная за годы совместной жизни, ещё какое-то время напоминала о себе, вызывая неопределенную рефлексию (турка, она же джезва, стоила втрое дешевле), но, немного поколебавшись, они пошли к кассе, видя в предстоящей покупке гейзер всяческого удовольствия. «Ничего, до получки уже недалеко», – подумал он.

Из магазина выходили счастливые. Вечером на кухне состоялось знакомство с новым членом семьи. Дети к пополнению отнеслись безразлично – кофе их решительно не интересовал. Зато папу с мамой как подменили. «С чего бы это?» – подумали чуткие к любым переменам в настроении родителей, наблюдательные дочки. Папа перестал за ужином читать газету, а мама перестала разговаривать по телефону с соседкой, жившей в квартире напротив.

Внимательно изучив инструкцию, Валентин залил в емкость воду, наполнил фильтр молотым кофе и поставил кофеварку на огонь. Считанные минуты – и кофе готов. Дети убежали смотреть мультфильмы, а Катерина и Валентин сели друг против друга. За окном снег, всё больше переходивший в дождь, тихонько стучал по стеклу. Первым отпил Валентин. Потом сделала глоток Катерина. Переглянулись. Снова отпили – что такое? Он высыпал в фильтр три ложки хорошего черного кофе, но напиток получился… жидким. Вдобавок он был слегка мутным (хоть и почти без осадка) и порядочно отдавал гарью.

Катя, зная склонность мужа впадать в уныние по всяким пустякам, попыталась спасти положение: «Приятный вкус, не правда ли? Мне нравится! Очень даже…». Он нахмурился. «Может, мы что-то не так сделали?». Не говоря ни слова, Валентин перечитал инструкцию. Всё правильно. Залезли в Интернет. Все описания были до боли однообразны: почему названа «гейзерной», кто изобрел, описание процесса, рекомендации: кофе в фильтре должен быть сухим, а вода в емкости – мокрой. Львиная доля восторгов касалась самого процесса: «Если хотите рассмотреть процесс, благодаря которому эта кофеварка получила название «гейзерная», то откройте крышку в момент, когда вода попадает в кофейник. Это напоминает природный гейзер. Звук, напоминающий шипение, скажет о том, что кофе готов, вода в отсеке закончилась, и пора выключать кофеварку. Этот вид кофеварок позволяет регулировать процесс подогревания воды. Чем медленнее происходит подогрев, тем насыщенней вы получите кофе».

Ага! Значит, нужно сделать тише огонь. Снова засыпали «сухой» кофе, залили «мокрую» воду. Ждали втрое, а то и вчетверо дольше. Результат тот же. Может, кофе не тот? Валентин нервно оделся и пошел в магазин. Вернулся. Засыпали другой – без изменений. Увеличивали и уменьшали огонь, варили с открытой и закрытой крышкой – тот же эффект.

Той ночью они, как и десять лет назад, долго не могли уснуть. Но на сей раз – по другой причине: из-за кофе. Он ворочался, вздыхал и всё думал: что же мы делаем не так? Катерине тоже не спалось – ведь она выпила не меньше трех чашек кофе, каждый раз – чтобы показать мужу, что всё хорошо, с каждым разом – всё лучше…

Уснули только под утро. А проснувшись – утро вечера мудренее! – он сказал ей: «Знаешь, Катя, я тут подумал: дорог ведь не подарок, дорого внимание. Мне твой подарок очень-очень понравился…». «Мне тоже!» – подхватила она. «А ещё, – продолжал он, одеваясь, – отец всегда, когда возвращался с рыбалки с пустыми руками, говорил, что главное – процесс. Процесс приготовления кофе в гейзерной кофеварке – очень интересный, творческий процесс: вода закипает, поднимается по трубочке, извергается, как гейзер, шипит. Можно регулировать температуру, наблюдать… Не кофеварка, а целый ритуал».

И, выпив чаю с лимоном, поцеловав жену, Валентин отправился на работу.

«Нет, всё-таки золотая она у меня, – думал он по дороге. – Красивая, темпераментная и такая родная. Даже когда шипит, приятно».

И, придя на работу, он с жаром принялся за рассказ, который писался на удивление легко, как бы сам собой.

ПЕТР ВАСИН.