Он стал пограничником 50 лет назад

Василий Лукич Кулик был призван в пограничные войска ровно 50 лет назад – 16 мая 1968 года. Юбилейный День пограничника он отметил в Московском погранотряде (назван по названию посёлка Московский, где размещался) на советско-афганской границе. Том самом, который стал известен широкой общественности в 1993 году, когда российским пограничникам 12-й заставы отряда в течение 11 часов пришлось отражать атаки афганских и таджикских боевиков. Впоследствии погранзастава получила наименование – имени 25 героев. Столько из 48 человек, находившихся на заставе, погибло в боях с прорывавшимся в Таджикистан крупным бандформированием. Шестеро участников тех событий стали Героями России. Из них четверо – посмертно…

Менее чем через год Василию Лукичу  пришлось стать непосредственным участником советско-китайского пограничного конфликта. Пиковый момент его  –  достаточно подробно описанные в литературе, в газетных и журнальных публикациях боевые действия за полуостров Даманский. Но неспокойно тогда, в 1969 году, было на всём протяжении границы СССР с Китаем. Мало кто знает, что боестолкновения в том же  1969 году  были и в ещё одном месте – у озера Жаланшколь в Казахстане. Там при водворении группы китайских военнослужащих на свою территорию погибло 2 советских пограничника, 10 было ранено. Китайские потери – 21 убитый, 40 раненых, 1 пленный. А с КНР граничили  четыре союзных республики  –  РСФСР, Казахстан, Киргизия и Таджикистан. Были и другие пограничные инциденты, закончившиеся без кровопролития. В одном из них довелось участвовать и герою этого повествования.  «Нам строго-настрого запретили поддаваться на китайские провокации и применять оружие. Попытки прорваться на нашу территорию мы сдерживали своими телами. Мы создали живую цепь, держась за руки. Они кричали нам что-то на своём языке. Но были и те, кто пытался нас спровоцировать на ответные действия. Какой-то мерзавец решил прорвать оцепление с помощью приклада автомата. Вот по моей руке и пришёлся удар. Досталось и моему сослуживцу», – вспоминает ветеран-пограничник. Моральное давление с китайской стороны на советских пограничников продолжалось на этом участке, по словам моего собеседника, три месяца, пока туда не прибыли наши армейские части, после чего он вернулся на кордон с Афганистаном.

Тогда это была относительно спокойная страна. Хотя, как сказал Василий Лукич: «Спокойствие и граница – вещи несовместимые». Приходилось и в секретах дневать-ночевать, и по неучебной тревоге не раз подниматься. Попытки контрабандистов проникнуть на советскую территорию предпринимались достаточно часто. Кроме обычных товаров через границу переправляли и наркотики. Были и заблудившиеся. «На самом деле они таковые или перешли границу сознательно, а заодно и  с какими намерениями, выяснял уже особый отдел, – рассказывает Василий Кулик. –  У меня были два сослуживца из Таджикистана. Они проводили первичный допрос задержанных. То, что попали на нашу территорию случайно, говорил почти каждый из тех, кто нарушал границу. Сложнее всего было выуживать их, когда они уже несколько углубились на нашу территорию.  Местное население, как правило, старалось укрыть нарушителей, поэтому для их задержания приходилось иногда прочёсывать приграничные кишлаки. Кто знает, с чем пришёл тот или иной нарушитель? Утверждать, что и в те времена там всё было спокойно, я бы не стал».

Афганистан стал в 20-30-е годы прошлого столетия  прибежищем лидеров басмачества. Недоразгромленная в те годы среднеазиатская политэмиграция с разбойничьим уклоном дала плодовитые всходы на афганской земле. Тогдашние власти этой страны, впрочем, как и до этого, клялись и божились в вечной дружбе с Советским Союзом, но старались закрывать глаза на потомков басмачей, не потерявших веру в возможность вернуться в СССР, что называется, на «белом коне». Поэтому зачастую соблазн просочиться через границу заключался не только в желании подзаработать на контрабанде…

Преступный ум, как известно, изобретателен. Нарушители советско-афганской границы, например,  часто использовали для введения в заблуждение пограничников  как домашних, так и диких животных. Загнав на систему контроля, например, стадо каких-нибудь парнокопытных, под этим прикрытием можно было и самим быстро пересечь границу. Правда, лицезрению мирно пасущихся четырёхногих нарушителей границы, которым государственные кордоны неведомы, пограничники не предавались. Была ли это случайность, разбираться было некогда, и, по словам Василия  Лукича, тогда как раз и проводились пограничниками проверки по окрестным селениям.  Кто оказывался без паспорта, передавался по инстанции…

Приходилось выполнять и несвойственные пограничникам функции. Во время службы в Московском погранотряде Василий Кулик стал очевидцем страшнейшей трагедии. Селевой поток стёр с лица земли одно из приграничных селений. «Оно было полностью накрыто сошедшим с гор селевым потоком. Как будто посёлка никогда и не существовало. Мы стояли тогда в оцеплении. Жутко было, особенно когда пытались пройти родственники тех, кто там жил. Не психологи мы были, но удавалось отговорить туда не идти», – вспоминает Василий Лукич.

Кстати, Московский погранотряд отличился и в эпопее с перехватом 1 мая 1960 года самолёта Фрэнсиса Гари Пауэрса. Пилотируемый им U-2 – высотный разведчик, до сих пор состоящий на вооружении ВВС США. Его тактико-технические характеристики и спустя пятьдесят с лишним лет  удовлетворяют Пентагон. Первыми, кто обнаружил самолёт-шпион, были пограничники Московского погранотряда. Видеть они его не могли. Летел-то он на заоблачной высоте, но рёв турбин всё же был немного слышен… «Когда я служил в Московском погранотряде, в расположении штаба уже была памятная доска об обнаружении самолёта Пауэрса. Она же гласила, что два пограничника, которые первые зафиксировали нарушение воздушного пространства СССР, были награждены орденами», – рассказал ветеран-пограничник.

За время службы он и сам был представлен к только что тогда учреждённому нагрудному знаку «Отличник погранвойск» II степени. Правда, как это часто бывало, документы где-то долго ходили, поэтому, отписав перед «дембелем» своему отцу, ветерану трёх войн, о награждении, с полгода  чувствовал неловкость. «Он меня подначивал, что я врун, – вспоминает мой собеседник. –  Мне приходилось оправдываться:  «Видать, наверху посчитали, что я всё-таки недостоин, и представление отложили в сторону». А потом меня вызвали в военкомат и наконец-то вручили знак».

Он, кстати, по словам Василия Лукича, не раз заставлял краснеть его нынешних «коллег» из некоторых стран постсоветского пространства. «Мне в последнее время достаточно часто доводилось ездить в Россию через Украину. После проверки документов, бывало, ко мне обращались украинские пограничники с просьбой дать им «копеечку на пиво». Говорю: «Не стыдно тебе, сынок?!», доставая наградное удостоверение. «У Вас же на лбу не написано, что Вы – ветеран-пограничник», – говорят и краснеют… А я  им: «А  какая  разница, вы же здесь страну представляете», – с досадой в голосе говорит мой новый знакомый.

Искренне верю в то, что, несмотря на все нынешние украинские передряги, и в этой стране столетие советских погранвойск те, кто в них служил, отметят достойно. Ведь зелёная фуражка не только модный на 28 мая аксессуар к одежде, но и напоминание о том, что её носили люди, как метко выразился Василий Лукич, первыми встречавшие,  когда желанных, а когда и нет, гостей.

P.S. В конце интервью я решил закурить. «А я бросил во время службы на границе. Командир нашей заставы и сам не курил, и не терпел курящих. «Батя», как мы его звали, всегда говорил, что, закуривая, мы выдаём себя, поэтому для проштрафившихся он прописывал марш-броски в полной боевой выкладке. Сам сопровождал нас на лошади, следя, чтобы никто не срезал. Мне хватило одного, чтобы покончить с этой привычкой. О чём и не жалею», – подытожил наш разговор мой собеседник.

Сергей Стелемах.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.