А что бы сказал Эйвери Брендедж?

Наверняка каждый, кто когда-либо смотрел соревнования по любому из видов спорта, где используются лыжи, замечал любимую позу спортсменов при позировании для фото- и видеокамер. Правильно, держа лыжи в руках. А ведь за эту позу когда-то могли и покарать столь же сурово, как сегодня наказывают за допинг.

И даже была одна жертва. Более того, из-за этой позы сами зимние Олимпиады в период своего расцвета могли стать преданием истории. С этим предложением выступил не какой-нибудь ярый противник олимпийского движения, а самый главный тогдашний «олимпиабосс» – президент МОК Эйвери Брендедж. Он посчитал зимние игры сплошь коммерциализированным мероприятием. И был недалёк от истины.

В отличие от летних Олимпиад, большинство зимних проходило в небольших курортных городках. Ещё в отсутствие телевидения у производителей спорттоваров как раз здесь появлялась прекрасная возможность для рекламы. Много ли выгод получит фирма, штампующая шесты, если даже очень крупно на этом легкоатлетическом инвентаре нанесёт своё название или логотип? И совсем другое дело, когда то же самое сделает компания, специализирующаяся на лыжной экипировке. Так почему бы тогда спортсменам за небольшой гонорар не демонстрировать сначала только болельщикам, затем фотокорреспондентам, а потом и телевизионщикам лыжи с соответствующими надписями? Эйвери Брендедж по возможности фиксировал каждый такой факт и перед тем, как собраться прикрыть зимние игры, президент МОК заявил, что у него есть «чёрный» список из 41 горнолыжника. Знал ли самый титулованный на тот момент представитель этого вида спорта австриец Карл Шранк прописные истины вроде «Язык мой – враг мой!» или наподобие «Молчание золото», уже неважно. В отличие от своих коллег-соперников, он молчать не стал и при каждом удобном случае (а интервью у него журналисты брали часто) Шранк подначивал Брендеджа, намекая на его безбедность. При этом Шранк заявил, что разбогатевшему на ниве спорта (с 1928-го и до избрания в 1952 году президентом МОК Брендедж возглавлял Национальный олимпийский комитет Соединённых Штатов) негоже судить о «левых» заработках спортсменов. В карьере Брендеджа как президента североамериканского НОКа был небольшой коммерческий проект, связанный с зимними играми в Лэйк-Плэсиде 1932 года. Тогда глава НОК США упросил американское правительство на время их проведения отменить для привлечения публики и окупаемости игр во время мирового экономического кризиса в отдельно взятом городке общефедеральный «сухой» закон. Для того же впервые в программу игр были включены показательные выступления. Забеги конькобежек (тогда это было в диковинку), гонки на собачьих упряжках и матчи по кёрлингу (в отличие от «программных» видов они были сверхпопулярны тогда в Штатах) принесли в несколько раз больший доход, чем все олимпийские состязания вместе взятые. Уже в бытность Брендеджа президентом МОК эта организация начала активную торговлю правами на телетрансляции Олимпийских игр.

 Но то, что можно Юпитеру (организаторам игр), не полагается быку (спортсменам), поэтому Эйвери Брендеджом Карл Шранк был публично предан анафеме как самый «болтливый» и «бесстыжий» из «чёрного» списка (по выражению самого Брендеджа) и отлучён на веки вечные от участия в Олимпиадах. Горнолыжники были не единственным объектом атаки тогдашнего президента МОК. В 1956 году гнев Эвери Брэндеджа обрушился на бобслей, который он сравнивал с автогонками, где главными являются не человеческие возможности, а достижения техники. Примечательно, что Международная федерация санного спорта и бобслея введёт ограничения на техновшества в этом виде спорта уже после смерти Брендеджа – по завершении зимней Олимпиады 1980 года в Лэйк-Плэсиде, куда команда ФРГ привезёт сконструированный специалистами авиастроительной фирмы «Мессершмит-Бёлькев-Блом» боб стоимостью в 300 тысяч долларов США…

Стоит заметить, что на сегодняшний день «любительство» присутствует на Олимпиадах лишь в футболе и боксе. В первом существуют ограничения по возрасту игроков. Во втором – полностью действуют любительские правила. А как быть иначе, ведь олимпийские соревнования – это не единственный поединок боксёров-профессионалов, к которому они готовятся год, а то и несколько лет. Это поэтапное прохождение к финалу, где и «звезду» могут вышибить на пути к нему. Наблюдать же за поединками боксёров, каждый из которых длился бы десять раундов, а в боксёрском турнире на Олимпиадах выступает несколько сотен спортсменов, было утомительно… Поэтому тут работает не желание оградить бокс от профи, а исключительно смотрибельная целесо-образность.

История Олимпийских игр знает вопиющий пример признания спортсмена «профессионалом». В 1948 году сборная Швеции была лишена олимпийского золота, завоёванного ею в командных соревнованиях по выездке. Все четверо её членов были военнослужащими-кавалеристами. Но был один нюанс. Команда состояла из трёх офицеров и фельдфебеля. Последний как раз и был признан «профессионалом». С таким же успехом можно утверждать, что лётчик-истребитель – любитель в военном деле, а несущий караульную службу на аэродроме солдат – профессионал. Шведы и тогда не признали лишение их олимпийской медали, не признают этого и ныне. Во всех шведских спортивных справочниках и на всех интернет-ресурсах четвёрка конников фигурирует как чемпионы Олимпийских игр 1948 года. Ну и что, что их таковыми не признаёт МОК. Зато их на родине считают таковыми. А это, согласитесь, главное, и должно являться примером для всех других стран, спортсменов которых в разное время необоснованно обижали «международные спортбоссы».

Но вернёмся к коммерции в спорте. Вообще-то коммерциализироваться олимпийское движение, как вы уже поняли, начало давно. Но особенно стремительно этот процесс пошёл с летней Олимпиады 1984 года в Лос-Анджелесе. Неожиданно она осталась без господдержки. Власти США более увлекала информвойна против СССР и его союзников, решивших бойкотировать игры, нежели финансовая помощь в проведении всемирного праздника спорта. Организаторы Олимпиады (городские власти), предоставленные сами себе, выкручивались, как могли. Методы были далеки от первоначальных идеалов олимпийского движения. Началось с того, что решено было продать за три тысячи долларов каждый километр эстафеты олимпийского огня по территории США. Узнав об этих планах, греческий представитель при МОК Николаос Ниссиотис заявил: «Огонь в Олимпии не будет зажжён до тех пор, пока в США не откажутся выжимать доллары за право нести священное пламя». Упрямого грека в конечном итоге уговорили…

Сегодня закусочные «Макдональдс» есть почти в каждой стране мира. До 1984 года их сеть была куда скромнее. Эта компания, выиграв общепитовский олимпийский тендер, ввела во всех своих заведениях «Олимпийское меню». Соответствовал ли набор блюд тому, которое предлагалось олимпийцам, за давностью лет проверить сложно. Но этот маркетинговый ход стал эпохальным в сфере «фаст-фуда». Тогда же и знаменитый производитель джинсовой одежды «Леви Страусс» по максимуму воспользовался своим выигрышем тендера на пошив «парадки» для американской олимпийской сборной. Через СМИ фирма представила на выбор американцам несколько вариантов. Правда, проголосовать за понравившийся можно было исключительно в «левисовских» фирменных магазинах…

Это было в далёком 1984-м. На дворе уже 2018-й. И тогдашние маркетологи «Леви Страусс» позавидовали бы, наблюдая за церемонией закрытия Олимпиады в Пхёнчхане. Юное дарование пело олимпийский гимн. Парнишка, думаю, через некоторое время станет известным певцом. Может быть, и не только у себя на родине. Может статься, что это будущая звезда мировой оперной сцены. А вот что «рубануло» по глазам, так это отчётливый «адидасовский» лейбл на костюме мальчишки. Эх, Эйвери Брендендж, почти святой борец с коммерциализацией спорта, видели бы Вы это… Хотя, возможно, и это ещё не «край». Никто не даст гарантию, что спустя энное время и меж кольцами на олимпийском флаге не появится логотип какой-нибудь известной фирмы.

Сергей Стелемах.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.