Сколько нас? А сколько будет?

На эти вопросы постарались ответить участники круглого стола «Демография и мы», состоявшегося в офисе партии «Обновление». Среди выступавших учёные Приднестровского госуниверситета им. Т.Г. Шевченко – декан факультета общественных наук Елена Бобкова, замдекана естественно-географического факультета Владимир Фоменко, завлабораторией региональных исследований Андрей Кривенко, завкафедрой социально-экономической географии и регионоведения университета, депутат Верховного Совета  Михаил Бурла и студенты главного вуза республики.

На первый вопрос («Сколько нас?») достаточно точно отвечают данные переписи населения 2015 года – чуть более 475 тысяч. Бытует мнение, что к моменту обретения Приднестровьем независимости здесь жило более 700 тысяч человек. Опять же эти цифры опираются на последнюю всесоюзную перепись 1989 года. Однако в данном случае не учитывается тот факт, что были и правобережные части Дубоссарского и Каменского районов МССР, которые ныне входят в состав Молдовы, но жителей которых почему-то посчитали как приднестровцев. Поэтому участники круглого стола оперировали несколько меньшим числом – 680 тысяч. Но всё равно демографические потери огромны. Тем не менее ситуация в Приднестровье, как отмечалось в докладах, не является чем-то из ряда вон выходящим. В нашей республике происходят те же процессы, что и во всех странах постсоветского пространства и бывшего соцлагеря. Например, самая сложная демографическая ситуация в Европе наблюдается в Литве.

Ответ на вопрос «Сколько нас будет?», например, лет через десять, дать никто не может. МССР на конец своего существования была самой густонаселённой республикой Советского Союза. Сегодня плотность населения в Приднестровье приближается к уровню 70-х годов, когда только начиналась очередная волна заселения нашего края. В советские времена здесь доминировали сельские жители. Ныне же большая часть приднестровцев (до 70%) живёт в городах. Для сравнения: доля городского населения в соседней Молдове всего лишь 38%. И это самый низкий показатель во всей Европе.

Спасти «село» при нынешнем развитии агротехнологий, когда современная сельхозтехника заменяет сотню рабочих рук, чрезвычайно трудно. В Приднестровье за последние годы появились и умирающие сёла. Согласно приведённым на круглом столе данным, в республике 21 населённый пункт с числом жителей от пятидесяти и меньше. В четырёх из них вообще нет ни одного человека. Дорожный указатель есть, дома стоят, а людей там нет… Идёт процесс старения населения. По переписи 2015 года в ПМР 27% пожилых людей. В Каменском районе этот показатель и вовсе превышает 33%. Численность же его населения меньше, чем одного столичного микрорайона Октябрьский.

И всё же есть определённые тенденции, свидетельствующие о том, что постепенно демографическая ситуация выравнивается. Во-первых, в нашей республике увеличилась средняя продолжительность жизни. Сегодня она выше, чем у наших ближайших соседей. Снизился дисбаланс между смертностью и рождаемостью. Он уже не столь велик, как ещё несколько лет назад. Что особенно радует, так это переход с верхушки таблицы мировых показателей младенческой смертности вниз. Ещё не так давно Приднестровье вместе с самыми бедными странами мира было в лидерах по этому показателю. Сегодня, наоборот, мы находимся примерно на уровне Кубы с её высокоразвитой медициной, и, как следствие, рекордно низкой детской смертностью.

Но главной демографической проблемой, по мнению участников круглого стола, является не естественная, а миграционная убыль населения. Обращали внимание на то, что результаты переписи 2015 года дали 70 тысяч «временно отсутствующих» приднестровцев. В 2003 году таковых было 36 тысяч. Речь о трудовых мигрантах. В Бендерах, например, к данной категории относится 20% населения. Хотя были и другие времена. Последняя всесоюзная перепись, наоборот, выявила 2 тысячи «временно присутствующих» на территории нынешней Приднестровской Молдавской Республики – сезонные рабочие, студотрядовцы, отдыхающие, командировочные и т.д.

Сколько из «временно отсутствующих» приднестровцев вернётся обратно, предсказать трудно. Как отметил в своём докладе заместитель декана естественно-географического факультета Владимир Фоменко, основной мотивацией выезда за границу для приднестровцев является всё же не погоня за «длинным рублём». Зачастую  люди, выехавшие в Россию (основная часть приднестровцев оседает там),  имеют те же зарплаты, что у них были и в Приднестровье. Главным же является обеспечение будущего своих детей. «В советские годы нам рисовали перспективу. В 60-е  приняли программу, согласно которой СССР должен был перегнать по экономическим показателям Соединённые Штаты. Те, кто сейчас вам говорят, что не верили в это, кривят душой», –  заметил в этой связи Михаил Бурла,  добавив, что его коллеги – участники круглого стола – в пиковый для республики 1992 год были дипломниками, сделавшими тогда непростой выбор в пользу Приднестровья. Из группы, в которой учились и Владимир Фоменко, и Андрей Кривенко, за рубеж, получив документ об окончании вуза, в разгар боевых действий выехали всего два человека. «Стимулирование рождаемости? Оно должно быть не декларативным – «плодитесь и размножайтесь». Государство должно демонстрировать, что заинтересовано в этом», – заявил Михаил Бурла.

Поэтому во время дискуссии обращалось внимание на необходимость разработки целевых государственных программ, наподобие российского «Материнского капитала»,  поддержки молодых специалистов и их семей. Кое-что уже сделано. Каков эффект будет от уже принятых и разрабатываемых законопроектов в данной сфере, посмотрим. Улучшение демографической ситуации  заявлено и в программе развития республики на период до 2026 года.

Александр Никитин.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.