«Ташлык» – слово тюркское

Есть что-то исконно тюркское в слове «Ташлык». Скажешь – и заволнуется перед глазами Дикое поле, как море. И вот уже на крепких низкорослых конях через прибрежные заросли и бескрайний ковыль пробираются к реке татары, а по соседству, в Бендерской твердыне, стоит турецкий гарнизон…

Село, и правда, существует с незапамятных времен: его можно видеть на старых польских картах. Само слово, как говорят, образовано от тюркского «таш» (камень). И вновь наш взор находит подтверждение выбора предков: Ташлык стоит на мощном слое камня-ракушечника, выступающего повсеместно из земли.

Дома в селе добротные, ворота на верейных столбах с растительным орнаментом в молдавском стиле. Хотя, конечно, есть и нежилые, покосившиеся от времени строения. Знавал Ташлык и более тяжелые времена. Тогда из камня никто и не думал строить. Не потому, что не умели – незачем было. Набеги татар, словно волны прибоя, шлифовали Дикую степь, уничтожая немногочисленное население. Даже Рашков, находившийся под защитой польского гарнизона и расположенный значительно севернее, неоднократно разрушался кочевниками. Но Ташлык каким-то образом уцелел – поселение с таким названием просуществовало около четырех столетий.

Село обладает невыразимой притягательной силой. Читатель, быть может, помнит ряд очерков о путешествии приднестровских фотографов в зимний Ташлык («Где живет зимняя сказка?»), об уроженце села иеромонахе Викентии Кимитюке («Когда идет дождь, когда в глаза свет»), о первой, официально зафиксированной экскурсии в Ташлык тираспольских гимназистов («Возвращение в Ташлык, или Один день без гаджетов»).

Так чем же село примечательно? Начнем с рельефа местности. Ташлык стоит на холмах, откуда открывается живописный вид. В зимнее время лучших декораций для фильма о волшебстве матушки-зимы и придумать нельзя. Кстати, кино в Ташлыке снимали. Так появилась лента производства «Молдова-филм» под названием «Свадьба во дворце».

В силу рельефа местности из самых отдаленных точек Ташлыка и даже из соседних Бутора и Индии хорошо видна ташлыкская церковь Георгия Победоносца, один из прекраснейших храмов Приднестровья, памятник архитектуры. Церковь построена в ХIХ веке, причем, как говорят, на месте ещё более старой. На погосте, начинающемся, как и положено, за церковной оградой, попадаются старинные надгробья с едва заметными письменами. Смотритель школьного музея, учитель географии Марианна Брага показала журналистам самые древние плиты, по преданию – ещё турецкие. Собственно, плитами их назвать трудно. Ныне это бесформенные, выщербленные камни. Таков образ дошедших до нас материальных свидетельств приднестровской истории времен Дикого поля.

По сохранившимся на сельском кладбище памятникам ХIХ столетия можно составить представление о населении Ташлыка в период вхождения края в состав Российской Империи. Фамилии по большей части молдавские и украинские. Всё это переселенцы, те, кто начинал здесь новую жизнь под благодатным покровом России, положившей конец татарско-турецкому безвременью. Но, может быть, среди сельчан есть и отдаленные потомки тех, кто чудом уцелел в период набегов степняков.

В церкви служит гостеприимный батюшка – отец Иоанн. Во время прошлой нашей экспедиции в Ташлык он с удовольствием отвечал на вопросы гимназистов, а зимой, будучи захваченным фотографами врасплох, не отказался сфотографироваться.

А во время войны и в послевоенные годы в церкви служил отец Викентий. В период хрущевских гонений он мужественно отстаивал храм. Вокруг батюшки сплотились прихожане. Несмотря на давление властей, храм Георгия Победоносца оставался действующим, привлекая жителей окрестных сел и, таким образом, угрожая оставить невыполненным обещание Никиты Сергеевича «показать по телевизору последнего попа». В 1957 году иеромонах Викентий и его мать Гликерия были жестоко убиты.

Сам батюшка славился своей добротой, кротостью, чадолюбием, писал иконы, ревностно служил. По его молитвам происходили исцеления, о чем до сих пор рассказывают в Ташлыке. И не только! После того, как в 90-е годы храм был открыт, в Ташлык стало прибывать всё больше паломников, узнавших о жизненном пути и мученической кончине отца Викентия. Регулярно сюда из Бендер приезжают сестры монастыря Петра и Павла. «Всем миром» поставлен навес над могилой мучеников – отца Викентия и его матери, дабы в любую погоду здесь могли собираться люди.

В селе до сих пор живут те, кто помнит батюшку. Есть и такие, кто приходится ему родней. Среди них и смотрительница музея Марианна Брага.

Ташлык – родина Филиппа Печула, фронтового кинооператора, чьи кадры о первых боях Великой Отечественной вошли в кинолетопись войны, в том числе в фильм «Ленинград в борьбе», смонтированный в 1942 году. Сам Филипп Иванович погиб в бою на Карельском перешейке в ноябре 1941-го. На доме, где он родился, союзом кинематографистов советской Молдавии была установлена мраморная доска.

Далеко от Приднестровья знают и свято хранят в памяти имя ещё одного жителя Ташлыка – молдавского писателя Митрофана Опри, спасшего в годы войны еврейскую семью. Митрофан и его жена Александра, рисковавшие собственными жизнями и жизнями детей, причислены еврейским народом к праведникам мира.

Прекрасные, чистые душой люди, удивительно красивая церковь, живописное место – всё это притягивает взор к Ташлыку. И не только наш. В прошлом году сюда приехал «Икарус» с туристами. Гимназисты и их родители были несказанно удивлены: так много они нашли в Ташлыке интересного, включая природный источник, колодец-журавль, выдолбленное из камня корыто, чей возраст даже предположительно трудно установить, и многое другое, чего не увидишь в городе. Все остались довольны, а сами жители села не переставали удивляться: «И что в нас такого удивительного?».

А ещё Ташлык, пожалуй, единственное село на территории постсоветского пространства, где построена новая, соответствующая всем современным требованиям школа. И совершенно точно – единственное, где была открыта молдавская школа на кириллице. Произошло это в прошлом году благодаря сотрудничеству по линии АНО «Евразийская интеграция». На открытии в Ташлыке побывали вице-премьер Российской Федерации Дмитрий Рогозин и член комитета Госдумы по международным делам Алексей Журавлев. Новая молдавская школа – свидетельство неувядающей традиции, многовековой истории села и продолжающейся в нем жизни.

Свидетельства старины заботливо сохраняют в музее, разместившемся в здании сельсовета. Марианна Брага показала нам старые фотографии односельчан, реликвии, предметы быта, рассказала как, опять-таки, «всем миром» по селу собирали ткацкий станок возрастом свыше ста лет. Старожилы подсказали, как его собрать, так что, хоть сегодня садись и тки.

А мне подумалось: не в этом ли задача современников – восстановить по крупицам картину отечественной истории, соединить, ниточка к ниточке, эпохи и поколения, чтобы не просто жить на своей земле, но и глубоко её чувствовать, быть с малой и большой Родиной одним целым.

Николай ФЕЧ.

Фото: YouTube.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.