Звуки детства – духовой оркестр

А знаете ли вы, что от направления и скорости ветра за­висит слышимость звука? Не знали? Ну как же, это известно всем сельским жителям – так бывает, когда играет духовой оркестр. И неваж­но, что свадьбу сегодня играют на северной окра­ине села. Как ветер с се­вера подует – так музыку услышат и жители южной сельской окраины.

Сначала услышат бас – солид­ное рычание бу-бу! Потом зазвучат и баритоны – пошу­стрей, повеселей. А затем до­летят и звонкие голоса труб, которые и ведут основную мелодию. После этого ста­нет слышна и понятна вся музыкальная пьеса. Духовой оркестр – мощь и слаженность. И никаких тебе динамиков и усилителей. Вся сила оркестра – в крепких лёгких, правиль­ном дыхании и искренних чувствах музыкантов. А как умели танцевать сельчане! И не только парные танцы – вальс или фокстрот, но и группо­вые – кадриль, краковяк. Недалеко от оркестра дети танцуют, стараются. И, как самый дорогой подарок, принима­ют похвалу от музыкантов: «Молодец, красиво танцуешь! Вот тебе за это кон­фетка!». И вытаскивают из кармана ка­рамельку в простой обёртке – вкуснее всякого самого дорогого угощения! И мне такая доставалась…

Сегодня звучанием музыки ни­кого не удивишь. Она доносится из телевизоров, компьютеров, радио­приёмников, салонов автомобилей. Громкая и агрессивная, она заставляет обращать на себя внимание, а душа слушателей при этом остаётся холод­ной и равнодушной. А каких-то лет пятьдесят назад музыку можно было услышать только от деревенского гар­мониста и, конечно, духового оркест­ра.

Почему же при звуках оркестра, где музыкантов – 5-7 человек, сердце начинает биться чаще, а душа напол­няется жизненной силой и светлой, очищающей энергией? В недавнем прошлом духовые оркестры играли в каждом селе, в заводских клубах, в каждой школе и воинской части. И это было здорово!

Вот и в моем родном селе духо­вой оркестр стал неотъемлемой ча­стью жизненного уклада. И когда он играл, было слышно в любом конце села. А оно маленькое – километра два по обе стороны речки. Да и назва­ние говорило само за себя – Малый Молокиш.

Музыканты были на селе людь­ми уважаемыми – не каждый ведь может одинаково хорошо и тракто­ром управлять, и на трубе играть. На старой фотографии, которую я берегу, как зеницу ока, – послевоенный состав сельского духового оркестра. На ней – музыканты-фронтовики, которые с музыкальными инструментами прош­ли по дорогам войны, чтобы в самом Берлине исполнить победный марш. И одеты они в военную форму, в чём с фронта пришли – брюки-галифе, ки­тели, фуражки, сапоги. В то время это была лучшая одежда в их гардеробе. Некоторые попали в армию, будучи музыкантами. А некоторые научились играть на музыкальных инструментах прямо на фронте. Духовые оркестры на войне помогали поддерживать бо­евой дух солдат, хотя нередко в боях музыканты меняли трубы и гармошки на винтовку и автомат.

Поскольку фотография сделана задолго до моего рождения, из всего состава оркестра мне известны только два музыканта. Крайний слева – Ни­кифор Лукин, а в центре возвышается обладатель огромной трубы-баса – та­кой же большой, серьёзный и солид­ный Иван Филимонов.

Никифор Лукин был очень музы­кальным человеком и пошел на фронт, умея играть на скрипке. На службе его сразу зачислили в музыкальный взвод и вручили баритон – медную трубу. Научился Никифор играть на барито­не быстро, за неделю. Там же выучил ноты. И с тех пор играл в духовом ор­кестре – и на фронте, и после войны, в сельском духовом оркестре. Со вре­менем учил нотной грамоте и других.

Состав сельского духового оркес­тра с годами менялся – кто-то уезжал из села по каким-то причинам, кто-то просто с возрастом уходил из профес­сии, а кто-то – в мир иной. И только басист Иван Моисеевич Филимонов был, кажется, вечным в этом оркест­ре. Высокий, немного сутулый старик с неизменной огромной трубой через плечо – таким мне запомнился этот музыкант.

Малый Молокиш – село весёлое, хулиганистое, и, кроме фамилии, у каждого человека, а тем более – у му­зыкантов, имелось ещё и прозвище.

Самый яркий состав духового оркестра был в 60-70-е годы, когда в оркестре было три Василия – Василий Игнатьев («Тузик»), Василий Мер­кулов («Касьянчик» – отца его звали Касьян) и Василий Климов (Вася «Рыжий»). Василий Меркулов был гениальным трубачом и виртуозно исполнял самые трудные партии. Не­редко он сам усложнял свою партию, импровизировал – такие рулады выво­дил, что даже птицы замолкали, не в силах перепеть соперника! Два других Василия играли на баритонах, под­держивая ритм вальсов и фрейликов. Неизменным барабанщиком долгие годы был Сергей Демидов – шутник и балагур, который лихо бил коло­тушкой по кожаному брюху барабана и всегда вовремя звенел медными та­релками.

Ценили и любили музыкантов в селе. Когда они приходили на меро­приятие – будь то свадьба, крестины, новоселье или даже похороны, – пер­вым делом им давали наваристый го­рячий борщ с мясом. Горячий – чтобы связки прогреть, а мясной – чтобы сил набраться: не так-то просто дуть в тру­бу на протяжении нескольких часов!

Давно замечено: звуки духового оркестра обостряют чувства и прида­ют значимость событию. Наверное, каждый из нас испытывал потрясение от звука похоронного марша, когда ты начинаешь осознавать, сколь велика потеря…

Те же музыканты назавтра будут играть на свадьбе, да так, что радость жизни наполнит каждую клеточку ор­ганизма. И ведь когда только успева­ли выучить новые произведения – ни одна популярная новинка не остава­лась без внимания наших музыкантов: сами аранжировали, сами репетирова­ли и на ближайшем мероприятии ста­рались удивить и порадовать гостей.

Гости, которые приходили на свадьбу или крестины, первым делом здоровались с музыкантами. Иные шутники норовили в трубу деньги бросить. Музыкант, естественно, тру­бу переворачивал, а деньги клал в кар­ман – чаевые…

Работа на свадьбе для музыкан­тов духового оркестра была самая же­ланная. Во-первых, это престижно, что выбрали твой оркестр, а не какой-то модный ансамбль из города. Во-вто­рых, платили музыкантам за обслу­живание свадеб хорошо. Для них был отдельно накрыт стол, где они могли подкрепиться. Это важно, иначе голод­ные музыканты при подаче очередно­го ароматного блюда просто не смогут играть из-за обильного слюноотделе­ния. А ещё хитрые музыканты устраи­вали себе отдых во время исполнения шуточных плясовых мелодий. После короткого оркестрового вступления они начинали петь а капелла, только под аккомпанемент барабана. Гости и хозяева танец воспринимали как шутку. Но во время голосового испол­нения того или иного произведения музыканты восстанавливали дыхание и давали облегчение губам – за целый день игры на трубе они припухали…

С тех пор много лет прошло. Многое довелось увидеть – для этого сегодня есть неограниченные возмож­ности. А тянет услышать почему-то тот простой сельский духовой оркестр, где музыканты – мои земляки с натру­женными руками играют так искрен­но, так задорно, что невозможно удер­жаться – ноги сами просятся в пляс. И кто-то из них обязательно скажет: «Ты хорошо танцевала. Вот тебе за это кон­фетка!».

Дина ЛИСТЮГИНА. Малый Молокиш, Рыбницкий район.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.