Играя, жить на сцене

Парадокс, но старейший в Советской Молдавии театр был практически безжизненным зданием после своего восстановления в послевоенные время вплоть до 1969 года. Изредка, правда, выступали на его сцене гастролирующие артисты. Полноценную жизнь в него вдохнули выпускники Кишинёвского института искусств имени Г. Музическу и их руководитель Надежда Степановна Аронецкая, чьё имя он сегодня носит.

Среди актёров первого призыва был и Игорь Васильевич Таран, которому завтра исполнится 70 лет. Осенью он отметит ещё один юбилей – 50 лет, как впервые вышел на сцену. Игорь Таран – единственный из первой труппы театра, кто до сих пор играет в спектаклях Приднестровского театра драмы и комедии имени Н. С. Аронецкой.

Осенью откроется очередной, 48-й театральный сезон. Хотя, как подчеркнул в интервью нашей газете юбиляр, на самом деле он будет 49-м, потому что отчёт ведётся от официального открытия театра, но спектакли на его сцене начали ставиться ещё за год до этого события. И первый, кстати, был с символичным названием и символичным по содержанию. Пьеса «Город на заре» Алексея Арбузова была посвящена строительству комсомольцами в 30-е годы Комсомольска-на-Амуре. На сцене строили город те, кто вдохнул жизнь в театр. Да и ехали они в Тирасполь почти с таким же воодушевлением, как тридцатью годами ранее их сверстники на Дальний Восток. Отбирала Надежда Степановна Аронецкая исключительно «краснодипломников», а напутствовал, по словам Игоря Тарана, сам первый секретарь Компартии Молдавии Иван Бодюл. «Он сказал, что мы будем первыми, что там до нас никого не было. Когда нам показали театр, это было как в сказке. Не всякий московский театр может похвастаться такими помещениями», – вспоминает Игорь Васильевич.

Дебют на пятом плане, но в гриме

Сколько за это время было сыграно ролей, мой собеседник ответить точно не смог. «Очень много», – сказал лаконично. Но, конечно же, первый выход на профессиональную сцену помнит и сегодня. Хотя роль была эпизодическая, к тому же без слов и, более того, без всякого движения. Чтобы приучить своих студентов к сцене, Надежда Аронецкая старалась задействовать их в массовке и в эпизодических ролях. Игорю Тарану в первый раз пришлось играть милиционера, который во время суда охранял подсудимого. «Был полный зал людей. Я сижу на сцене и думаю: «Где наша школьная «англичанка», которая меня постоянно выгоняла из класса за то, что я вертелся? Вот пришла бы и посмотрела, как я сижу и играю роль», – говорит Игорь Васильевич. Перед первым выходом на сцену, в тот же день он стал объектом розыгрыша своих взрослых партнёров по спектаклю. «Я волновался. Сижу, переодеваюсь. Там ещё три актёра было. Говорю: «Ну всё, я уже готов». А один из них: «Как готов? Ты что, грим не делаешь?». Про себя думаю: «Какой грим? Я что, какого-то исторического деятеля играю?». Говорю им: «Нет. Мне никто ничего не говорил». Уже другой говорит: «Ты что? Как ты выйдешь на сцену без грима?». Подключился третий: «Это же твоё лицо!». Нас в институте уже научили немного гримироваться. Нанёс. Сидел я на сцене без движения, без единой фразы, в полумраке, на пятом плане, но зато в гриме…» – смеясь, рассказал юбиляр.

Ленинская тайна

Во время интервью я не удержался, чтобы не задать стандартный в подобных случаях вопрос – о том, как у будущего артиста появилась тяга к сцене. «Я никогда не ходил ни в какие драмкружки, но моими соседями, когда я жил в Кишинёве, были известные молдавские художники – Валентина Русу-Чобану и Глеб Саинчук. Их сын Лику был моим школьным приятелем. У них в доме мы готовили отрывки из спектаклей, цирковые номера. На наши выступления приходили все соседские ребята, человек 20», – вспоминает Игорь Таран. Дальше шло приобщение к театральному искусству уже через посещение спектаклей. В Кишинёве только что открылся театр «Лучафэрул», очень популярный в то время. Главным режиссёром там была Надежда Степановна Аронецкая. Это как всё новое… Как «Таганка», как Ленком в Москве. Но самым интригующим тогда было то, что происходило во время действа на сцене за кулисами. «Помню, что я школьником смотрел спектакль «Кремлёвские куранты» в театре имени Чехова. Мне было очень интересно: когда Ленин уходил со сцены, что он делает потом? Я же не понимал, что такое кулисы. Для меня он ушёл куда-то, где продолжается жизнь. Такова была моя детская вера», – поделился детскими впечатлениями мой собеседник.

Абитуриент с руками ювелира и плащ Мефистофеля

Актёром же Игорь Таран стал со второго захода. До того, как поступить в Кишинёвский институт искусств имени Музическу, он успел получить профессию слесаря-инструментальщика по штампам и пресс-формам. «Это прекрасная профессия. Ювелирная, можно сказать. Конечно, я давно уже ничего не делал руками. Это сродни скрипачу. Надо ежедневно заниматься. Мне было очень жалко расставаться с профессией», – сказал мой собеседник. Но всё же желание стать театральным актёром перевесило. Первую попытку он предпринял, работая уже на заводе «Микропровод». Решил поступить во ВГИК. Выдержал первый тур, а на второй решил не идти. «Я испугался, потому что со мной поступали дети очень известных людей, а я приехал из провинции», – рассказал Игорь Таран.

Не всё гладко, по его словам, начало складываться поначалу и во время приёмных испытаний в Кишинёвский институт искусств. «Объявили дополнительный набор. Из пятнадцати надо было выбрать троих. Прочёл стихотворение и понял, что я не заинтересовал экзаменаторов. Тогда я сказал, что ещё могу петь. На вопрос, что хочу исполнить, я ответил, что куплеты Мефистофеля из оперы Гуно «Фауст». Надежда Степановна попросила, чтобы мне дали плащ. И, кстати, он мне очень помог. Я попробовал войти в роль… Крёстным отцом в любви к пению считаю Муслима Магомаева. В 1966 году он выступал в Кишинёве, в Зелёном театре, и произвел на меня огромное впечатление. После этого я на бобинный магнитофон записал с телевизора те самые куплеты Мефистофеля в его исполнении и выучил их. На конкурсные прослушивания могли приходить как преподаватели, не входившие в число экзаменаторов, так и студенты. Когда я запел, то увидел, что студенты со смеху полезли под скамейки. У меня было чувство, что это полный провал. Пою и думаю: «Зачем мне это нужно было?». И всё же я был принят в институт вольнослушателем, а затем в том же году по ходатайству Надежды Степановны стал полноценным студентом», – рассказал актёр.

Роли, как дети

«Мне повезло, что я встретил её, – вспоминает он, говоря о своём педагоге. – В нашем деле, как и в любой другой профессии, очень многое зависит от наставника. Если бы это был бы какой-нибудь формалист, я бы, может быть, хоть и окончил институт с красным дипломом, но, скорее, стал бы тоже формалистом на сцене». Сегодня Игорь Таран сам преподаёт актёрское мастерство и сценическую речь в Приднестровском институте искусств имени А.Г. Рубинштейна.

Его тираспольские театралы знают как разнопланового актёра. Он может выступать в амплуа комика, а может сыграть и серьёзную характерную роль. Но, как сам признался, ему всегда нравились роли с комедийным оттенком, да и положительных героев он никогда не стремился играть. «Скажу честно: мне больше нравится играть отрицательных персонажей. Появляется возможность вложить что-нибудь в него доброе, – поделился Игорь Таран. – Эти персонажи более многогранны, чем стопроцентные положительные герои. А ещё мне нравятся комедийные образы, потому что люди без чувства юмора не интересны. Человек, умеющий посмеяться над своими недостатками, нормален. А тот, кто относится к самому себе «с большим чувством уважения», считает, что он «такой-то» – нездоров…

Роли, как дети. Нелюбимых нет. Роли, которые бы трудно дались? Я, наверное, везунчик по жизни. Есть люди, которые пашут, работают, а мне просто везло. Я ощущал востребованность. Сколько режиссёров к нам приезжало?! И у каждого получал хорошую роль. Нащупаешь в ней какую-нибудь изюминку, или, как у нас говорят, «зерно роли», и поймёшь, почему этот персонаж так поступает. Хотя порой мы и в собственной жизни не можем ответить на вопрос: «Почему я так сделал?». А тут ещё надо думать за «того парня», за своего персонажа. Доволен ли я, что удались роли? Человек не должен быть доволен тем, что он уже сделал. Это только у дурака может возникать чувство: «Ой, я всё сделал. Мне всё удалось». Это как доктор Дорн в чеховской «Чайке», который говорил, что больше всего смерти боятся верующие люди, потому что они страшатся своих грехов».

Вдали от родного театра и на съёмочной площадке

Игорь Таран также признался, что однажды задался вопросом: «А не изменит ли ему сценическое везение вдали от родного театра?». Поступило предложение из Гродно, на которое Игорь Васильевич откликнулся. На сцене драмтеатра в этом белорусском городе он выступал с 1985 по 1988 годы. По собственному признанию, быстро нашёл общий язык с коллегами по труппе, был на хорошем счету у руководства театра и быстро завоевал любовь гродненского зрителя, но потянуло на родные подмостки. «Я тогда думал: «Как люди уезжают за границу?». Не мог этого понять. И всё-таки вернулся в Тирасполь. Тосковал по нашему театру, по коллективу», – сказал мой собеседник.

Кроме театральных были ещё две роли в кино. В 2004 году, когда театр гастролировал по Западной Украине, поступило предложение сняться в эпизоде американо-российского фильма «Изгнанник». Затем его вместе с другими приднестровскими актёрами пригласили на съёмки российско-украинского сериала «Пляж». Правда, кроме материального, никакого иного удовлетворения, по собственному признанию Игоря Васильевича, эти две работы в кино ему не принесли. Как истый театральный актёр он считает, что работать на сцене непосредственно перед зрителем куда интереснее и, естественно, сложнее, чем на кинокамеру, тем более, зная, что можно всё исправить в следующем дубле. И уж тем более, по словам актёра, интереснее работать с юной аудиторией. Ведь кроме вечерних спектаклей Игорь Таран играл и в дневных.

«С детьми интереснее. Взрослые знают «материал», а детей надо заинтриговать, заинтересовать. Игра перед ними – лучший показатель искренности актёра. Надежда Степановна постоянно нас «туркала» и каждый раз напоминала, что мы должны на сцене быть естественными, при этом цитировала Фаину Раневскую: «Играют дети и музыканты, а актёр должен жить на сцене». Зритель очень быстро начинает понимать, что артист лукавит, а уж тем более, когда он откровенно врёт», – сказал в конце интервью мастер.

Мне достаточно часто доводилось видеть игру Игоря Тарана. Могу сказать, что он действительно живёт на сцене. Осенью должен начаться новый театральный сезон. Каков будет репертуарный план? По традиции, его открытие ознаменовывается премьерой. Думаю, что будет что-нибудь и из старого репертуара. В год 50-летнего творческого юбилея народного артиста Приднестровской Молдавской Республики и Республики Молдова, заслуженного артиста МССР Игоря Васильевича Тарана для него найдутся интересные роли. А чего ещё можно пожелать актёру в профессиональном плане? Разве что любви и признания публики. Признания он добился уже давно. А любовь зрителя к нему остаётся неизменной!

Кирилл Нефёдов.