ЭтаЖи

Вокзал

Утро. Ты стоишь перед входом в вокзал, только дверь отделяет от путешествия. Город затянут тучами, солнце еле видно из-за них. Таксист достает чемодан из багажника и уже готов уезжать, но ты протягиваешь ему деньги. Мужчина улыбается и говорит, что ты добрый человек, многие могли воспользоваться забывчивостью немолодого водителя. Конечно, ужасно грустно прощаться. Мир не развалится и не перестанет существовать без тебя, он продолжит жить. Забывши грусть, оставив в памяти только лица счастливых друзей и их пожелания прекрасного лета, ты открываешь дверь и входишь в помещение.

Всегда было приятно смотреть на вокзал. Это было огромное здание с колоннами. На крыше – разные скульптуры малоизвестных авторов. Да, это не такой уж и красивый вокзал, как в Англии или Америке, но он завораживает и притягивает к себе. Колесики чемодана тихонько скользят по только что вымытым мраморным плитам. Ты стоишь в самом сердце вокзала. Из огромных окон видно, как машины привозят таких же любителей, как и ты. Виден маленький садик перед вокзалом, а в центре него стоит фонтан, который собираются включить. Из других окон ты замечаешь уже саму железную дорогу.

Твой чемодан так и стоит у кресел, как одинокий часовой. В руках у тебя паспорт и билеты, ты осторожно складываешь их и достаешь телефон с наушниками. Музыка всегда помогает справиться со стрессом, волнением. Она всегда успокаивает и как-то поддерживает. В практически пустом зале раздается приятный женский голос из репродуктора, а это значит, что твой поезд прибыл.

Фонари, скамейки, перила – все это сделано из кованого железа. Рельсы уходят далеко вперед, и тебе кажется, что они соединяются в одной точке – один из самых удивительных обманов зрения. Сложно не услышать приближение поезда. Поезд гудит, а колеса стучат. Это был последний штрих, завершающий огромную картину под названием «Вокзал».

Проводник, слегка уставший, но все же добрый, просит тебя предоставить ему паспорт и билеты. Проверив их, он помогает зайти в поезд и остается ждать новых пассажиров. Вагон на удивление пустой, поэтому ты садишься недалеко от выхода у окна. Двери закрываются, и чувствуешь легонький толчок: поезд тронулся. Колеса набирают обороты, и состав начинает ускоряться. Ты встаешь и открываешь окно, свежий воздух мгновенно проникает в вагон. Поезд мчит тебя в неизведанную даль, в наушниках играет любимая мелодия, а в голове множество мыслей, идей и сюжетов.

Сейчас, покидая родные места, уезжая все дальше на восток от огней печальных городов, хочется прямо из окна поезда послать сотни писем своим друзьям. Чтобы поддержать их везде, где бы они ни были.

Свет закатного солнца слепит глаза, отрывочно мелькая в кронах высоких, почти вековых деревьев. Мы проезжаем быстро, но и достаточно медленно, чтобы рассмотреть ту тонкую вещь в мире – жизнь. Большие, продвинутые города, где время всегда бежит вперед. Кажется, невозможно остановиться, чтобы рассмотреть каждую деталь мира вокруг. Именно эти мегаполисы сменяются тихими деревушками, где уже многие годы привычный уклад жизни, где всегда есть минутка выйти в широкое поле и бежать к горизонту, пока не устанут ноги. А после…Густые, темные леса сменяются открытыми степями и плавно переходят в колосистые поля. Именно сейчас время отпустить сотни бумажных самолетиков-писем со всеми словами нежности и благодарности, которые были когда-либо и по каким-либо причинам не произнесены, они хранились так долго и так бережно, что готовы вырваться вперед и унестись в далекие уголки Земли за своими получателями. Они будут прилетать, когда нужна поддержка и память из далекого-далекого прошлого, откуда-то из беззаботного детства. Они будут появляться достаточно часто и, вместе с тем, достаточно редко. Как нежность, что переживает годы, людей и целые эпохи. Эти письма – последняя связь, красная нить, которая будет соединять нас через время, когда сотрутся многие воспоминания, когда жизнь закрутится и не останется времени для ностальгии.

Через некоторое время поезд замедляет ход, и ты начинаешь собираться. И вот ты на перроне, за тобой закрываются двери, и поезд уходит вдаль. Перед тобой новый вокзал, новая архитектура, новые лица, новые чувства и другая жизнь. Колесики, как и раньше, тихонько скользят по мраморным плитам. Осталось пересечь огромный зал и открыть дверь нового города.

Дарина КУЛАКОВА, студентка IV курса филологического факультета ПГУ им. Т.Г.Шевченко.

Фото А. Паламаря

Снега не будет

-Я думаю, нужно взять еще бутылку коньяка, – в который раз пробасил Серега. – С нами Литр идет, а он пьет как конь, литра ему не хватит.

Поддавшись увещеваниям Сереги, компания все-таки свернула в магазин, чему местная продавщица была явно недовольна, так как собиралась закрываться. Компания практически полностью состояла из третьекурсников (только Литр и его подруга, имени которой никто не помнил, уже окончили учебу). На улице было на удивление тепло, хотя вроде бы и январь, а снег еще ни разу за зиму не опустился на серый асфальт Балки.

Направлялись они на квартиру к Роме: впрочем, Рома уже несколько лет как уехал в Россию к матери, не закончив даже второй курс, а в свое жилище пустил жить бывших однокурсниц Кристину и Нику.

Девочки очень ждали гостей, потому как уже две недели питались одним вареньем: нашли его в нише, видимо, еще от его бабки осталось. «Я не шучу, и хлеба не было, просто так варенье хавали, – уверяет Кристина. – Ну а что, если я с родителями не общаюсь, они мне денег не дают, а работать я не работаю».

Но вот старый советский складной стол-книжка принял свой праздничный облик, на нем уже разложены хлеб, колбаса, сыр, паштет, майонез, расставлены пиво, коньяк и «кола». Из старых колонок грязновато фонит постпанк, а Виталик в соседней комнате пытается настроить гитару, чтобы противным голосом петь «Группа крови на рукаве». Кажется, против этой затеи выступают все, кроме Виталика.

– Тебе не надоело это бревно мучать, иди к нам пить! – зовет его Литр.

– Он так всех своих бывших мучал своими мерзопакостными песнями, – смеется Ника, которая когда-то с Виталиком встречалась.

Оживленный громкий разговор продолжается. Виталик в очередной раз исследует чужой шкаф с книгами и на этот раз застенчиво кладет в портфель неплохое издание Харуки Мураками, а вместе с ним – Курта Воннегута. Улыбаясь сам себе, он пошел пить с друзьями. И тут случилось непоправимое – Даник неловко подхватил стакан и разбил его. По полу разлился коньяк с колой, но подрапанному линолеуму, кажется, было наплевать на подобное пятно на его репутации. Не первое и не последнее!

– Мне без разницы, но ты должен будешь принести такой же стакан, какой разбил, – заплетающимся от выпитого голосом Аллегровой сказала Кристина. – Квартира не моя, хозяин приедет и увидит, что стакана нет и скажет мне. Мне нужны проблемы из-за тебя?

У Даника всегда из-за таких случаев начинался нервный тик. Он стал вертеться туда-сюда, шептать что-то Литру про разбитый стакан, про то, что он не виноват, и вообще Кристина – поехавшая на всю голову. Тише воды ниже травы сидела только Ира, миниатюрная светленькая девушка Виталика. Ника смотрела на нее с нескрываемым превосходством, она выглядела намного более эффектно: всегда, даже несмотря на отсутствие денег, наращивала себе ногти, делала дорогой макияж, ходила в спортзал и следила за фигурой. Ника знала об Ире буквально все: она общалась с ее старшей сестрой, которую сама Ира даже где-то побаивалась, заранее соглашаясь на роль серой мышки.

– Откуда у тебя руки растут, если ты не можешь стакан держать нормально? – не унималась Кристина. На пустом месте все переросло в пьяный скандал, а часовые стрелки уже подходили к двенадцати, что сулило проблемы с соседями. Меньше всего этого хотелось Литру, у которого уже были серьезные проблемы с милицией – однажды его приняли в нетрезвом виде с охотничьим ножом в кармане.

Компания продолжала кричать, размахивая над столом руками. Разбилась пустая бутылка из-под коньяка. Виталик понял, что пора спасать Даниила и сказал лишнее:

– Кристина, ты бы лучше о сыне своем вспомнила, чем учить тут жизни кого-то!

Это был удар не в бровь, а в глаз. Все знали, что Кристина рано родила (про отца она никогда ничего не говорила), но продолжала беспутствовать. Ее родители забрали ребенка, а ей сказали, чтобы она шла на все четыре стороны, чем она уже год и занималась.

Сказанное Виталиком возымело эффект, и нетрезвая девушка, вспомнив о своем материнстве убежала в другую комнату плакать, продолжая крыть всех последними словами. Утешала ее Ника, и Виталик понял, что лучше попросить прощения.

– Засунь себе свое «извини» знаешь куда? – зло посмотрела на него заплаканная Кристина.

– Да, лучше забирай свою красотку и проваливай отсюда, – добавила Ника, обнимавшая подругу. – Ты знаешь, что она от тебя аборт сделала две недели назад и рассказала об этом всем, от прабабушки до соседки?

Ника не соврала, Ира действительно сделала аборт, потому что понимала, что с 20-летним Виталиком, подрабатывающим расклейщиком объявлений, ее ждет судьба Кристины. Виталик хлопнул дверью и пошел в ночь, куда глаза глядят. «Дура, даже мне не сказала, – лихорадочно думал он. – Я им покажу».

* * *

– Эй, подруга, даже не узнала! – заулыбалась Кристина, увидев в сквере Авиаторов Нику, гуляющую с дочкой. Та с забавной детской неуклюжестью пыталась словить кошку, а молодая мама, в свою очередь, ловила ее саму за капюшон. Со времен, когда Кристина и Ника перестали общаться, прошло шесть лет. У первой жизнь наладилась. Она встретила неплохого парня, военного, пара сыграла свадьбу. Кристина забрала сына от родителей и родила второго ребенка. Она сидела в декрете и готовила в ожидании мужа борщи, оказавшись на поверку отличной женой.

Ника тоже на судьбу не жаловалась. Она вышла замуж за нервного Даника, который занялся бизнесом и разъезжал на новом «БМВ». Чувствовалось, что бывшие подруги явно не в восторге от долгого общения друг с дружкой, но перекинуться парой новостей о старых знакомых все равно интересно.

– А помнишь Литра? – рассказывала Ника, будто бы возвращаясь в прошлое. – Сказали, что сидит. А Иру помнишь? Нашла себе какого-то пацана из Слободзеи, они квартиру снимают на Юности. Но Виталик – это просто ужас. Я всегда говорила, что с ним лучше не связываться. Он сделал ребенка этой дурочке Марине и уехал куда-то в Питер. Гитарист… От него ни слуху ни духу, а она памперсы стирает. На таких, как он, надо клеймо ставить – мол, тетки, не ведитесь на него.

На дворе стоял январь и, как и шесть лет назад, за зиму до сих пор не выпало ни грамма снега. Молодые мамы перевели тему и начали говорить о глобальном потеплении.

Никита МИЛОСЛАВСКИЙ.

Приднестровское утро

Прим. редакции. Исходя из исследования Торгово-промышленной палаты, газеты в Приднестровье читают всего менее 10% молодых людей в возрасте 18-25 лет.

Скорее всего, данные собраны не особенно верно и объективно, но цифры действительно прискорбные и лишний раз подчеркивающие, что общество попросту бросило читать.

Если бы я увидел подобную статистику, просматривая очередной сериал или ковыряясь в «Инстаграме», я бы отбросил телефон и поскорее начал… читать. Потому что деградация общества – это вам не шутки, скоро молодые люди вообще не смогут воспринимать видео длиннее 15 секунд. Но на эту тему, к сожалению, не делают исследований.

И все-таки есть причины для оптимизма. На электронную почту нашей редакции и сейчас пишут старшеклассники и студенты, стремясь попробовать себя в самых разных литературных жанрах. Сегодня мы публикуем одно из писем:

«Добрый день! Меня зовут Федосей Конышев. Я ученик 10-го класса Днестровской школы №2. Я написал небольшую миниатюру, которая исходит из моих наблюдений за природой, людьми, климатом. Думаю, в ней я поместил всё самое важное. Мне нравится читать вашу газету. Приносящий каждую неделю её почтальон явно доволен своей работой, ведь он приносит целый комплект утрамбованных знаний, хранящихся в ней. Я буду очень рад, если вы оцените данную работу под названием «Приднестровское утро».

…Подходил к концу декабрь, и все мы ждали любимый с давних времен праздник Нового года. Для каждого жителя зима – это особенный сезон. Ведь именно в нем появляется настроение, характерное как для детей, так и для взрослых.

Утреннее пробуждение после приятного сна вселило в меня массу планов на день. Порывы теплого воздуха, льющегося из домашнего камина, сражались с прохладой, вольно идущей из окна. Все это подарило мне бодрый настрой на целый день. Открыв окно и выглянув наружу, я увидел утренний туман, который буквально заполонил улицы знойным и холодным воздухом, буйно проходящим через все окна домов нашей улицы.

Мое внутреннее чувство утра усиливалось с каждой минутой. Противоборство теплого с холодным перерастало в тайную взаимосвязь на пути к единому. Хотелось наслаждаться этим вечно.

Но дела не заставляют ждать, пора вливаться в наш муравейник. Кто-то идёт в школу получать знания, искать себя. Кто-то спешит на работу, которая изрядно надоедает, а кому-то наоборот даёт путь к самосовершенствованию и познанию мира как такового. К обеду или к вечеру ты подчас успеваешь горы свернуть, однако именно утро насыщает нас той атмосферой, необходимой для динамичного дня. Потому лучше всего начинать день с зарядки и вкусного завтрака. Они дают настрой и энергичность, необходимые для нашего мозга, для того, чтобы приднестровское утро сменилось не менее позитивным приднестровским вечером».

Андрей РАДЛОВСКИЙ.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.