А всё-таки не зря…

О XIX Всемирном фестивале молодёжи и студентов, не так давно прошедшем в Сочи, ещё долго будут писать как в позитивном, так и негативном плане. Негатив более всего выплёскивается в вопросе без ответа: «А нужен ли он был, ведь такие «бабки» были затрачены на его проведение?». Работая в Сочи в качестве собкора газеты «Приднестровье», я лично для себя вывод сделал со знаком «плюс». Но даже тогда, когда ты полностью в чём-то уверен, бывает, что и подгрызают эту самую твою уверенность вопросы, наподобие вышеприведённого. И тогда ты ищешь, опять же для себя, ещё какие-нибудь аргументы в пользу своей точки зрения. Я их отыскал случайно, разговорившись с одним своим российским коллегой.

От адлеровского санатория «Южное взморье», где на время фестиваля поселилась журналистская братия, к главному медиа-центру отходил очередной «шаттл». Пассажиров было двое – я и мужчина лет 60-65. «Да, этот фестиваль вообще не похож на Московский 1985 года», – заметил мой попутчик. «Вы были на том фестивале?» – спросил я. «Алексей», – представился мой новый знакомый и достал из кармана бэйджик с изображением эмблемы фестиваля 1985 года. На обороте была фотография молодого человека и надпись: «Алексей Константинович Комов – ALEX». Оказалось, что он был не просто участником молодёжного форума, а одним из его организаторов. Причём фронт работ ему достался достаточно сложный. Он отвечал за делегации ФРГ, Западного Берлина, Австрии, Нидерландов, Бельгии и Люксембурга. Как вы понимаете, не самые дружественные СССР страны.

Фраза Алексея Комова о несхожести фестивалей заставила меня в тот же день проинтервьюировать моего нового знакомого. «Сравнивать, что хуже, а что лучше, – неправильно. Потому что, если мы посмотрим фестивали без исторического момента,  будет неверно. Тогда фестиваль проходил на фоне изменений в стране. Сейчас фестиваль – утверждение страны», – сказал Алексей. В своих фестивальных заметках я рассказывал о дискуссионных площадках, на которых выступали Президент России и руководитель его Администрации, министр иностранных дел, спикер Госдумы, глава Службы внешней разведки и т.д. Всех перечислять будет долго. Не знаю, как было в 85-м, но моему собеседнику было с чем сравнивать. «Мне вообще-то не нравятся все эти встречи, пресс-конференции. Но они делают очень важную вещь. Ни один фестиваль не поднимался до уровня, когда встречается с участниками Президент, третье лицо в государстве (я имею в виду Лаврова), Кириенко, Шувалов и далее по порядку. Это к каким-то «шпингалетам» приехало всё руководство страны. «Слушай, дорогой, меня уважили, да?»… Я приеду к себе, в какой-нибудь медвежий угол планеты, и скажу: «Посмотрите, с кем я там встречался!» – высказался на сей счёт мой собеседник.

Насчёт «шпингалетов» он, правда, поправился, сказав, что это, возможно, будущая элита своих стран. То, что следом сказал Алексей, было ответом и на ещё один часто задаваемый вопрос: «Зачем мы зачастую за собственные деньги при Союзе готовили специалистов для всего мира?». Россия и сегодня продолжает это делать, и не зря. «Кто приехал на фестиваль? Ребята, которые в будущем в своих странах будут занимать высокие посты. И что они видят? Во-первых, что их принимают с уважением. А во-вторых, как те же самые россияне обращаются с роботами, какие у них технологии и т.д.

Говоря о достаточно больших делегациях из стран, как их называли в советские времена, «третьего мира», мой интервьюируемый заметил: «Сейчас идёт борьба за Африку. Это кладовка мира. Китайские деньги там берут, но их идеологию не воспринимают. Китайцы прекрасно понимают, что одни они этот пирог не съедят. Делиться с американцами – себе дороже. Договариваться с европейцами – то же самое. Нефтедобыча в Китае никакая. Железные дороги? У нас эта отрасль намного более развита. Аналогично и в отношении Латинской Америки и Азии…».

Поговорили мы и о недостатках. Как же без них… «Фестиваль нормальный, цель достигнута. Но при всех плюсах душевности и демократичности ему не хватает. Люди хотят самоутверждения. Им дай небольшую комнатку. Они оформят её, будут принимать там народ и увлекут его», – обозначил главный недочёт в организации фестиваля Алексей Комов. При этом добавил: «Если бы дали помещение… Тут же все спортивные арены пустуют. Спокойно сделай выгородку и более того, если это вынести за территорию, то туда можно было бы пропускать людей. Тех же школьников, ту же молодёжь, которая могла бы приобщиться к культуре той или иной страны. Пообщаться и так далее. Да, с охраной, да, по пригласительным билетам – это как раз то, чего не хватило. Не потому, что не могли сделать. Чувствовался совершенно другой подход. Не было идеологов». Действительно, город Сочи все эти дни жил отдельно от фестиваля. Сочинцы о том, что происходило за «забором», узнавали из сюжетов местных и центральных каналов. Столь же изолированы от общения с россиянами, не причастными к фестивалю, были и его участники. Конечно же, в нынешние времена безопасность превыше всего. Но и в 1985 году спецслужбы не дремали. Мой визави по интервью, например, рассказал, как к нему однажды подошёл работавший в интерклубе, за который отвечал Комов, сантехник и попросил поделиться литературой, которую распространяли участники фестивали, сказав, что «для «конторы» нужно». Также был рассказ о том, как в составе бельгийской делегации был разоблачён разведчик. С парнем дурную шутку сыграла фестивальная атмосфера – доселе делавший вид, что ничего не понимает по-русски, бельгиец под конец фестиваля практически без акцента заговорил на великом и могучем… Вообще-то Алексею Комову досталось достаточно беспокойное хозяйство. Во-первых, кто-то догадался делегациям из капстран выделить клуб ткацкой фабрики имени Петра Алексеева на Войковской. По словам моего собеседника, «если задаться целью найти в Москве самые что ни на есть выселки, то это как раз сюда». А вторая головная боль была связана с тем, что в данный интерклуб, несмотря на его периферийность, не зарастала народная тропа. В стране был «сухой закон», а вот жить по его правилам иностранцы не хотели. Поэтому фабричный клуб на время фестиваля стал в столице «свободной алкогольной зоной». «Сначала наши «комарады» из Западного Берлина начинают разливать пиво. Мы намекаем, что нельзя. На что они нам заявляют: «Это наша национальная традиция». Как раз назло в это время в клуб зашёл проверяющий из ЦК комсомола… День Австрии был следом. Они решили, что ничем не хуже немцев, и выкатили тирольское вино свежего разлива. Помню, стояла пышногрудая девица в шляпе и в шортах и разливала вино. Начальству стало совсем плохо… Мы получили ещё худший эффект, когда по Москве быстро разнеслось, что в этом клубе не только поют… Мне в ужасе звонил начальник московской милиции и спрашивал: «Что вы там устроили? У меня нет людей, чтобы обеспечить безопасность. Я вынужден снимать участковых»», – вспоминал Алексей. Дальше шло по нарастающей, и уже в бельгийский день посетителей интерклуба угощали блинами, пожаренными на коньяке. Были и другие проблемы, связанные как с политикой, так и с фривольностью поведения некоторых участников, но, как отметил мой собеседник, никакой цензуры не было. Что же касается злостного нарушения «сухого закона» в интерклубе, то несмотря на словесные угрозы со стороны представителей ЦК ВЛКСМ «прибить его ещё до окончания фестиваля», Алексею Комову выговор не влепили, но особых поощрений тоже не было…

Под конец нашего разговора Алексей резюмировал: «Не надо забывать, что фестиваль 1985 года шёл после Олимпиады-80. Мало кто знает, что именно на ней впервые была отработана система интерклубов. И она прекрасно работала. Почему сегодня этого нет? Потому что тогда этим занимались люди, специализирующиеся на идеологии, а сейчас – подход менеджеров. Они правильно строят схему. Чем занимается хороший управленец – стандартизирует и алгоритмизирует всё. Действует жёсткая сцепка. Сейчас мы видим абсолютно стандартные дискуссии плюс добавление большой ВДНХ. Хорошо были представлены регионы России. У каждого был свой мини-павильон. Иностранные делегации в большинстве своём получили только столик».

Кстати, сегодня Алексей Комов – генеральный директор продюсерского центра «МультиМедиа», известный в России  писатель и публицист, а в своё время он работал на центральных телеканалах. В частности, был одним из создателей передачи «До шестнадцати и старше…».

Кирилл Нефёдов.