Еще Макаренко говорил

День борьбы с ненормативной лексикой

В повседневной жизни нередко приходится слышать слова и выражения, употребление которых совершенно недопустимо с точки зрения общественной морали.

…Нецензурной брани, так вышло в этот день, наслушалась. Утром разъярённый начальник костылял подчиненных такими словами, что потом стыдно было смотреть друг другу в глаза. В обед в переполненном троллейбусе слышала, как водитель, забыв отключить микрофон, ругал последними словами слетевшие с проводов штанги. А вечером, забирая дочку из детсада, была шокирована случившимся. Голубоглазый четырехлетний Вовчик называл девочку из группы грязными словами за то, что она не отдавала понравившуюся игрушку. Родители делали вид, что не слышат. Было стыдно за малыша и за его маму, которая, как бы оправдываясь, вопрошала: «И где он такого нахватался?». Мать пыталась успокоить ребёнка, прося не ругаться, но сынулю это еще больше разозлило – снова полились те же, что минуту назад, ругательства. «А знаешь, кто ты? Ты…» – в ответ уже грязным словом парировала обиженная девочка.

Помещение группы родители покидали молча. Каждый, ведя свое чадо, наверняка, как и я, думал о произошедшем. Уже на выходе из детсада услышала от пожилой женщины, видимо, чьей-то бабушки: «Почитать Макаренко, его «Книгу для родителей» всем нам не помешает. Когда он об этом еще говорил…». Женщина еще проворчала что-то насчет того, что мир перевернулся, люди помешались на деньгах, им не до культуры.

Ее слова настолько запомнились, что я задалась целью отыскать книгу известного советского педагога. Неужели, подумала, его слова, как сказала женщина, актуальны и сегодня? В этом убедилась скоро, читая некоторые выдержки из нее: «…Очень культурные люди, ответственные работники, прекрасно владеющие русским языком, находят иной раз в матерном слове какой-то героический стиль и прибегают к нему по всякому поводу, ухитряясь сохранить на физиономии выражение острого ума и высокой культурности. Трудно понять, откуда идет эта глупая и дикая традиция. В особенности любят его употреблять некоторые начальники, разговаривая с подчиненными. Получается такой непередаваемой прелести шик: сидит ответственнейший, могущественный деятель за огромным письменным столом, окружен кабинетной тишиной, мягкостью, монументальностью, обставлен телефонами и диаграммами. Как ему разговаривать? Если ему разговаривать точным языком, деловито, вежливо — что получится? Могут сказать: бюрократ сидит. А вот если при своем могуществе и блеске рассыпает он гремящее, или шутливое, или сквозь зубы матерное слово, тогда подчиненные, с одной стороны, и трепещут больше, а с другой стороны, и уважают. Прибегут в свою комнату и восторгаются: «Ох и крыл же! Ох и крыл!..». И получается не бюрократ, а свой парень, а отсюда уже близко и до «нашего любимого начальника». И женщины привлекаются к этим любовным утехам. При них, конечно, не выражаются открыто, а больше символически. «Жаль, что здесь Анна Ивановна, а то я иначе бы с вами говорил!». И Анна Ивановна улыбается с любовью, потому что и ей начальник оказал доверие. Любимый начальник!

А так как каждый человек всегда над кем-нибудь начальствует, то и выражается в меру своих способностей и прерогатив. Если же он последний в иерархическом ряду и ни над кем не начальствует, то он «кроет» неодушевленные предметы, находящиеся в его распоряжении: затерявшуюся папку, непокорный арифмометр, испорченное перо, завалившиеся ножницы. В особо благоприятной обстановке он «кроет» сотрудника, соседнее отделение и, понижая голос на семьдесят пять процентов, «любимого» начальника».

А вот еще одна выдержка ученого-педагога, касающаяся уже поведения молодых людей. Пусть еще не нашего Вовчика, а постарше, но ведь и он подрастет: «…Не все понимают такую простую, абсолютно очевидную вещь, что матерное слово есть неприкрашенная, мелкая, бедная и дешевая гадость, признак самой дикой и первобытной культуры, циничное, наглое, хулиганское отрицание и нашего уважения к женщине, и нашего пути к глубокой и действительно человеческой красоте. Но если для женщин это свободно гуляющее похабное слово только оскорбительно, то для детей оно чрезвычайно вредно. С удивительным легкомыслием мы терпим это явление, терпим его существование рядом с нашей большой и активной педагогической мечтой…

Для взрослого человека матерное слово — просто неудержимо оскорбительное, грубое слово. Матерное слово не вызывает у него никаких половых представлений или переживаний. Но когда это слово слышит или произносит мальчик, слово не приходит к нему как условный ругательный термин, оно приносит с собой и присущее ему половое содержание. Сущность этого несчастья не в том, что обнажается перед мальчиком половая тайна, а в том, что она обнажается в самой безобразной, циничной и безнравственной форме… Частое произношение таких слов приводит к нездоровому интересу к женщине, к ограниченной и слепой впечатляемости глаза, к мелкому, надоедливому садизму словечек, анекдотов, каламбуров. Женщина приближается к нему не в полном наряде своей человеческой прелести и красоты, не в полном звучании своей духовной и физической нежности, таинственности и силы, а только как возможный объект насилия и пользования…».

Как давно это сказано! Но использование ненормативной лексики остается проблемой. Мы продолжаем ругаться, несмотря на осуждение, даже на действующие наказания. Российским законодательством, например, запрещается публично выражаться нецензурно, за что предусмотрен штраф в размере 500 рублей. А в Белгороде решением местных властей штраф увеличен втрое. И крупный российский сотовый оператор борется с извечной проблемой, издав так называемый «Мобильный этикет». Одно из правил этого этикета – «не использовать в качестве звонка телефона звуковые фразы, оскорбительные для окружающих».

Можно привести немало примеров борьбы со сквернословием. Но пока мы сами не поймем, что нецензурная брань – признак бескультурья, одно из зол общества, думаю, ничего не получится. Пожелаем же друг другу тщательно подбирать слова, ведь если каждый человек начнет следить за речью и исключит из нее ненормативную лексику, то и общество в целом отвернется от матерщины. Давайте попробуем это делать по примеру  России с 3 февраля, объявленном в ней Днем борьбы с ненормативной лексикой. А лучше начать прямо сейчас.

Лилия ТЕРЕНТЬЕВА.