Был месяц март

На фото: 1989 год. Марченко Иван (справа).

Нынешняя весна для нашего края примечательна тем, что 75 лет назад в годы Великой Отечественной войны началось освобождение его советскими войсками от немецко-фашистских захватчиков. Об этом рассказ Максима Еремеевича Галяса, всю жизнь прожившего на одном месте – в селе Белочи, что в Рыбницком районе.

Здесь он учился в местной школе, работал водителем, секретарем партийной организации колхоза, председателем сельсовета… Он – не писатель, но книгу издать мечтает. В ней он пишет о малой родине, и редакция откликнулась на просьбу ветерана опубликовать один из ее отрывков.

«Память нет-нет и возвращает к тому военному времени, когда мне было пять лет. Нас, беженцев, немцы заставили идти к лесу через поле сахарной свеклы. Кто-то из взрослых схватил и столкнул меня в овраг. Тут же раздались выстрелы, взрывы… И этот жалостливый стон женщины, умирающей на глазах, и ржаные сухари, которые сунула она мне…  Потом с неделю, закончив домашний запас еды и добираясь до села Валя-Адынке, что далеко от нас, в соседнем Каменском район, грыз их с мамой. Мы уходили из родных мест, и мне, совсем маленькому мальчику, было так же тяжело, как и взрослым, это скорбное чувство передавалось от шагающих рядом мамы, соседских женщин и стариков.

Тем временем, в те июльские дни сорок первого года в Белочи входила рота наших солдат. Заняв на востоке села высоту, красноармейцы дожидались фашистов.  Вооруженные до зубов и в приподнятом настроении, что они уже победители, гитлеровцы на машинах и мотоциклах приближались со стороны Рыбницы.  Грозная весть о них распространялась по всей округе – без особых препятствий они проходили по нашим селам, но только в Белочах дали понять, что не везде фашистам все будет так просто.  21 июля с занятой нашими высоты по неприятелю застрочили пулеметы. Долго продолжался бой, в ходе которого полегло немало фашистов и шестнадцать советских солдат. «Еще тогда, хороня наших ребят, – вспоминала сельчанка Мария Семеновна Яковлева, – мы холмики обкладывали камнями, сажали на них ирисы, чтобы не забыть то место, где они лежат. Она, рискуя жизнью, похоронила не одного погибшего красноармейца. А мои однофамильцы, молоденькие тогда братья Онуфрий и Владимир, также тайно захоронили убитого лейтенанта.

И все же, понеся существенные потери, бесстрашная рота Красной Армии вынуждена была оставить высоту под номером 238, а вместе с ней и Белочи. Так началась оккупация села, длившаяся до марта сорок четвертого года, оставив в памяти земляков горестные воспоминания.  В первый же день было расстреляно 18 жителей, а через месяц начал бесчинствовать отряд карателей, начальство которого потребовало от бывшего председателя сельсовета Никифора Афанасьевича Скрыпника выдать советских активистов. Жизни более двухсот земляков спас он от неминуемой смерти, сумев разными путями скрыть их имена.   Помнит село и слезы, когда в апреле 43-го провожали в Германию угоняемых в плен – 23 семьи украинцев, и когда арестовали комсомольца Дмитрия Чернегу, возглавлявшего организацию подпольщиков, через которого народ узнавал последние известия от Совинформбюро… Много горести и печали испытали на себе белочане, прежде чем через год, 23 марта, пущенный из Т-34 по фашистам снаряд ознаменовал собой освобождение села. В ходе танковой атаки враг был разбит.

Воспоминания участников того военного времени живы. Подполковник танковых войск в отставке Иван Николаевич Кузнецов, приглашенный в село на празднование 45-летия его освобождения, рассказывал: «В огненный мартовский день 1944 года подразделение 1446-го самоходно-артиллерийского полка 22-го корпуса 5-й танковой армии ворвалось в ваше село, совершив рейд из Ямполя по левому берегу Днестра в тыл противника. У нас было несколько машин, самоходка, впереди шла разведка.  Оккупанты были в панике, они не ожидали нашего удара. Несколько часов атаки, и враг был сломлен».

А вот что говорил об освобождении села старший лейтенант Василий Иванович Рыбкин: «На рассвете 23 марта 1944 года был получен приказ двигаться на Рыбницу. На подступах к лесу у вашего села нас встречают танки противника. Открываю первым по ним огонь, отдаю команду другим. Но что-то случилось: машина вдруг вздрогнула и встала. Командир экипажа В. Зернов погибает, а оставшийся в живых механик-водитель М. Мозгало помогает мне и Ивану Кузнецову вылезти из подбитого танка.  За освобождение села меня наградили орденом Красной Звезды.

На следующий день, 24 марта, командир 122-го гвардейского полка 41-й стрелковой дивизии Герой Советского Союза подполковник Николай Иванович Климов снова повел в атаку наши танки. Они били по фрицу, окопавшемуся в лесу у села Тарасово и преграждающему нам путь на Рыбницу. Коммунисту, старшему сержанту Григорию Родину и его группе была поставлена задача уничтожить танки противника. И они с ней справились. Правда, не без потерь.  При переправе через Днестр тяжело ранило Родина, погибли старший сержант Григорий Мартынчук, сержант Егор Селищев и партизан. 31 марта их со всеми воинскими почестями похоронили на сельском кладбище».

В 1965 году, в преддверии 20-й годовщины Великой Победы, сельсовет принимает решение установить на   могиле погибших героев-освободителей обе-лиск. И уже через год в Белочи почтить память Григория Родина из далекой Риги приезжала его сестра Мария Семеновна, а спустя двадцать лет в селе гостила мать Григория Мартынчука.  Как сейчас помню произнесенные ею слова у могилы сына: «Я привезла тебе с нашей Хмельнищины горсточку родной земли, и ее оставляю здесь.  Пусть она сроднится теперь с той, которой ты накрыт».

Есть в центре села у Дома культуры и братская могила погибших воинов при обороне и освобождении села. На гранитных ее плитах навечно вписаны имена белочан, не вернувшихся с войны. Солдат, одетый в гранит, со склоненной головой и со знаменем в руке, взошёл на пьедестал и охраняет их вечный покой.

Помнят Белочи и приезд фронтовика, участника боев за его освобождение в марте 1944-го   старшины Ивана Никитовича Марченко. Он рассказывал, как после Ямполя его часть была переброшена к нашему селу, где на окраине леса, по данным разведки, скопилось большое количество вражеских сил и техники.  Замаскированные танки противника готовы были в любой момент наступать на советские подразделения, но фашисты тянули с началом боя. Они ожидали прибытия наших, в чем и проиграли. Сражение было коротким, но жестоким.  Об этом последнем победном бое за село узнали от Ивана Марченко не только мы, его жители, но и те, кто не дождался с войны своих родных, в том числе жена и дочь погибшего тогда командира Сергея Дмитриевича Артюхова.

А недавно больше узнали еще об одном нашем защитнике – лейтенанте Сергее Степановиче Шеболденкове, который захоронен в братской могиле села. В канун 65-летия Победы советского народа в Великой Отечественной войне из рассекреченных архивных документов министерства обороны СССР выяснилось, что он являлся помощником начальника штаба 404-го стрелкового полка 176-й дивизии и погиб в начале войны 29 июля 1941 года, был посмертно удостоен ордена Боевого Красного Знамени.  В апреле 2011 года отцовскую награду получила его дочь Нина Сергеевна, жительница Калужской области.  И для нее теперь приднестровское село Белочи стало по-особенному близким.

…И снова весна, опять месяц март. Семь с половиной десятилетий минуло с той поры, как закончилась война, и в мире живут Белочи.  Но подвиг тех, кто в ней победил, освободил наше село от фашистской нечисти, не забыт. Мы помним имена героев, идем к их могилам и низко кланяемся за то, что они оставили нам жизнь, свободу и будущее.   И память, без которой Белочи – не Белочи».

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.