Пройти мимо или остановиться?

Бринкли превосходно ловит мячик, и ему даже предлагали стать дублером баскетбольной команды, но он остался со мной, чтобы целыми днями спать на своей подушке размером с колесо грузовика.

Из к/ф «Вам письмо»

Эти слова главного героя фильма «Вам письмо» пронизаны человечностью. Они просты. Непосредственны. В них нет кичливости и яканья. Человек, говорящий их, просто человек. И это нормально – быть просто человеком. Любящим, заботливым, неравнодушным, умеющим сострадать. Способным протянуть руку. Это так же нормально, как дышать, говорить, думать, смотреть. Это та естественность, которая вовсе не заслуга наша, а данность. Но сегодня, когда многими человечность возводится в ранг невиданной диковинки, когда жестокость для многих не только нормальна, но и привычна, когда люди друг друга уже не тайно, а открыто ненавидят, хочется прокричать на весь мир: «Остановите Землю – я сойду!».

Ребята, послушайте: ведь так, как есть сейчас, быть не может, быть не должно! Когда те, кто зовут себя людьми, топят только родившихся котят. Оправдывают себя, говоря, что делают это, чтобы «не плодить заразу». Топят на глазах у детей. И дети, эти маленькие человеки, не потерявшие еще связи с добром, прекрасно понимают, что случилась беда! Несутся домой и сквозь душащие их слезы кричат: «Мы пытались его остановить, но он сильнее нас!..». А потом зимой, когда дворовая кошка рожает котят, соседи по очереди прячут в своих тамбурах малышей с мамой от тех, кто «сильнее». Чтобы они, эти «сильные», не утопили. Потому что для соседей и их детей, к счастью, быть добрым – естественно. Не естественно – по-другому. По-другому – невозможно. И есть надежда… И зараза не крохотные котята и щенки, а как раз эти «сильные» жестокие нечеловеки!

«Выбросили животное на улицу замерзать в связи с переездом». «Привязали леской к штырю, на шее собаки огромная рана». «Переломали щенку все четыре лапы, связали и оставили умирать в мусорном контейнере». Пролистываю в «Фэйсбуке» хронику общества защиты животных в Тирасполе с призывами о помощи, и по телу бегут мурашки. Да что там мурашки, сердце разрывается от боли и негодования одновременно. Неужели все ЭТО дело рук человеческих?! Защитники животных каждый день сражаются за жизни бедных «хвостиков», с опаской глядящих на людей, дрожащих, но готовых вновь дать нам шанс. Поверить в нас снова. И, если повезет, стать преданными друзьями на всю жизнь. Только бы не встретилась на их пути тварь человеческая, которая эту жизнь отберет. Решит, что может, и отберет. Просто потому, что может.

К счастью, есть и те, кто не могут. Не могут пройти мимо больных собак и кошек, мимо голодных, истощенных или немощных от старости животных. Они лечат, кормят, выхаживают, дают приют тем, кто когда-то был выброшен на улицу «из-за дурного характера», «не подходящего к интерьеру внешнего вида», наскучивших обязанностей по уходу… Эти люди спасли и спасают десятки выброшенных и обреченных на смерть животных. Они спасают, в конце концов, веру в человечество. Которое было задумано Вселенной как гуманное и высокоинтеллектуальное сообщество. Которое может все что угодно. Может многое. Но только не лишать жизни. Не издеваться. Не причинять боль и страдания. Может лечить, помогать, протягивать руку помощи. Может научить своих детей любить, не предавать, быть настоящими друзьями и настоящими людьми. А иначе все бессмысленно. Иначе – пустота. Иначе у человечества нет будущего. И решать только нам с вами: пройти мимо или остановиться…

Отчаяние

Мы чувствуем…

 Мы не ждем чуда. Нас выкидывают из дома, как вещи. Мы не вещи. Скитаемся по улицам городов. Занятые прохожие обходят стороной. Каждый день – борьба за выживание: не попасть под машину, найти еду и воду. Мы с надеждой смотрим на каждого человека… Но нас пинают и бросают камни… Мы терпим и отводим глаза. Мы беззащитны перед людьми и перестали верить вам. Люди делают нам больно. И мы боимся. Если вам кажется, что мы не умеем плакать, – умеем.

P.S. Знайте, мы чувствуем.

Татьяна Астахова-Синхани.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.