Что имел в виду Путин?

Во вторник Президент России Владимир Путин принял верительные грамоты у послов 19 стран, а также посланника Европейского союза.

Среди новоназначенных иностранных дипломатов был и новый посол Молдовы Андрей Негуца. Как это и следует по протоколу, глава российского государства выступил с речью перед только что утверждёнными представителями дипкорпуса, в которой вкратце затронул основные аспекты двухсторонних связей с той или иной страной.

Всем уделяется равное время. Что же касается взаимоотношений с Молдовой, то российский Президент затронул и тему молдо-приднестровского урегулирования.

Будем и далее способствовать политическому решению приднестровской проблемы», – отметил Путин. На церемониях подобного рода не делается различий между тем, кто перед тобой стоит: послы США и ЕС или маленькой и периферийной Гренады. Поэтому, что имел в виду российский Президент, на страницах «Коммерсанта» в этот же день пояснил заместитель главы МИД РФ Григорий Карасин.

Итак, Григорий Карасин в самом начале беседы с журналистом «Коммерсанта» заявил:  «Реальное решение приднестровской проблемы состоит не в озвучивании с высокой трибуны ООН «революционных» предложений, за которыми явно проглядывают чужие интересы и устремления, а в методичной работе «Постоянного совещания по политическим вопросам» в рамках переговорного процесса по приднестровскому урегулированию (формат «5+2»). Этот международно признанный механизм – та площадка, в рамках которой предстоит найти формулу жизнеспособного урегулирования. Не совсем понимаю, почему представители ОБСЕ затягивают с этим».

«Революционными» предложениями Григорий Карасин назвал обращение Молдовы к Генассамблее ООН с просьбой посодействовать выводу российских войск из Приднестровья. По словам замглавы российского внешнеполитического ведомства, в Москве, а также во «многих других ответственных государствах – членах ООН к этой инициативе относятся с большой долей скептицизма, усматривая в ней угрозу возникновения нового источника открытой напряженности в юго-восточной части Европы». «Нам недостаточно уже существующих здесь очагов конфронтации?» – задался вопросом в этой связи Карасин.

Он особо подчеркнул, что отход одной из сторон от положений Соглашения от 21 июля 1992 года, согласно которому на линию противостояния вводились Совместные миротворческие силы, «в нынешней ситуации «пробуксовки» диалога между Кишиневом и Тирасполем реанимирует угрозу отката конфликта к горячей фазе». Для тех, кто сегодня в Кишинёве ратует за слом нынешнего формата миротворческой операции, Григорий Карасин заметил: «У тех, кто пытается продвигать идеи вывода российских военных, слишком короткая историческая память. Напомню, что именно действия российских военных позволили остановить кровопролитие в 1992 году». При этом замминистра иностранных дел России добавил: «На протяжении четверти века российский воинский контингент остается гарантом стабильности на Днестре. Это особенно важно на фоне непрекращающихся провокаций сторонников разного рода блокадных и иных силовых методов разрешения приднестровского конфликта».

Что же касается такой составляющей российского военного присутствия в Приднестровье, как ОГРВ, то Григорий Карасин напомнил, что оперативная группа находится здесь для охраны оставшихся в наследство от 14-й армии складов боеприпасов в селе Колбасна. «Благодаря нашим военным они надежно защищены от расхищения. Мы ответственны за то, чтобы они не попали в опасные руки. Выводить их можно только при условии содействия и гарантий безопасности со стороны заинтересованных властей. И не только приднестровских, но молдавских и, главное, украинских»,  – сказал замглавы МИД РФ. При этом он напомнил, что по 2003 год включительно из Приднестровья было вывезено 42 эшелона российского имущества, но произошла всем известная история с Меморандумом Козака, и вывоз боеприпасов был приостановлен до лучших времён, наступлению которых препятствуют и Кишинёв, и Киев.

«Уникальная миротворческая операция на Днестре уже четверть века доказывает свою эффективность. Там никто не стреляет и никто не гибнет. Изменение ее формата на ооновский кроме опасного обострения ни к чему не приведет. А что касается решения приднестровской проблемы, все зависит от желания и способности сторон договариваться, о чем мы говорим, не переставая, на протяжении многих лет», –
подытожил Григорий Карасин.

Александр Никитин.