4.5 C
Тирасполь
Вторник, 31 декабря, 2024

Популярное за неделю

Великая Победа объединяет народы

Общественная организация города Бендеры «Боевые братья», поддержав инициативу о...

С верой и надеждой

В столичном кафедральном соборе Рождества Христова прошло Епархиальное собрание. Цель...

«Мешок открыток» про Новый год

На объявленный газетой «Приднестровье» конкурс «Новогодняя открытка из прошлого»...

Новоселье под Новый год

Жительница Дубоссар Анна Кишларь говорит, что совершенно не ожидала...

За себя и за того парня

Фото из архива: газета «Комсомольская правда», 3 июля 1992 года.

Передо мной «Комсомольская правда» за 3 июля 1992 года. Думаю, эту газету, как раритетный экспонат, с удовольствием бы принял любой музей. Ее принесла в редакцию моя собеседница Маргарита.

На развороте газеты – фоторепортаж под названием «Домом этих людей стала война». Газета пишет: «Максим Мармур в качестве фотокора «Комсомольской правды» в командировку на войну попал впервые. В Тирасполе-Бендерах-Дубоссарах он пробыл двое с половиной суток. На войне Максиму было очень страшно. Он фотографировал людей и, если мог, подолгу с ними разговаривал.

С этими гвардейцами Приднестровья на одной из улиц Бендер Максим, однако, не успел и словом перемолвиться. Они мелькнули, только он нажал на спуск, и гвардейцы исчезли.

В магазине «Промышленные товары» теперь склад боеприпасов и трофейных патронов. Магазин расположен в двух шагах от Бендерского горсовета, который совсем недавно двое суток был в осаде. Теперь в магазине, то бишь боевом складе, в короткие минуты отдыха прямо на стеллажах спят в обнимку с автоматом молоденькие солдаты. (На снимке)

«Так где на снимке Ваш Сергей?» – обращаюсь к собеседнице Маргарите.  И она, как бы ожидая, что я об этом спрошу, тут же показывает на фото. На нем двое парней, одетых в военную камуфляжную форму, на некоторое время расслабились, отдыхали. Тот, кто сидит и с задумчивым взглядом, как раз и был ее Сергей.  «Если честно, – призналась Рита, – я эту газету принесла больше не для того, чтобы вы через нее познакомились с ним, просто очень заметная дата приближается – четверть века, как у нас началась война, а такое не забывается. И «Комсомолка» тогда об этом писала. Принесла показать старую газету на работу, а женщины все в один голос: иди, мол, в редакцию, там ею обязательно заинтересуются, случай такой, что его без внимания никак не оставят. Одна сотрудница даже старую фотографию своего брата принесла, Андрея Малюгина, тоже в прошлом защитника Бендер.

Слушал Маргариту, а сам подбирал слова, которыми бы как-то завуалированно выяснил насчет ее Сергея: жив он или нет. Но тут Маргарита сама ответила на этот не заданный   мною напрямик вопрос: «Да и Сергей с дочкой были за то, чтобы я «Комсомолку» к вам принесла. Он тоже, как и мои сотрудницы, сказал, что редакции она нужнее.  Дома газета эта четверть века пролежала, и о ней кроме нас больше так никто и не узнал, теперь, наверное, вы лучшее найдете ей применение». Обрадовавшись, что Сергей жив-здоров, я загорелся желанием как можно скорее познакомиться с ним поближе.

Я представлял себе своего героя сильным человеком. И не ошибся. Сергей действительно был таким: крепкий, спортивного телосложения. И выправка военного человека чувствуется. В его 45 мне почему-то хотелось назвать его не ниже как майором, хотя в армии он был и оставался потом старшиной.

М ы быстро перешли на «ты», и чем дольше разговаривали, тем больше казалось, что я его знаю давно. И вам, надеюсь, встречаются такие люди – простые и открытые.  Это на таких, как он, держится наша земля. Они меньше говорят, а больше делают. Не думать о себе, не жалеть себя. И не кричать, что ты совершил подвиг, если он всё-таки был. Просто так вышло, говорят, по-другому поступить не мог.

Сначала у Сергея Будяка был Кавказ, Нагорный Карабах. Сюда попал добровольцем во время прохождения действительной военной службы в Подмосковье, в одном из соединений войск ПВО.

– Собрал, значит, нас командир на построении и давай рассказывать о тех событиях, которые начали происходить в Карабахе, сказал насчет того, чтобы подумали, кто бы хотел поехать (страна направляла туда свой миротворческий контингент, нужно было пресечь развивающийся национализм). Помню, так и сказал: «Без нас не разберутся, никто никого не заставляет, это дело добровольное, надо хорошенько подумать, но и тянуть нельзя – бойня может перерасти в настоящую войну и перейти на всю страну».

Что это за ограниченный контингент советских войск в Закавказье, Будяк понял в тот же день по прибытии в новую часть: десять гробов отправляли транспортным бортом на Москву. Вновь прибывшим солдатам разъяснили, в чем заключается их миротворческая миссия. Предупреждать противостояние сторон армян и азербайджанцев, не допускать между ними боевых стычек и кровопролития – вот какая задача стояла. Миротворцы – это своего рода живая стена посередине как в конфликтах с применением оружия, так и в мирной жизни, в каждом бытовом случае.

– Спрашиваете, что запомнилось? – повторил мой вопрос Сергей, и, задумавшись, ответил: – Разве думал я тогда, что и у меня дома такое случится? В боях не участвовал, врать не буду. А вот во всякого рода стычках – такое было. В селении Ахалкалаки, например. Мое счастье, что один солдат знал местный язык. Так вот, на одной улице ко мне подбежала женщина и, размахивая руками, потянула в один дом. Я понял, что там что-то случилось и нужна была моя помощь.  Долго не думая, подался за ней. А в доме том, оказывается, засада была, у меня хотели забрать оружие. Это в лучшем случае. В худшем – взять в плен, чтобы потом требовать выкупа. Такие случаи были частыми. Сослуживец, переведя услышанное от боевиков, тут же бросился на выручку. Он приказал им лечь, угрожая автоматом, и они подчинились. Вместе с той самой «сердобольной» женщиной-наводчицей. А нам удалось вырваться. Конечно, жалели, что не обезвредили боевиков, но миротворцам нельзя было встревать в боевые ситуации. Нужно было многое терпеть и делать против своей воли.

Позже, уже от жены Сергея, узнал еще об одном эпизоде из его миротворческой службы на Кавказе. В роддоме врачи боролись за жизнь одной роженицы. Молодой женщине-армянке срочно нужна была кровь, а донора с ее группой подыскать не могли. Но рядом находилась воинская часть, и в ней нужный донор. Им, как вы догадались, был Сергей. Двести граммов крови отдал он женщине, а потом еще столько же новорожденному. Мальчика мать назвала именем своего спасителя – Сережей.

Служба в Закавказье, в «горящей точке», дала понять Будяку, что не все, оказывается, так просто в этой жизни, мир не настолько прочен, каким его представлял. Карабах закалил характер, словно подготовил к будущей войне на Днестре.

– Полгода прошло, как дембельнувшись, вернулся домой, а тут на тебе, беда, – говорит Будяк. – Она не пришла, а ворвалась. Слово «война» как-то сразу не воспринималось, не верилось, что она так начинается. Все думал, да и, наверное, не я один, что это какая-то случайная военная вспышка, завтра она погаснет. Автоматные очереди, взрывы гранат сначала были похожи на учения, но к вечеру в тот же день 19 июня в городе все знали, что по Кишиневской и Каушанской трассам к нам направляются колонны БТРов, артиллерии, танков… Из Варницы и Хаджимуса двигались подразделения вооруженных людей и техника.  Такое впечатление складывалось, что немецкая армия идет. Как в кино раньше видел солдат с закатанными рукавами. Жуть охватывала, но и одновременно зарождалась злость, желание дать незамедлительный отпор. С каждым часом стрельба усиливалась, люди прятались кто где. Не до выпускных долгожданных вечеров было в школах. Празднично одетые парни и девчонки бежали не в ту жизнь, о которой мечтали еще несколько часов назад. Ночь была ужасной. Не сумев дойти до дома, я и еще несколько десятков людей, по разным причинам оказавшихся на улице, спрятались на фабрике ТНИ, что по Индустриальной, неподалеку от «Молдавкабеля». Там и пробыли до утра, не сомкнув глаз и думая, что делать дальше. Совсем рядом за забором запомнился крик женщины с ребенком, которая просила опоновца не трогать ее и отпустить. Потом мольба несчастной стихла, и раздался сухой выстрел. Ночь разорвал истерический детский плач.

Собеседник на некоторое время замолчал, закурил сигарету. А я тем временем рассматривал фотографии. Их было больше десяти, и почти все они, подписанные с обратной стороны, хранили фамилии изображенных и месяц – июнь 92-го. У бронетранспортера вижу гвардейцев в полной военной экипировке с автоматами. Переворачиваю снимок и читаю фамилии защитников: Калугин, Чеховский, Малюгин, Чевыкин, Чмиль, Земляный, Хрущ, Каминский, Ротарь, Лебедев, Малаки, Филюшин,Холмагоров,Чухненко. Дальше Сергей прокомментировал некоторые другие фото: «А вот этот парень у танка – из Тирасполя, говорили, что студент, сынок какого-то начальника. К сожалению, фамилия его выцвела, теперь не разобрать, и я не помню. Хотел потом его разыскать, но кто-то сказал, что он погиб. «Красивые девчонки, что скажешь?» – спросил меня, показывая на другой снимок.  Он передал мне фото, на котором среди восьми парней с автоматами в центре стояли две смелые   молоденькие девчушки. Действительно, симпатичные, согласился с Сергеем. Это были санитарки, сами пришли в ТСО. «А это мои друзья Алик Мартынец и Игорь Шенцев, – указав на очередные фотоснимки, произнес Сергей. – С Аликом   с первого дня на войне. Не помню, как, но уже на следующий день мы оказались у домов по улице Суворова, напротив поста ГАИ, что при въезде в город. Двое опоновцев, устав от бессонной ночи, на какое-то время потеряли бдительность, и, надеясь на подавленность населения, воцарившийся среди них страх и ужас, прикорнули, чем мы и воспользовались. Правда, без драки не обошлось, а по-военному, значит, без рукопашной. Как сейчас помню, как один из них, который помоложе, признавался, что воевать не хочет, у него рядом с Бендерами живут родственники, и никакая обещанная квартира ему не нужна… И позже пришлось встречаться с подобными волонтерами, которые так и не поняли, какой конституционный порядок они пришли сюда наводить. Были случаи, когда отдельные из них, видя несправедливость, к нам переходили. Тут, значит, подоспели наши гвардейцы, они зацепили тягачом трофейную зенитку, потащили ее к центру, к зданию горисполкома. И нас с собой взяли. Там, кстати, в бывшем магазине, тогда ставшем боевым складом, московский фотокорреспондент меня и сфотографировал. Только попробовал задремать, все же ночь не спал, да и день весь напролет пробивался к нашим, а он тут как тут.

Разговаривал с Сергеем и все ждал, когда, наконец, он поведает мне о своем подвиге. А он улыбался: «Да не старайтесь делать из меня героя, не получится. Я был таким, как все, но, наверное, в рубашке родился. Пуля обходила стороной, хотя передряги были конкретные. «Ну расскажи хотя бы об одной из них», – прошу я. Сергей, задумавшись, говорит: «Да не было такого часу, чтобы не содрогнуться. По городу разбросали снайперов, которые метко стреляли по нам и по ни в чем не повинным жителям, каждый день только и слышали о злодеяниях оккупантов. Узнавали, что на груди захваченного милиционера молдовские полицейские вырезали звезду, школьника за то, что он сказал: «Я за Приднестровье», расстреляли в упор, гранатой подорвали квартиру с парализованным стариком… Непредсказуемыми и тяжелыми были уличные схватки. В них гибло много людей. Скольких я парней таких знал! Потом, анализируя эти самые бои, приходишь к выводу, что ты или твой товарищ мог-таки поступить иначе, мог сохранить себя. Но эти «если бы» в тот момент не учитывались. Особенно запомнился случай по защите улицы Первомайской. Эту улицу враг хотел от нас отрезать, тем самым закрыть подступы к центру города.  Была бы моя воля, я бы ее назвал Геройской или Героической. Бывшее фабричное общежитие местный народ до сих пор, как в Сталинграде, именует «Домом Павлова». Расстреляли, разбомбили дом опоновцы, живого места на нем нельзя было найти, а он жил, не собирался сдаваться, ответный огонь из него шел и шел. Его в течение многих дней и ночей обороны удерживали бойцы ТСО.  И еще расскажу вам вот о чем.

Порой ценой собственной жизни наши гвардейцы, казаки, милиционеры, ополченцы отстаивали каждый квартал, каждый дом в родном городе. Мой напарник Дмитрий Шенцев в боях на Первомайской вызвал огонь на себя, этим самым спас мне жизнь и позволил ответным огнем удержать занятую позицию. Выполнив боевую задачу по разминированию территории, мой друг Сергей Стыцюков, спасая мирных жителей, был ранен осколком гранаты в левую руку, в ней осколок находится по настоящее время.  Истекая кровью, он автоматной очередью прикрывал тяжело раненных товарищей Стаса Михалаки и Сергея Бодяна, впоследствии скончавшихся от полученных ранений. Десятки ребят погибли, получили ранения, выбивая опоновцев с территории кинотеатра «Дружба». Здесь неприятель удачно разместил огневую точку, пытаясь прорвать нашу оборону, и заглушить ее можно было только смелостью и большими потерями. С криками «Ура», которые слышал тогда весь город, в бесстрашную атаку повел своих гвардейцев и нас, бойцов ТСО, капитан Конжаков. В одно мгновение погибли семь человек, многие были ранены, некоторые из них от полученных ранений впоследствии скончались. Участники в боях по защите ПМР стали героями нашего времени, оказывая сопротивление и не дав противнику захватить город, отстояли независимость нашей страны».

…Город Сергея вот уже четверть века живет мирной и свободной жизнью. Уютный, зеленый, в нем можно услышать и русскую, и молдавскую, и украинскую речь. Город рабочих, предпринимателей, студентов, пенсионеров… Здесь живут красивые люди (этот факт отмечает каждый, однажды посетивший Бендеры), многие из них родились после трагедии 92-го года. Они учатся, работают, отдыхают, влюбляются, создают семьи, рожают детей… И помнят, какую цену заплатили за мир. Благодарные жители не забывают своих героев, вставших все как один на защиту родных Бендер. Многие из них погибли.  Оказывая сопротивление и не дав противнику захватить город, они отстояли независимость нашей страны. Бендеры были расстрелянными, но остались непокоренными. Благодаря таким, как Сергей Будяк.  Он один из многих, не раздумывая, в первый час начала военной агрессии сказал себе, родным и городу: «Будет по-нашему, мы не сдадимся, мы победим!». И за словом последовало дело. А атаки уличных боев ему еще долго будут сниться. И ребята, которых сегодня нет рядом, тоже. Все зовут его их голоса.

Александр ДОБРОВ. г. Бендеры.

Новые статьи

Поздравление с Днём спасателя

Уважаемые спасатели! Поздравляю вас с профессиональным праздником! Служба в рядах спасателей...

Тепла нам и радости

Вот-вот наступит Новый год. Уже 2025-й. Все мы думаем...

Поздравление с Днём кино

Дорогие кинематографисты и любители кино! Поздравляю вас с Днем кино! Этот...

Пространство любви

На храмовом празднике села Теи мы познакомились с Константином...

Прощай, год дракона!

Власть, благородство, честь, удача и успех – вот что...

Архив