Выход – быть скромнее

«Ну что может произойти за пять минут, которые мы тратим на поход в магазин за хлебом?». Особенно если речь идет о человеке, прошедшем через горнило войны, многолетней службы в спецподразделении, посвятившем жизнь изучению боевых искусств, а точнее – прикладным практикам, применимым в условиях военных действий.

Герой нашего повествования отнюдь не походил на культовый персонаж Сильвестра Сталлоне и с виду был вполне неприметным человеком. Распознать в нем мастера мог бы разве что такой же профессионал, как он. Но много ли таких?

Кое-какие зацепочки, разумеется, были видны и невооруженным глазом. Например, легкий, упругий шаг, военная выправка и, главное, проницательный взгляд, моментально оценивающий обстановку с разных ракурсов, словно в 3D.

Специалист такого уровня не думает, какую технику применить в следующий момент, не копается в памяти в поисках «секретных приемчиков». Всё происходит интуитивно, на автоматизме, с безукоризненной точностью, сообразно ситуации, действиям противника.

«Противник» – важное слово. Употребляется оно здесь не в спортивном, а в боевом смысле: противник на поле брани. Соответственно, речь идет не о победе «по количеству набранных очков» и даже не о блистательных тайсоновских нокаутах. Нет, речь об устранении, о ликвидации – любыми средствами, с наименьшими потерями, в кратчайшие сроки. Ввязываться в споры на тему «кто круче?» таким людям просто опасно. И хотя мастер, подобно художнику, всегда контролирует степень давления на кисть, лучше всё же за пределы тренировочного зала, учебного полигона, тактического поля свой опыт не выносить. Как говорили наши мудрые предки, не будите лихо, пока оно тихо.

Итак, в магазине, расположенном на одной из окраин города Тирасполя, давали пролог пьесы, хорошо известной работникам правоохранительных органов. Гражданин средних лет, крепкого телосложения, высокого роста, употребив спиртные напитки и отправившись в торговое заведение, чтобы приобрести ещё две бутылки водки, начал проявлять агрессивные намерения в отношении другого гражданина невысокого роста, худощавого телосложения.

Не будем воспроизводить здесь подробности завязавшегося диалога. В общих чертах он известен каждому. Панибратское, уничижительное похлопывание по плечу, характерные фигуры речи, угрожающее нависание всем телом (признак доминирования).

Вообще, поддаваться эмоциям у профессионалов, если только это не профессиональный поэт, художник или музыкант, считается дурным тоном. Всё, что сказал человек невысокого роста: «Друг, убери, пожалуйста, руку, это может для тебя плохо закончиться».

«Засмеялся Балда лукаво: «Что ты это выдумал, право? Где тебе тягаться со мною, со мною, с самим Балдою?». Но руку всё же убрал. Видимо, что-то такое почувствовал в спокойном, невозмутимом тоне, цепком взгляде…

И хорошо сделал, доверившись природному чутью. А за то непродолжительное время, что Балда нависал над «жертвой», раскачивался с пяток на носки, похлопывал незнакомца по плечу, и даже за то время, что он только подносил руку или только подумал её поднести, прошла целая вечность (для мастера) и один миг (для Балды). За это время, точнее – вне всякого времени, Балда, нависая, подобно шкаф с антресолями, словно сам собой потерял равновесие, получил множественные телесные повреждения, включая открытые и закрытые, причем никто в магазине, кроме одного неприметного человека, не понял, как это произошло.

Убрав руку и что-то буркнув, дабы сохранить лицо, здоровяк  направился к кассе, купил сигареты и, воспользовавшись вторым выходом из магазина, покинул поле несостоявшейся брани. Как говорит в таких случаях Сергей Лавров, операция по принуждению к миру прошла успешно.

И, таки да, Балда прав: быть скромнее – это выход.

П. Васин.