Пусть таможня слышит

Первомайск просыпается рано. Тем более сейчас, когда стрелки часов переведены вперед и на дворе буйствует весна. Между шестью и семью утра перед приднестровской таможней уже многолюдно. Супермаркет «Шериф», автостанция, кафе, центр связи  чуть позже привлекут к себе народу еще больше, но и те, которые сейчас здесь толпятся, составляют далеко не единицы и не десятки людей. Пункт контроля со стороны Первомайска позади, и я, как и все, кто двигается в одесском направлении, законопослушно становлюсь в очередь, чтобы пройти украинскую таможню.

 

 

Впереди меня человек сорок, не меньше.

«Это немного, – сказала женщина, стоявшая передо мной, – уйдет около часу. Может, чуть меньше, раз на раз не приходится. Но только бы не вышло, как вчера.  Суббота вчера была, первое апреля, много народу на «Юморину» в Одессу ехало, я думала даже домой возвращаться…».

Понятно, что женщина на «ту сторону» ходит часто. Ко всему, еще с ней по-свойски здоровались многие из очереди. И разговоры у них были похожими. Выяснилось, что продукты на базаре в Кучургане  в переводе на наши приднестровские рубли почти все дешевле, чем в Тирасполе. Заметив, что я к разговору неравнодушна (хозяйка ведь тоже, хоть делала вид, что думаю о другом), всё та же женщина пояснила: «На Украине кризис похлеще, чем у нас, вот и цены другие.  В Кучургане на базар из Первомайска большинство ходит.  Тирасполь неблизко, маршруткой ехать надо, а сюда пешочком можно».

Рядом услышала, как две девушки делились друг с другом своим пока удачливым челночным бизнесом.  И я представляла, как эти две милашки в спортивных костюмах с тележками, груженными клетчатыми сумками, после обеда двигались в обратном направлении.

Толпа медленно шла вперед, и я прикидывала, сколько еще оставалось ждать своей очереди. Но вот движение остановилось. «Россиянин попался, – слышу, кто-то произнес рядом. – Будут теперь «колупать». Это ерунда, девочки, подождем».  «А вот что будет, когда Молдова и Украина еще свои посты установят у нас на границе? – заговорил грузный мужчина из числа общих знакомых очереди. – Попробуй потом каждый день сумки тягать в Тирасполь».  «Представляете, что надо будет сразу три таможни пройти? – нервно пояснил он той женщине, которая привыкла пользоваться кучурганским базаром.  И у вас, подружки, начнутся проблемы: поверьте, Молдова так просто пропускать вас не будет, обязательно спросят, куда товар и кому. Что, их волнует чужая жизнь, тем более наша, приднестровская?».

Забеспокоились и еще две другие девушки, которые признались, что каждый день туда и обратно ездят в Одессу на Привоз, где устроились работать продавцами. Все тот же мужчина, переключившись на них, говорил: «Сейчас еще ничего, терпимо: рано встаете, маршрутка до места довозит и недорого стоит… А как потом изволите проходить   посты, их уже посчитайте сколько будет, они прибавятся… А летом, когда сезон, море…».

«Что ты девчонок пугаешь? –  вмешался в разговор парень, посматривающий на часы и больше других ожидающий, чтобы скорее закончили проверять документы и груз у россиянина. – Думаю, они не до конца дураки такое делать, в первую очередь, имею в виду украинцев.  Ведь мы и работаем на них, и их товар скупаем.  Деньги-то у них остаются. Помогаем, получается.  Тут что-то не то.

И у водителей проблем прибавится. Три раза показывать документы, страховку, потом, чтобы проверяли твою машину, есть ли оружие, наркотики, валюта…  А что делать бизнесменам? Теперь, выходит, им придется нести таможенные расходы не только на Украине и у нас, в Приднестровье, но еще и на прибавившейся Молдове. У нас товар можно провести на одну сумму, в Молдове –  на  другую, меньшую. Как завозить товар тогда к нам будут?  Кошмар, по-другому не скажешь».

Наконец, я достала свой заграничный паспорт. Впереди меня была уже ставшая знакомой женщина. Но окошко будки неожиданно закрылось. «Пересмена», – услышала из очереди. Раздосадованная женщина посмотрела в свой развернутый «загранник» и, показывая его мне, доверительно поделилась, как уже с близким человеком: «Уже и печать некуда ставить. А куда молдавскую тогда будут?».

«Я с тобой согласен, – заведя разговор с парнем,  обратился к нему пожилой мужчина. Его вид мне почему-то напоминал учителя или человека профессии, связанной с воспитанием. – Так не может быть. Здравый смысл должен восторжествовать. Мы ведь люди, и всем непросто сейчас, зачем усложнять и до того сложную жизнь. Нельзя этого допустить. Тут надо ко всему миру обратиться».

…Я обернулась назад. Очередь росла. По дороге от приднестровской до украинской границы шли люди.  Рядом с ними вытянулась вереница разных машин с разными номерами. И пешеходы, и водители с пассажирами, те, кто был из Приднестровья, – все в этот час наверняка думали об одном и том же. Впрочем, как и молодой таможенник с «той стороны», помогавший старушке из Бендер поднять тяжелую сумку и отказавшийся досматривать ее. Только апрельская погода ранней весны поднимала настроение.

Лилия ТЕРЕНТЬЕВА.

г. Первомайск.

 

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.