История одного ювелира

В силу профессии мне случается часто общаться с людьми, с совершенно разными людьми. На этот раз редакционное задание, приуроченное к Международному дню ювелиров, познакомило меня с человеком, отличающимся от прочих слишком многим. С человеком неординарным, по-хорошему не вписывающимся в обыденные рамки. Мыслящим инако. Поступающим по-своему. Знакомьтесь: Сергей Сосновский,  мастер-ювелир со стажем, руководитель ювелирного производства. Тот, который был представлен мне как «Один из лучших ювелиров Приднестровья». Тот, кто, узнав о таком представлении, тут же парировал: «Спасибо, но мне сложно принять это звание. Оно накладывает определенную ответственность, а мне еще многому нужно научиться». На последовавший вопрос, не скромничает ли он, ответил, что нет, оценивает себя адекватно. 

 

 

IMG_9386Больше часа длилась наша беседа. И была она не только о ювелирном мастерстве, а о жизни, о философии, об отношении к вере, другими словами – обо всем на свете. Такой разговор возможен лишь с тем, кто не зашорен правилами, не зациклен на том, «как положено». Рассказывая о семье, Сергей не впадает в сентиментальность, она ему не присуща. Но по всему понятно, что семья для него на первом месте. «Холерик, вспыльчивый, но быстро отходчивый», как он говорит сам о себе. Любящий экстрим, постоянное движение и развитие. «Я общественник. Мне необходимо, чтобы кто-то находился просто рядом, даже если я работаю. Такая у меня натура», – признается наш сегодняшний герой. Сергей Сосновский – человек, имеющий обо всем свое мнение, не стремящийся во что бы то ни стало понравиться или угодить. Человек, живущий по своим правилам и в то же время не посягающий на свободу других. Оптимистичный атеист, смотрящий на жизнь сквозь призму своей философии, – мы все не вечны, мы все случайные знакомые друг другу, но нужно относиться к жизни с пониманием и благодарностью.

…А если вернуться к теме нашей беседы, к профессии ювелира, то о ней это интервью с Сергеем. Такое же честное и прямое, как и мой сегодняшний собеседник.

– Ювелиру необходимо быть художником, нужно уметь рисовать?

– Необязательно. Я, например, не умею. У нас профессии ювелира не учат. Но я сталкивался с людьми из России и Украины, которые получили профессиональное образование, и понимаю, что такая подготовка не очень эффективна. У нас же, в Приднестровье, существует только ученическая преемственность, ювелирная практика. Практика, работа – и только так. Все друг у друга учатся и делают это постоянно. В этой отрасли я работаю пока немного – 16 лет. Для ювелира это немного.

– И все же, с чего все началось?

– У меня уже была профессия, я работал мастером-краснодеревщиком. Это совершенно другая работа. Другие масштабы. Но я всегда тяготел к чему-то новому. Интересно было поработать с металлом. И так случилось, что предложили попробовать. У людей был определенный фронт работы, с которым они не справлялись. С этого все и началось. Понравилось, стало получаться, и я стал работать в ювелирной мастерской. Но, как правило, ювелиры меняют место работы периодически. Так и идет по городу движение ювелиров из мастерской в мастерскую (смеется).

– Начинать все с ноля всегда сложно. Голова не шла кругом от переизбытка информации?

– Было всегда интересно. Один за месяц достигает результатов, которых другой не может добиться за долгие годы. Как говорится, спроси не у старого, спроси у бывалого. Возраст не показатель опыта. Приходилось учиться везде и всюду, спрашивал, просил показать. Много людей мне помогало, у каждого взял что-то полезное. Конечно, не все хотят делиться опытом, но я шел к тому, кто был согласен подсказать. И таких людей оказалось немало на моем пути.

– А помните первое изделие, сделанное Вами? 

– Кольцо из серебра с камнем.

– С каким материалом Вы работаете?

– Только с драгоценными металлами, в основном это серебро и золото. В разных пробах, соответственно. С серебром сложнее работать, чем с золотом. Серебро мягче, оно более теплоемкое, есть свои нюансы. Камни крепим уже готовые. А огранщик камней – это совсем другая профессия.

– Случаются ли такие заказы, которые Вы не беретесь выполнять?

– Конечно. В первую очередь думаю, смогу ли выполнить заказ качественно. Если делать, то делать хорошо. Сейчас я уже не работаю с индивидуальными заказами, а руковожу производством. К нам поступают серийные заказы. Но я долгое время работал на индивидуальных заказах, и это очень хорошая школа. Каждый день у тебя новый клиент и новые задачи.

– А момент азарта? Научиться новому?

– Конечно. Но не за счет заказчика, который платит деньги за мою работу. Учиться за счет клиента я считаю неправильным. Я регулярно езжу на выставки по ювелирному производству в соседние государства. Стараюсь завести знакомства с коллегами. У каждого свои наработки, и, как правило, люди готовы ими делиться. Есть настолько грамотные и гениальные люди, что жалеешь, что они живут так далеко от тебя, и ты не можешь с ними общаться.

– Бывают заказы нестандартные, или наши люди консервативны в выборе ювелирных украшений?

– Иногда уговариваешь человека, объясняя, как будет лучше выполнить его заказ, а он стоит на своем. У него свое видение красоты. Это, как и в жизни: основная масса людей носит обычную повседневную одежду, а единицы любят эксклюзив. В такой же пропорции поступают заказы и к нам. Когда попадаются заказчики нестандартные, то чувствуешь вдохновение, хочется работать, придумывать новое.

– А что чаще всего заказывают женщины и мужчины?

– Основной контингент наших клиентов – это женщины. С мужчинами проще. Они обычно четко знают, чего хотят. А женщины хотят, чтобы их уговорили (смеется). Заказывают кольца, серьги, абсолютно все. Но я не особо запоминаю заказы, так как мне интересно двигаться вперед, а не оглядываться назад.

– Если говорить о заводских украшениях и украшениях ручной работы, велика ли разница в цене? 

– Магазинная цена на заводское изделие – одна. А цена изделия, выполненного вручную, это уже более сложная математика. Зависит от того, насколько у заказчика богатая фантазия. Сколько с изделием придется повозиться ювелиру. Но если мастер работает по готовым образцам, по наработанным моделям, то оно обходится гораздо дешевле. Все очень индивидуально. Иногда над украшением работаешь несколько часов, а иногда несколько недель.

– Что скажете о том, что на улицах порой продают дешевое золото с рук?

– «Шары» нет. Даже если тебе пришла в голову идея купить не проверенную вещь в магазине, а на улице, нужно подойти вместе с продавцом и его товаром к специалисту и уточнить истинную ценность изделия.

– Согласны ли Вы с теми людьми, которые считают, что ювелирные изделия несут какую-то энергетику, могут служить оберегом его хозяину?

– Кто в это верит, тому это помогает. Я не суеверный человек. Мы далеко не первые и не последние хозяева того или иного драгоценного металла. Миллионы лет эти металлы были, а мы пришли на сто лет и говорим, что мы хозяева их. Скорее, наоборот (смеется).

– Можно сказать, что ювелирное дело – прибыльное занятие?

– На колбасу с маслом хватает. Все зависит от того, какого уровня ты специалист. Если люди знают тебя как грамотного ювелира, то телефон твой красный от звонков, и заказчики выстраиваются в очередь. А если ты средний ювелир, то перебиваешься редкими заказами. Самое важное, что я работаю в удовольствие. А деньги никогда не были для меня решающими в выборе профессии.

– Много нужно физической силы в работе ювелира?

– Уголь мы не разгружаем (смеется). Но наша работа требует усидчивости и кропотливости. Работа порой монотонная. Не все это выдерживают.

– Знаете вы женщин-ювелиров?

– В Приднестровье их нет. Да и вообще мало. Наша работа предполагает отсутствие маникюра, наличие мозолей на руках.

– А мы-то думали, что ювелиры в белых халатиках, с пальцами пианистов.

– Это миф, созданный одноглазым гуру (смеется). Наша работа грязная и даже частично вредная. В производстве применяются определенные химикаты, которые не несут пользы здоровью. К тому же порядком страдает зрение.

– Если к Вам приходят люди за советом, просят, например, определить пробу золота, Вы не отказываете?

– Нет, я получил какие-то знания в ювелирном деле, и не делаю из этого секрета.

– Порой люди боятся обращаться к ювелирам, так как опасаются, что их могут обмануть, обвесить.

– Но это же легко проверяется. У нас в городе не одна мастерская. Но я не думаю, что ювелиры обманывают. Нет смысла человеку нарабатывать себе авторитет годами, а потом из-за небольших сумм терять его. Иногда бывает недопонимание между ювелиром и клиентом. Человек приносит определенное количество металла и просит изготовить из него украшение. Клиент часто думает, что металл – это пластилин, из которого легко вылепить что-то без остатка. Но при изготовлении украшения допустимы нормативные потери. Бывают обрезки и отходы, а еще часть золота стирается, выгорает. И хотя все учили в школе физику и химию, но все же случается недопонимание со стороны клиентов.

– Сложнее изготовлять украшения или общаться с клиентами?

– Второе. Ты можешь быть вполне средним ювелиром, но не уметь общаться с заказчиком ты не имеешь права. И это самое сложное в нашей работе.

– Никогда не задумывались о том, чтобы открыть свою мастерскую?

– Нет. Она будет тяготить и тормозить. Я не согласен на это. Дело не в ответственности, я ее не боюсь, хотя понимаю, что ответственность – это то, что должны нести другие (смеется). У меня просто не тот темперамент. Я не пастух, я охотник. Мастерская – это хозяйственные дела в большей степени. Мне же хочется постоянного личностного и профессионального роста.

– Почему люди покупают золото?

– Это не предмет первой необходимости, но это инвестиционные вложения. Однако в золото выгодно вкладывать тем, кто умеет правильно его продать. А тот, кто купил дорого, а потом сдал в ломбард, теряет невероятно много. Самое лучшее и перспективное вложение – в наших детей. Дать детям качественное образование, которое впоследствии сможет их прокормить – это разумно.

Татьяна

Астахова-Синхани.