Шесть скумбрий

Хорошего человека должно быть много. Но всё-таки не стоит так уж явно бросать вызов злу. С одной стороны, это не безопасно, а с другой – слишком самонадеянно. Поэтому Вовчика, моего друга, я считаю безрассудно смелым человеком.

Добряк и альтруист, душа компании, он из тех, кто одним своим участием делает самое заурядное мероприятие незабываемым. Живописуя эпический масштаб личности друга, должен заметить: ни разу на праздничном столе я не видел такого количества закуски и горячительных напитков, перед которыми Вовчик мог бы спасовать. «Стальные нервы, железная воля», как сказал Жванецкий…

Я думаю, у былинных русских витязей должен был быть богатырский аппетит. Невозможно представить Илью Муромца вегетарианцем. Или чтобы Илюша, приняв чарочку-другую, тут же окосел, свалился под лавку, начал нести какую-то околесицу. Всякий скажет: нам на Руси таких богатырей даром не надо. И мы знаем: так не было и не могло быть. Просто старец-сказитель опустил эту сторону, полагая, что слушателям и так всё понятно.

Диетическое питание и безалкогольное пиво для Вовчика не существуют точно так же, как для третьеклассника Дед Мороз. С Вовчиком решительно бесполезно дискутировать на тему: «Сколько брать: одну или две», «что после чего нельзя», «как сделать так, чтобы после праздника не было плохо». Плохо, по его глубокому убеждению, может быть только от мысли, что чего-то недоел или недопил.

Но чем ближе к богатырю, тем больше разделяешь чувства богатырского коня. Великий человек порой требует от своего окружения невозможного. Однажды мой хлебосольный друг купил для холостяцкой вечеринки сразу шесть скумбрий. То ли скумбрии ему сильно захотелось, то ли очень выгодно купил – трудно сказать. Но только на этом и был сделан главный акцент в плане закуски. Про остальное я молчу. Холостяцкая вечеринка, она и в Африке холостяцкая.

Из холостяков, правда, был только Вовчик, а я – человек семейный. Жена, провожая, наставляла: «Ты с ним не соревнуйся, на рожон не лезь. Так, делай вид, что пьешь…». Я машинально кивал, поддакивал. А сам думаю: какая же это дружба? Не есть да не пить – самый простой способ обидеть хозяина. «А ты, Тихон, всё пьешь?». «Всё!» – шутили кэвээнщики.

Начали мы с Вовчиком со слабоалкогольных напитков, потом перешли на «домашнего изготовления», выше сорока. Беседа текла ручьем, вспоминали былое: рыбалку с Соловьем, знакомство с Горынычем. И только откуда-то из недр моего подсознания слабо раздавался диссидентский голос: «Остановись! Не надо!».

Скумбрия оказалась вкусная, жирная, «очень замечательная скумбрия», как говорит Вовчик. Жена, помудрев, не дергала меня по пустякам. А по молодости звонила через каждые полчаса. Телефон молчал. Душа пела, желудок ликовал.

После третьей скумбрии не закусывают. Но, дойдя до нужной кондиции, я тоже ощутил в себе богатырский дух. На закуску пошла четвертая. Почему, почему я не взял жену с собой… Господь создал женщину, может быть, именно для того, чтобы мужчина в перерыве между рыбалкой и футболом занимался чем-то полезным, вел умеренный образ жизни. Подумаешь, съел бы яблоко, запил компотом. А так… И две очаровательные, в полосатых купальниках скумбрийки призывно помахали хвостиками богатырям.

Расстались мы, достигнув консенсуса по всем вопросам.  На выходе мне показалось, что Вовчиков стало на одного больше – «хорошего человека должно быть много» (это, кажется, Иммануил Кант сказал). Вовчики ещё предлагали «на посошок» или хотя бы чаю с бубликами, но я, с некоторым запозданием, проявил силу воли и ограничился посошком.

Светили частые звезды и два молодых месяца. Опустевший Тирасполь был полон невыразимого очарования. Я решил немного проветриться, ведь обещал же прийти «трезвым, как огурчик». Но не прошел и полдороги. «Всё, богатырь, тебе крышка!» – сказала поджелудочная железа голосом Тугарина Змеевича.

Утром следующего (выходного) дня мне позвонил Вовчик. Большой, хороший, хлебосольный человек, он сообщил, что у него в холодильнике осталась ещё одна рыбка. А я подумал: какая широкая натура, какой размах, какой матерый человечище, но ничего не сказал и быстро повесил трубку.

Петр Васин.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.