Тридцатилетие и трехмерность

Как журналисту мне довелось видеть немало юбилейных мероприятий. Всегда к ним стараются приурочить выход тех или иных изданий, особо подчеркнуть, обозначить пройденный путь. При всей разноплановости мероприятий, подходов, хочется отметить, что во многом они ориентированы на раскрытие темы собственно политической истории Приднестровья, тогда как история нашей страны – это не только отрезок с момента провозглашения ПМР по настоящее время, но и весь предшествующий исторический период, который поистине огромен. Поэтому неправильно, наверное, вычленять современную историю из непрерывного процесса, каждый этап которого по-своему важен. И это касается не только истории. Есть целый ряд планов, которые также хотелось бы активно подключать к делу формирования и обогащения гражданского сознания, собственного приднестровского миропонимания. То, о чем пойдет речь ниже, и относится к природе углубленного, трехмерного восприятия в контексте тридцатилетия.

Не менее десяти лет ваш покорный слуга как журналист и фотограф достаточно регулярно путешествовал по родной земле. Мне повезло. На своем пути я встретил единомышленников, людей, которым по-настоящему интересно место, где они живут, интересны люди, наши современники, природа и история родного края. Дорожными впечатлениями всё это время мы делились на страницах «Приднестровья» и в глобальной сети.

В республиканской газете год за годом выходили материалы из числа «Фотопутешествий по Приднестровью». Причем как-то незаметно «фотопутешествия» из сугубо фотографических эволюционировали в изучение особенной стати нашей земли, её памятников, исторических мест. В центре внимания оказалась фамильная история (рубрика «Моя семья в истории края»), затем мы с коллегами сфокусировались на изучении старых приднестровских кладбищ (проект «Имя на камне»). А в настоящее время совместно с моим другом Александром Корецким, журналистом ИА «Новости Приднестровья», занимаемся «Приднестровским легендариумом», коротко говоря – собираем легенды. У самих «Новостей» есть интересные проекты, такие как «Tiras Incognitus» (аллюзия на «Terra Incognita» – неизведанная земля), где рассказывается о тайнах земли, в том числе – в мистическом преломлении. А у газеты «Приднестровье» есть ещё и проект «Милая малая родина», посвященный приднестровским селам, где также в центре внимания история и современность в их осязаемом, зримом претворении.

Я рассказываю об этом не в порядке отчета или хвастовства. Просто на собственном опыте убедился – каждая новая «экспедиция», выезд на место, обращение к уходящей натуре, к самой жизни неизменно одаривали нас маленькими (и большими!) открытиями. Просто чтобы не быть голословным: открытие уникальной символики «дороссийского» периода в истории края (ориентировочно – XVII – XVIII вв.), захоронение русского дипломата, возвращавшегося из Стамбула в Санкт-Петербург (1815 г.), памятник на границе сел Подойма и Подоймица участникам русско-японской войны, уроженцам Приднестровья (начало ХХ века), захоронение в Дубоссарах Петра Рачковского, родственника знаменитого кинорежиссера Андрея Тарковского. Безусловно, не во всех случаях удавалось разделить лавры Колумба, «открыть Америку». Так, памятник участникам русско-японской войны уже значился в реестре, но при этом оставался совершенно вне поля общественного внимания. Тогда как пристальный к нему интерес журналистов позволил найти и самих родственников погибших.

Мне представляется, что сильно заблуждаются те, кто думает, что в Приднестровье всё давно изучено. Ниву, конечно, нельзя назвать непочатой, но всё же простор для исследователя достаточно широк. Наверняка, если бы, скажем, работала не одна археологическая экспедиция, а десяток, то и количество находок было бы в десять раз больше. Таким образом, можно сказать, что всё упирается в финансирование, в возможность проведения полноценных исследовательских работ, ибо далеко не везде они возможны (например, в силу современной застройки). А есть ещё перспективные направления в культурологии, этнологии, фольклористике, генеалогии. И всё это инструменты углубления нашего собственного понимания своей земли, истории, биографии.

Отдельные перспективные направления – литературоведение, источниковедение. Было бы крайне интересно и полезно заняться компиляцией сведений о Приднестровье, которые содержатся в мировой художественной (!) и научной литературе, в исторических документах. Скажите, кто из нас с волнением не читал «Пана Володыевского», где упоминается Рашков, или «Тараса Бульбу», события которого и заканчиваются на Днестре. Теперь представим, что упоминания такого плана будут собраны вместе, что будет составлена хрестоматия произведений, где упоминается наш край. Не забудем также древних и средневековых путешественников. Более того, предположим, что какие-то из их путевых заметок просто не были опубликованы, ждут своего часа в архивах Стамбула или Ватикана, а какие-то изданы, но не переведены, какие-то же и переведены, но каким-то чудом прошли мимо нас. А почему бы не выпустить отдельным изданием подборку старинных карт? Уверяю, сами по себе таковые будут предельно красноречивы и, как верно подметил Александр Корецкий, самое интересное, что Дикое поле на них не кажется таким уж… диким. По левому берегу Днестра в среднем и нижнем его течении мы обнаруживаем десятки неизвестных неспециалисту поселений, чье название даже на слух воспринимается очень свежо.

Позвольте высказать ещё одно пожелание к «потенциальным издателям» (спонсорам?). Не все вещи нужно издавать с шикарной полиграфией. Пусть будет больше общедоступных изданий. Например, небольшая подборка приднестровских легенд (легенд Бендерской крепости?), несколько средневековых карт в хорошем разрешении, брошюра о выдающихся земляках, Героях Советского Союза, памятных местах, природных достопримечательностях.

Это что касается печати. А есть и виртуальный мир, в котором мог бы появиться удобный, стильный информационный портал о Приднестровье, хорошо структурированный. Начнем с того, что на этом сайте следовало бы поместить собственно приднестровские издания. Всё, что издавалось за минувшие тридцать лет: от исторических документов, научных трудов до фотоархива, периодики, даже авторских стихотворных сборников. Где сейчас всё это можно найти? В библиотеке?..

Мне кажется, патриотизм – это вовсе не что-то раз и навсегда отлитое из бронзы. Как и всё в человеческом сознании, наше представление о своей земле, о самих себе предельно динамично. Оно может углубляться, а может и становиться более приземленным, потребительским.

Тогда как земля, территория – это вовсе не один только источник материальных благ. История знает примеры, когда народ был лишен земли, но сохранил о ней память, сохранил понятие о Родине как аксиологической (ценностной) категории.

Родина есть, в первую очередь, сакральная величина. И величина эта даже не всегда совпадает с историческими реалиями. Возьмем такое духовное, культурологическое понятие, как «Святая Русь». Спросите у историков, о каком периоде идет речь. О временах ли княжеских междоусобиц, о языческой Руси, о Московской ли времен Ивана Грозного, о Смутном времени? Но категория (установка, ориентир) есть.

Потому и не может строиться понимание истории только на каком-то одном её сегменте, как бы сам по себе таковой ни был важен. Юбилейная дата в этом контексте – прекрасный повод обогатить собственное представление, сделать так, чтобы понимание родной земли заиграло новыми гранями.

Николай Феч.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.