Мы могли бы стать своеобразным мостом между Россией и Евросоюзом

«Если коротко, то главным плюсом прошедшей встречи руководителей Приднестровья и Молдовы является то, что она состоялась», – говорит директор Бюро политических исследований и информационных технологий «Медиатор» Сергей Широков.

 

Широков3Политическая «мешанина»

 

– Безусловно, встреча Евгения Шевчука и Кирилла Габурича – важное событие в политической жизни двух стран последнего времени. Каковы, на Ваш взгляд, ее основные итоги, как она может (и может ли) повлиять на перспективы переговорного процесса?

– Главный ее плюс – то, что она состоялась. Это возможность встретиться, поговорить, посмотреть в глаза визави, наконец, понять его настроения. С учетом, того, что Кирилл Габурич – новое лицо в молдавской политике, меньше месяца возглавляющее правительство, то такая встреча, на мой взгляд, больше носила ознакомительный характер. Особенностью этой встречи является и то, что она состоялась буквально «с колес» – в четверг политические представители от Приднестровья и Молдовы Нина Штански и Виктор Осипов вносят в повестку дня возможность ее организации, и уже в субботу встреча проходит.

– Каковы, на Ваш взгляд, перспективы политического долгожительства Кирилла Габурича?

– Сложно оценивать его перспективы. У него нет опыта государственного управления, он стоит некоторым «особняком» в системе «координат» молдавской политики, поэтому очень многое в его политической карьере будет зависеть от его умения маневрировать между доминирующими сегодня двумя партиями (либерально-демократической Филата и Демократической Плахотнюка), соблюдать даже не баланс интересов коалиции, а баланс интересов названных выше двух лидеров партий. У него максимум год на то, чтобы укрепиться на политическом Олимпе – до следующих президентских выборов. Пока же он не слишком понятен даже для экспертов.

– Молдавская политическая система вообще как-то не отличается стабильностью – в свое время страна почти два года жила без президента, потому что парламент не мог определиться с кандидатурой, почти три месяца (с ноября прошлого года по февраль нынешнего) – без правительства, потому что опять же между основными партиями шел торг за «место под солнцем»…

– Родившаяся на руинах Советского Союза, нынешняя политическая система наших соседей «смешалась» с особенностью и менталитетом молдавских политиков, населения, где сильны патриархальные традиции и кумовство. Эта «мешанина» дала такой тугой клубок взаимосвязей, что партийная принадлежность порой имеет меньшую значимость, чем личные отношения. Это, к слову, самая большая проблема для внешних партнеров Молдовы – они затрудняются в «разборе» того, какие, чьи и где интересы пересекаются. На мой взгляд, отсутствие предсказуемости является одной из характерных черт молдавской политики. Партийцы мечутся с одного фланга на другой, переходят – в угоду политической конъюнктуре – из одной партии в другую, и какая политика будет превалировать завтра – предсказать трудно.

 

Каждый руководитель находится в определенной «матрице»

 

– Вернемся к теме встречи двух лидеров – первой за последние полтора года. За это время обстановка в мире вообще, и в Молдове, Приднестровье в частности, изменилась. Какую сегодня стратегию необходимо избрать Приднестровью в переговорном процессе?

– Ну что касается Молдовы в свете произошедшей там смены власти, то пока о стратегии отношений с ней, на мой взгляд, говорить еще рано. Не будем забывать, что, во-первых, это была только первая встреча с новым премьер-министром, во-вторых, каждый руководитель находится в определенной «матрице», представляя государство, у которого есть свои интересы и позиция по обсуждаемой тематике. Позиция Приднестровья известна (Президент озвучил эти предложения еще в 2012 году): снятие барьеров в области экономики, свобода передвижения, транспортная логистика (то же железнодорожное сообщение), взаимовыгодное сотрудничество в гуманитарной сфере, сфере бизнеса, торговли, культуры и т.д. Молдове переговорные позиции только предстоит сформировать.

– Это естественно – за эти последние два с половиной года проблемы-то не решались…

– Официальный Кишинев не откликнулся на инициативы Президента. При этом появились новые барьеры. Взять хотя бы открытие уголовных дел в отношении приднестровских представителей власти, невыдачу сертификатов нашим сельхозпроизводителям, введение акцизного сбора и т.д. Согласитесь, это не способствует продвижению переговоров. Откликнется ли Молдова в этот раз на инициативы Приднестровья? Посмотрим. Так что предлагаю пока говорить не о прогрессе в переговорном процессе, но хотя бы об изменении подхода к решению проблем и продолжении самого диалога.

– Для того чтобы откликнуться на наши предложения, нужна политическая воля. Но способна ли Молдова сегодня принимать самостоятельные политические решения? Что она предпочтет – политику или экономику, ведь сама страдает от экономической нестабильности?

– Стабильность молдавской экономики сегодня зависит от позиции Европейской комиссии и внешних доноров Молдовы. Недавно был подготовлен документ внешних партнеров РМ по развитию, в котором описаны определенные приоритеты, что она должна сделать, чтобы быть успешной с точки зрения имиджа страны, проведения реформ. Там есть интересные моменты, касающиеся Приднестровья. Так, например, прямое указание на то, что Молдова должна инициировать процесс переговоров с Приднестровьем по поводу Соглашения о зоне свободной торговли с ЕС (с 1 января вступают в силу новые правила, и мы можем лишиться европейских рынков), выработать новую концепцию по интеграции ПМР. Задача поставлена, срок ее реализации – двенадцать месяцев.

 

Что они нам предложат?

 

– Я так понимаю, что Молдова в течение этого времени должна предложить нам какой-то план урегулирования. Что это может быть?

– Это очерченные донорами рамки, в которых Молдова должна двигаться. Смогут они это сделать, не смогут, но такие задачи поставлены. Как Кишинёв будет разворачивать концепцию привлечения Приднестровья, какую модель предложит, кроме уже предлагаемого унитарного статуса, сегодня предположить сложно.

– Что делать нам?

– Нам нужно иметь реалистичную и долгосрочную стратегию развития экономики и внешней политики. Нашим главным достижением за 25 лет во внешней политике была предсказуемость, за которую нас уважают даже наши оппоненты. Приднестровье открыто демонстрировало вектор развития, ориентацию на Россию. Но это не отменяет необходимости искать срочные развязки в торговых отношениях с Европой, с Молдовой исходя из существующего положения дел. Надо думать о том, что делать на реальном уровне. Еще лет 15 назад мы даже и предположить не могли, что ЕС, например, может стать участником переговоров, что Молдова на 180 градусов развернет свой внешнеполитический вектор, практически уйдя из зоны влияния России. Некоторые экономические связи у нее с РФ, конечно, остались, но очень тонкие, политические же ориентированы однозначно на Запад. В этих изменившихся условиях всем нам предстоит думать, где место Приднестровью, хотя бы с точки зрения внешнеэкономических связей, экономической целесообразности. На мой взгляд, мы могли бы стать своеобразным мостом между Россией и Европейским союзом.

 

Мир сошел с ума?

 

– Вам не кажется, что в последнее время мир сошел с ума – войны, революции, санкции, взаимные упреки и обвинения.

– Мировая политическая система, сложившаяся после Второй мировой войны, себя изжила, прежде всего потому, что распался СССР. Нам, увы, выпало жить в эпоху перемен – старая система не работает, новая не изобретена. И, как показывает история, такие изломы проходили через глобальные войны, но сегодня такое решение сложнее в силу действия сил сдерживания. Поэтому мы сегодня наблюдаем, как мир меняется не через глобальную войну, а через серию локальных войн, которые на каком-то этапе заставят крупных политических игроков – ЕС, США, Китай, Россию – выработать новые правила игры. Это будет период длительный и тяжелый.

– Каков Ваш сценарий дальнейшего развития событий у наших соседей?

– Думается, сегодня многие затруднятся с ответом на этот вопрос. Ситуация там меняется чуть ли не ежедневно. Еще год назад разве мы могли предположить, что Украина будет настолько дезинтегрирована? Сегодня устои украинского государства находятся в стадии разрушения. Хватит ли здравого смысла руководителям, в том числе и мировых держав, стабилизировать ситуацию, покажет время. Очевидно, что военным путем этот конфликт уже не решить. Только политическим. Подписанные в Минске договоренности были достигнуты авторитетом Путина, Оланда и Меркель, которые поставили под протоколом свои подписи, возможно, поставили на «карту» свое имя для того, чтобы эти договоренности реализовывались. То, что сегодня происходит в Киеве, в Раде, – вторично. Сегодня важнее, о чем договариваются лидеры нормандского формата. Ясно, что украинский кризис вышел за рамки отношений «Киев – Донбасс», он перешёл на другой, глобальный уровень. И решение по нему будет приниматься там.

Людмила Михайловская.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.