Если бы встретить мне себя…

Хочется, чтобы папа был жив, а мама здорова. Хочется второго ребенка, а тебе уже под сорок, хотя в душе не больше двадцати пяти. Хочется недосягаемого и невозможного. Хочется повернуть время вспять, сделать иначе, сказать иначе, поступить и прожить иначе. Хочется делать все вовремя и разумно. Чтобы жить легко и без вечных сожалений, без оглядки на прошлое. Туда, где было лучше, светлее, радостнее. Но вот ты просыпаешься однажды утром и понимаешь: тебе сорок. И многое уже невозможно. И многое уже случилось. И время вспять – никак. Ну никак!

Как со всем этим быть? Умные люди знают – думать о хорошем, принимать все, как есть. Жить здесь и сейчас. Видеть то, что стакан наполовину полон, а не наоборот. Научить себя видеть именно так, а не наоборот. Но куда деваться от этой пульсирующей в голове мысли, что все могло быть иначе, если бы нет… И если бы да… А может, еще есть шанс, и удастся втиснуть себя в рамки? Внутри которых счастье, а снаружи его нет. Но все вокруг кричит о том, что уже поздно, что время почти ушло и уходит с каждой секундой больше и больше. Утекает сквозь пальцы, как вода. Безвозвратно. И остается одно – принять. Мы все ведь такие, разве нет? Нереализованные дочери и сыновья, мамы и папы, писатели и актеры… Мы все чего-то хотели, но не смогли, не успели, побоялись… Думали, что вот-вот… А «вот-вот» не случилось, и ясно, что уже никогда и не случится.

Время – штука неумолимая. И возраст тоже. Его придумали не люди, как принято считать. Его придумала природа, Вселенная, сама жизнь. И вот ты стоишь на краю этой Вселенной и понимаешь, что большая часть жизни уже прожита, лучшая ее часть. И понимаешь, слова из кино, что в сорок лет все только начинается – слова утешения, не более. И думаешь о кризисе среднего возраста, о том, что, оказывается, он случается не только с мужчинами. Но для чего он нужен, этот кризис, от него так тоскливо, так не по себе, от него земля уходит из-под ног. И важные доселе дела становятся такими неважными. Ты словно отходишь на много-много метров назад и смотришь на свою жизнь оттуда, со стороны. На всю свою жизнь – от рождения и до этой поры. А что там, за точкой. Сегодня – неизвестно. Там пунктир. Наживленная жизнь, наметанная робкими стежками.

Каждый из нас думал, что будет иначе. Конечно – лучше. Ну, разумеется, лучше. Мы мечтали о большой дружной семье. О красивом доме, где уютно и современно. О парящей карьере, о профессиональном взлете. О здоровье сибирском до глубокой старости. О здоровых родителях рядом – всегда. О легком преодолении жизненных сложностей – ведь ты сильный, а рядом с тобой те, на кого можно положиться, опереться, кто решит проблемы вместе с тобой, а какие-то – за тебя. Все вышло иначе. В какой же момент что-то пошло не так? И столько пунктов из нашего списка вычеркнуты безвозвратно. А мы думали этого – безвозвратного – никогда не случится с нами. Или не с нами. Или очень нескоро. И жили как-то начерно, думали, что набело еще сто раз успеем, да? Буквально вчера еще думали так. Но наступило утро, и стало очевидно, что – не успели. Многого. Набело не успели. Скоро прозвенит звонок, и нужно будет сдавать работу – как есть. Конечно, впереди нас ждут еще уроки, и контрольные будут, но уже другие. А эту нужно сдавать…

И ты, такой мудрый вроде бы, сорокалетний, кричишь этим молодым вокруг тебя – живите вовремя. Любите, рожайте, делайте карьеру – вовремя. Не думайте, что будет возможность переписать жизнь набело. А они смотрят на тебя, смеются и делают все по-своему. Конечно, по-своему. Как и ты когда-то. Вот если бы встретить тебе себя лет этак двадцать назад, если бы… И рассказать о самом важном. Начертить карту жизни, где-то предостеречь, а где нужно – подтолкнуть. Если бы… Но уже никогда. Это «никогда» – как ножом по сердцу. Именно оно. Вот если бы поменять это «никогда» на «возможно, когда-нибудь». Но поменять нельзя. И остается – смириться? Перестать слишком много думать, оглядываться, а просто жить дальше? Закрыть одну дверь и открыть другую, за которой пока неизвестная тебе жизнь с неизвестными планами и мечтами? И признать: Есенин был прав, и «жить нужно легче, жить нужно проще, все принимая, что есть на свете». Наверное, в сорок лет мы переходим на новую ступень – учимся смирению, разумной покорности. А после должны наступить спокойствие, умиротворение. Но это очень непростой урок, усвоить его сразу не выходит. Нужно время. Снова – оно. И мы снова будем терять его, совершая новые и новые ошибки. Потому что живем в первый раз… Потому что – люди.

Татьяна Астахова-Синхани.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.