Приговор оспорен потомками

…Кириленко, Парабин, Пашинский, Крыжановский, Сурмели, Новаковский, Ходзицкий, Шатов, Сербин, Руссо, Телятников, Лавров, Рубан, Круковский…
За каждой фамилией – трагическая судьба. Всего в годы политических репрессий на территории МАССР было расстреляно 5,5 тыс. человек (из которых около 5 тыс. – в Тирасполе, за период с августа 1937 года по ноябрь 1938-го), а точное количество прошедших лагеря, сосланных и раскулаченных неизвестно до сих пор. Среди безвинно пострадавших – руководящие партийные и хозяйственные работники, представители духовенства, интеллигенции, рабочие и крестьяне.

В Тирасполе прошли траурные мероприятия, приуроченные к Международному дню памяти жертв политических репрессий. Близ порохового погреба Суворовской крепости, недалеко от места массового расстрела советских граждан, ныне находится их братское захоронение. Здесь состоялись митинг, лития и перезахоронение найденных поисковиками останков.

Эксгумация проводилась в три этапа. В начале 90-х, когда вскрылись следы массового убийства, было перезахоронено около 800 человек. В прошлом году обнаружены останки ещё 437 убиенных и в этом – 218. Поисковые работы продолжаются. Огромный вклад в их осуществление внесли участники республиканского молодежного движения «Наследники Победы» и старший научный сотрудник НИЛ «Археология» ПГУ им. Т.Г. Шевченко Игорь Четвериков.

Государственный советник Президента Анна Волкова зачитала обращение главы государства к участникам митинга. «Человеческая жизнь – бесценный дар, – отмечает Вадим Красносельский. – Её потеря – удар по всему народу, по его будущему». По мысли Президента, все приднестровцы, в особенности будущие поколения, должны помнить об одном из самых трагических периодов отечественной истории. Случившееся нельзя замалчивать. Историю нужно знать такой, какой она была, «не сводя счеты, не нагнетая напряженность». К консолидации общества можно прийти только в том случае, если будут сделаны правильные выводы.

Добавив несколько слов от себя лично, Анна Волкова сказала, что её дед тоже был репрессирован в 1938 году. Где его могила, да и есть ли таковая, она не знает до сих пор.

Аналогичные истории у замглавы госадминистрации Тирасполя и Днестровска Николая Обручкова, уроженца Паркан, и председателя Ассоциации жертв политических репрессий Павла Кушко, родившегося в Сибири, на поселении.

Близкие арестованных в большинстве случаев годами, десятилетиями не знали правды об их судьбе. Николай Обручков, к примеру, считал, что его дедушка умер в 1953 году в Сибири от воспаления легких. Хотя на самом деле он был расстрелян недалеко от отчего дома, в Тирасполе. О том, как действительно сложилась его судьба, семья узнала лишь в прошлом году.

Немногим раньше правда о жизни и смерти отца, Тимофея Севастьяновича Руссо, открылась его сыну Ивану Моисееву (желая отвратить беду, мать дала ему свою девичью фамилию). Отвечая на вопросы журналиста, Иван Тимофеевич не может скрыть волнения. Говорит, они с папой родились в один день – 10 февраля: Тимофей Севастьянович – в 1901 году, он – в 1937-м. В августе этого страшного года отца арестовали, в декабре он был расстрелян в Тирасполе. Арестован по доносу как румынский шпион. Возможно, единственным основанием для этого послужило место рождения – село Яровое под Сороками. Работал Тимофей Севастьянович директором школы в селе Подоймица Каменского района, был коммунистом, членом РКП(б).

Имена не менее 13000 репрессированных (среди них безвинно пострадавшие в самые разные годы, начиная с 1918-го, как уроженцы Приднестровья, так и расстрелянные на территории нашего края) ныне занесены в Книгу памяти жертв политических репрессий. Она создается группой единомышленников, среди которых члены Ассоциации жертв политических репрессий, представители Тираспольско-Дубоссарской епархии, сотрудники некоторых районных музеев, краеведы. Благодаря их общим усилиям количество возвращенных из небытия имен постепенно продолжает расти.

По словам депутата Верховного Совета, руководителя республиканского движения «Наследники Победы» Игоря Буги, перезахоранивая останки убитых, современники делают очень важное, богоугодное дело. «То, что открылось взору поисковиков в расстрельных ямах у стен порохового погреба, не укладывается в голове», – сказал он. И тем больше усилий мы должны приложить, чтобы люди, которые лежат в них до сих пор, были по-человечески перезахоронены.

Крепкая память, трезвое историческое самосознание – защита от повторения ошибок прошлого. Одна из публикаций исследователя Виталия Иченко, многие годы занимавшегося темой политических репрессий на территории нашего края, называлась «Приговор к забвению отменить!». Думается, что именно в этом главный посыл нашего поколения потомкам. Ведь палачи очень рассчитывали на окончательность, непреложность своего приговора. По их замыслу, не должно было остаться ни имен, ни даже места захоронения тех, кого бездоказательно заклеймили «врагами народа».

Заупокойную службу по убиенным по очереди совершили представители трех конфессий: православия, католичества и иудаизма. Спустя 81 год после начала массовых расстрелов тела убитых были, наконец, достойно погребены.

Николай Феч.

Фото: www.novostipmr.com

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.