Живы, пока помним…

Сегодня на нас с вами большая ответственность – передать историю новому поколению, чтобы память о героях продолжала жить. Наша редакция вспоминает об одном таком герое – ветеране Великой Отечественной войны Иване Феофановиче Ковченко, 1925 года рождения.

В начале войны Иван Ковченко решил идти сражаться за Родину, но его не взяли – слишком был молод. Потому он приписал себе два года и так в марте 44-го стал солдатом Красной Армии. Было это недалеко от Южного Буга в селе Константиновка, что на Украине. От берегов Южного Буга гнал Иван вместе с однополчанами врагов до самого Берлина.

Год на войне – целая жизнь. Было и освобождение Одессы, и форсирование Днестра, и Ясско-Кишиневская операция, и штурм Берлина в составе 5-й ударной армии генерала Берзарина, первого коменданта советской оккупационной зоны бывшей столицы третьего рейха. Было пять ранений, две контузии. Немало боевых наград за мужество. Среди них самой дорогой для ветерана всю жизнь была медаль «За отвагу». Хранятся в семейном архиве, а также в Тираспольском объединенном музее и ордена Отечественной войны и Красной Звезды, и польский орден «Крест храбрых», и множество медалей, и Благодарности Верховного Главнокомандующего.

В 1950-м году Иван Ковченко ушел в запас и приехал в Тирасполь. Здесь он поступил на работу на консервный завод им. 1 Мая. Прошел путь от рабочего до мастера. Позже был и председателем профкома, и директором заводского молодежного лагеря отдыха. Все на заводе знали его и уважали. К боевым медалям добавился орден «Знак Почета» и медали за добросовестный труд.

Если говорить о нем как о семьянине, то семья, родные всегда были на первом месте. В детях и внуках он стремился воспитать такие качества, как доброта, трудолюбие, умение преодолевать любые трудности во имя большой цели. Две дочери, сын, шестеро внуков и правнучка – это то, что оставил после себя Иван Феофанович миру. Вместе со всеми его большим делами. В мирное время он вел работу по военно-патриотическому воспитанию школьников и, будучи уже на пенсии, оставался человеком с активной жизненной позицией. Всегда, даже в самые непростые годы, Иван Ковченко не терял оптимизма и жизнелюбия. Может быть, именно благодаря этим качествам он сумел все преодолеть, воспитать прекрасных детей и прожить долгую насыщенную жизнь. А в 1995 году, полвека спустя, довелось Ивану Феофановичу быть участником юбилейного Парада Победы.

Но образ нашего героя, разумеется, был бы неполным без воспоминаний, что называется, из первых уст. Потому сегодня мы беседуем с сыном Ивана Ковченко – Геннадием Ивановичем, защитником Приднестровья. В момент встречи мимо нас прошла девушка с объемной конструкцией из букв, которую она держала в руках. Я успела прочесть надпись: «Спасибо за Победу!». Так символично началось наше интервью.

– Геннадий Иванович, расскажите, каким был Ваш отец, каким Вы его запомнили?

– Очень общительным, у него было много друзей. С 25 лет проработал на консервном заводе им. 1 Мая. Все, что я в жизни умею, – это заслуга моего отца. Я всегда был рядом и учился, помогая ему. Нашим общим увлечением была охота, а потом и рыбалка.

Геннадий Иванович на мгновение задумался, кивнул, словно сам с собой согласившись, а потом продолжил:

– Вот был случай в школе, например. Я повесил на дверь директора табличку с надписью: «Не влезай, убьет!». А еще мы с ребятами курили за школой, нас заметил завхоз, доложил директору. Директор вызвал отца. Наказал меня тогда отец по всей строгости. Директор потом часто мне говорил: «Гена, ты ж смотри, какой у тебя отец строгий, не хулигань». Но отца больше в школу не вызывал. Однако мои подвиги продолжались. Как-то в моем дневнике появилась запись: «Грубит учителям». Я взял ручку и добавил две палочки, получилось: «Трубит учителям».

– Как же при строгом отце Вы умудрялись так проказничать? Знали, что Вас любят?

– Знал. Чувствовал. Даже у отца медаль однажды украл. Тогда, если помните, игра такая была – в пристенок. Я ушко у медали спилил. Вот мне влетело тогда. Хорошо влетело. Но отец всегда был мне другом. И даже когда я вырос и у меня появилась своя семья, если я приходил в гости к отцу, то он не знал, куда меня посадить и чем угостить. Искал самое лучшее место и самое вкусное угощение. Так он мне был рад.

– Наверняка Вы, будучи ребенком, просили отца рассказать о войне…

– О войне он говорить не любил. Да, я его однажды все же попросил рассказать. И он ответил: «Что тебе рассказать? Как мы выходили из боя и видели убитых, а потом раздавленных танками своих товарищей?». Вот потому и я потом, побывав на приднестровской войне, никому ничего не рассказываю. Война – это грязная работа. В нашей семье четыре поколения военных: дед в гражданскую воевал, отец – в Великую Отечественную, я – за Приднестровье, а мой младший сын сейчас служит в российской армии.

– Знаю, что Вы пошли на войну добровольцем. Поступок отца, когда он приписал себе два года, чтобы его все же взяли на фронт, стал отправной точкой в этом решении?

– Понимаете, и отец, и я, мы шли защищать не чужое. Семью свою, детей, свою землю. Я в таких случаях говорю: «Кто, если не мы?». Больно за тех ребят, которых мы потеряли. Только дурак может сказать, что на войне не страшно. Страшно. Если бы в те годы я бежал из Приднестровья, где-то тихо отсиживался, не стал на защиту республики, мне сегодня было бы совестно перед сыновьями и перед памятью отца. Как и они на своей войне, мы тоже сражались за правое дело и потому победили.

Геннадий Иванович закурил. Говорит, когда воспоминания нахлынут, всегда курит. Понимаю, молчу, не отвлекаю…

– Что же Вам еще о войне, Танечка, рассказать? Отец дошел до Берлина. Закончил он войну в 5-й ударной армии генерала Берзарина. И единственное, что я уже потом узнал, что из бункера Гитлера он вытащил кортик. Я этот кортик никогда не видел. Отец отдал его в наш музей.

– День Победы, уверена, для Ивана Феофановича был особенным днем…

– Он был участником восьми Парадов Победы. Первый в 1945 году проходил в Берлине. А остальные – в Москве. У меня остались папины часы, врученные ему к 30-летию со дня Победы. В 2000 году ему снова пришло приглашение ехать в Москву на Парад Победы. Он всегда откликался. Сколько бы ему ни было лет. И я решил ехать с отцом, чтобы снять документальный фильм о том параде. Первая репетиция была на Ходынке. Она не отличалась от парада ничем абсолютно. Ветеранам сказали, чтобы они просто прошли. Но они прошли, чеканя каждый шаг так, что второй не потребовалось. А я в который раз испытал чувство гордости за отца.

– А фильм сделать удалось?

– Удалось. В него вошли кадры с парадов 1945 и 2000 годов. Многих участников войны и тех парадов уже нет в живых. Папы не стало в 2009 году, десять лет, как его нет с нами. И знаю о его военном пути я не так много, как хотелось бы. Я бываю на параде Победы каждый год – это святое. Этот день олицетворяет Победу не одного народа, а всех наций. Наверное, поэтому сегодня в акции «Бессмертный полк» участвуют люди из многих стран, со всего мира. Мы живы, пока помним. Исчезнет память – исчезнет нация. Поэтому в этом году я, как и многие-многие приднестровцы, снова понесу портрет отца в рядах «Бессмертного полка».

Татьяна Астахова-Синхани.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.