«Кто выиграл от приватизации в Приднестровье, или Зачем олигархам власть?»

Приватизация. Этот термин встречается в нашей жизни довольно часто. Однако далеко не всегда мы отчетливо понимаем его значение. И потому нам бывает сложно составить единое мнение о приватизации. А процесс этот весьма сложный, многоуровневый. Согласитесь, одно дело, когда речь идет о приватизации квартиры, находившейся до этого на государственном балансе, и совсем другое – если в частные руки уходит, скажем, какой-нибудь крупный завод.

 

 

Если в первом случае все предельно понятно: имеются свои как минусы, так и плюсы приватизации жилья, и каждый человек волен сам решать – предпринимать такой шаг либо нет. В конце концов, последствия выбора коснутся главным образом только его и существенно не повлияют на жизнь общества. Что же касается второго случая, то переход в частную собственность крупнейших государственных предприятий напрямую сказывается на судьбе всей страны и ее граждан. Причем позитивных примеров результатов приватизации значительно меньше, чем отрицательных.

Это легко проследить на примере нашей республики, где к концу 90-х годов прибыль многих ведущих предприятий упала настолько, что они оказались неспособными платить налоги и наполнять бюджет. Такая ситуация привела к резкому сокращению доходов госказны и, как следствие, к резкому снижению уровня жизни населения. Опасаясь фатальных осложнений, тогдашние власти пошли по горестному пути стран-соседей. Чтобы хоть как-то поправить «здоровье» приднестровской экономики, выплачивать зарплаты и пенсии, началась передача крупных, но в то же время убыточных либо малоэффективных предприятий в распоряжение частных инвесторов.

Однако то, что должно было стать спасением для Приднестровья, стало его проклятием. Что же произошло на самом деле? Зачастую государственные чиновники попросту сбрасывают со своих плеч бремя ответственности за народ, действуя по принципу: кому имущество принадлежит – тот пусть и отвечает за его сохранность. Проще говоря, приватизация в ПМР стала своеобразным уходом государства от своих прямых обязанностей.

Выставленные на приватизацию государственные предприятия, как правило, уходили к частникам фактически за бесценок. Новоиспеченные счастливые обладатели приднестровских фабрик и заводов, за небольшим исключением, были заинтересованы только в одном – в собственном быстром обогащении. В лучшем случае они тут же перепродавали подороже то, что досталось им за гроши, в худшем – набирали под залог купленных объектов кредиты и распродавали имущество, выводя баснословную выручку в оффшоры.

Была запущена целая программа разгосударствления и приватизации: продали 161 объект государственной собственности, оцененный в 122,5 миллиона долларов США. То есть народные заводы и фабрики уходили с молотка по средней цене менее одного миллиона долларов за штуку, причем без реальных рычагов контроля за результатом приватизации. Кроме того, были проданы 1253 объекта муниципального имущества, оцененные в 39 миллионов долларов, то есть в среднем всего лишь по 30 тысяч долларов за объект.

Разгар приватизационной распродажи пришелся на период 2005–2006 годов. Тогда Приднестровье лишилось более 90 объектов госсобственности. Это позволило лишь ненадолго подлатать бюджет, но в долгосрочной перспективе для республики и ее жителей были сформированы проблемы еще больших масштабов.

Переход права собственности на приватизированное имущество в период с 2002 по 2011 год сопровождался, в том числе, снижением уровня социально-экономического благополучия ПМР до критических значений. Обещанные народу Приднестровья модернизация экономики, снижение энергоемкости производств, повышение производительности труда, создание эффективных, конкурентоспособных производств – все это так и осталось на уровне громких и красивых лозунгов.

Реальностью же стало сокращение экономически активного населения с 203 тысяч человек в 2002 году до 142 тысяч в 2011-м. А еще – дефицит бюджета, для покрытия которого государство сегодня вынуждено прибегать к постоянным заимствованиям, наращивая долги. Только в период с 2007 по 2011 год, уже в постприватизационную фазу, когда деньги от распродажи госпредприятий закончились, задолженность государства по займам выросла в четыре раза.

Пока государство и его жители нищают, приднестровские олигархи-монополисты наращивают свои капиталы. За годы «необдуманной» приватизации более 55% госимущества стоимостью порядка 68 миллионов долларов было продано организациям, которые входят в ООО «Шериф», являются партнерами или аффилированными компаниями. Свыше 26% имущества на сумму 32,5 миллиона долларов досталось организациям, учредители которых зарегистрированы в оффшорных зонах.

Компания «Шериф» практически через собственное финансируемое телевидение (ТСВ), а также плакаты и листовки, отпечатанные на своей же типографии «Типар», годами рассказывает широким массам населения о якобы крупном вкладе холдинга в укрепление благосостояния страны.

Да, есть и положительный результат, однако в действительности ООО «Шериф» и партнеры компании, многие из которых включены в перечень, приведенный на официальном сайте «холдинга», с 2006 года положили в казну порядка 552 миллионов долларов США, а забрали в виде госпомощи и льгот около 1,28 миллиарда долларов, то есть вдвое больше. Таким образом, выходит, что компания «Шериф» получила от государства около 726 миллионов долларов. Для сравнения и понимания масштаба можно сказать, что этих средств, например, вполне хватило бы для выплаты в полном объеме пенсий и пособий в ПМР в течение трех лет. Но денежные доходы, вероятно, ушли на счета олигархов, которым и без того сегодня принадлежит львиная доля бывшей государственной собственности нашей республики.

Правда, уже очень скоро ситуация может кардинально измениться. И не в пользу монополистов. Как показали многочисленные проверки и юридические экспертизы, массовая распродажа народного имущества в Приднестровье в тот период не только не предусматривала инструментов борьбы с экономической преступностью, но и порой шла вразрез с законодательством нашего государства.

Счетной палатой и прокуратурой ПМР было выявлено свыше полутора тысяч нарушений законодательства в сфере приватизации и оценочной деятельности за период с 2002 по 2011 год. Как оказалось, более 40% всех объектов были проданы без встречных обязательств, а еще в 36% случаев такие обязательства попросту не исполнены либо исполнены не в полном объеме…

Итак, итоги приватизации в ПМР в основе своей плачевны. Собственность ушла фактически «за копейки» (например, за ММЗ в бюджет поступили деньги за продажу только порядка 16% акций на сумму 2,5 миллиона долларов США, гостиница «Дружба» в центре г. Тирасполя продана за 246 тысяч долларов США, или по цене 10 двухкомнатных квартир).

Инвестиционные обязательства, за редким исключением, не выполнены, эффективный и ответственный собственник у большинства объектов не появился.

Напротив, новые собственники, имея мощное политическое лобби в Верховном Совете, порой фактически шантажируют государство увольнениями и выкачивают дополнительную помощь из ресурсов государства (увольнения при этом все равно проводят). Сегодня в условиях острейшего кризиса новоиспеченные богатеи не спешат пожертвовать пенсионерам, помочь бюджетникам, буквально «зубами цепляясь» за свои миллионы. По итогам за 2014 год, по данным, опубликованным в Сборнике показателей финансовой прозрачности, чистая прибыль только ООО «Шериф» составила порядка 254 миллиона рублей.

С 2012 года приватизация была полностью остановлена. За последние четыре года государство не продало ни одного объекта. Однако достаточно ли этого?

В обществе все острее встает вопрос о пересмотре итогов приватизации и даже о национализации. Возможно, нам стоит всерьез обсудить мысль о том, что в условиях кризиса государство должно проводить сверхконцентрацию ресурсов во всех отраслях экономики. Так делали самые разные страны – и Британия, и Китай, и Куба, и Советский Союз. Это нужно и для повышения доходов госбюджета, и для управляемости всей системы власти.