Пряди, моя прялка…

Популярное за неделю

Путешествия на приднестровский север всегда полны сакрального значения. Возвращаешься другим человеком: просветленным, приобщившимся к серебряным нитям родников, надышавшимся горным, с хвойными нотками, воздухом (ну чем не реклама тонизирующего напитка «Приднестровский Север»?). И пускай иные скептики утверждают, что в Приднестровье нет гор – не беда! Довольно и того, что небо здесь существенно ближе.

Итак, север. И снова – север. Попутным ветром одного столичного ценителя фольклора (человека, увлеченного собиранием старинных обычаев, легенд, тостов…) занесло в Подойму, хотя и планировал он попасть прямиком в Хрустовую. В тот день, помнится, всё шло не так, как обычно. Ну что ж, решил «студент кафедры фольклористики» (в дальнейшем будем именовать его просто «Студент»), Подойма так Подойма. Судьба?

Колесо прялки, как и сама нить, всегда символизировало ход времени.

История поселения уходит вглубь времен. Первое документальное упоминание, так сказать,  узелок на память, – 1729 год. Село славится богатыми традициями, что подразумевает умение их сохранять. Служить этой цели призваны фольклорный коллектив «Подоймянка», здешние мастера ремесел, две этнографические экспозиции, в школе и в ДК.

Увы, сам храм культуры нуждается в благоустройстве. Вопрос давно стоит на повестке дня. И ныне, в чем лично убедился Студент, приоткрыв тяжелую высокую дверь, ремонт идет вовсю. Часть работ проведена в рамках президентской программы, остальные, как сообщается, включены в программу капвложений. Всего пару лет назад в ДК протекала крыша. Теперь, слава Богу, затопление и «отсырение» экспонатам, да и самому зданию, не грозит.

Усилиями местных жителей коллекция предметов быта ушедших эпох постоянно пополняется. То в одном доме, то в другом освобождают чердак, куда, может быть, ещё дедом или прадедом были занесены поломанная прялка, бурлуй (кувшин с узким горлышком), вышедшая из употребления (из моды?) ковровая дорожка… Словом, чердак (горище) нередко служит той же цели, что лоджия у горожан. «В хозяйстве, вроде бы, и не нужно, а выбросить жалко», – оправдывается директор ДК Виорика Васелендюк, показывая шедевры народных умельцев: гончаров, ткачей. – Вот и приносят люди…».

Виорика Семеновна тоже принесла домотканые полотенца, скатерти, ковер, кружевные, узорчатые наволочки. Говорит, ещё бабушка Домника шила. Словом, экспонатов предостаточно. Было бы где ставить и кому смотреть. А вот и главный: на ступеньках в просторной галерее стоит… самопрялка. Слегка починить, и хоть сейчас пряди.

С прялкой в старину связывалось множество обычаев, поверий. Как правило, она щедро украшалась солнечными знаками, указывавшими на смену времен года. Колесо прялки, как и сама нить, символизировало ход времени. Вспомните, у Гомера: Пенелопа, наученная Афиной, распускает натканное за день, тем самым словно приостанавливая время. Отсюда «мистическая» роль пряхи, что подтверждается целым рядом дошедших до нас слов и фразеологизмов. К примеру, все знают выражение «связать свою судьбу». Бытовала поговорка: «Какова нить, такова и жизнь». Само слово «сутки», как полагают, однокоренное с глаголом «ткать».

А вот и «каса маре» с удивительными коврами, вышитыми полотенцами и подушками…

Работа пряхи была крайне тяжелой, долгой, а совершалась в вечернее время при свете лучины. Сколько нужно было ловкости и терпения, чтобы нить получилась тонкой, ровной и прочной: чуть потянешь сильнее – оборвется, слабее – будет слишком толстой или неровной. Прясть и готовить себе приданое девушка начинала уже с 6-8 лет.

Впрочем, как говаривал кот Матроскин, совместный труд – он объединяет. Пряхи собирались вместе, рассказывали друг другу волшебные истории, пели песни. «Люди были проще, – объясняет Виорика Семеновна, – но и дружнее, жизнерадостнее. Несмотря на тяжелую жизнь, тянулись к прекрасному. Отсюда и «каса маре», и рукоделие, песни, народные костюмы, удивляющие нас художественным вкусом предков».

А значит, нить не должна прерываться. Пусть вертится колесо – в прямом и в переносном смысле, удивляя туристов наглядностью процесса, который сегодня далеко не каждый может представить, передавая эстафету нашим детям, хоть и растут они в принципиально иных условиях, окруженные, оккупированные всеми этими гаджетами. А если и порвалась нить на определенном историческом этапе, что ж, наша задача – соединить, продолжить…

Активно участвуют подоймяне в фестивалях ремесел, сельскохозяйственных ярмарках, сохраняют историю. Артисты из «Подоймянки» охотно исполняют старинные песни: «Мамэ ласэ – мэ ла шезэтоаре», «Аша-й вяца омулуй», а также народные русские, украинские…  Напомним: в селе восстановлен и открыт для посещения ДОТ, даже в советское время в Подойме действовала церковь – единственная на всю округу.

Из ДК Студент отправился в школу, тоже в музей. В нем на самом видном месте висят национальные костюмы с сугубо местным колоритом. Да не просто висят! В храмовый праздник (6 ноября) в селе была показана реконструкция свадебного обряда – молодые в таких костюмах, в сопровождении нанашулов, со всем свадебным «поездом» прошлись по селу. А им, как и полагается, под ноги лили воду, чтобы чувства были всегда свежими и чистыми. Был и обязательный в таких случаях девичник, «данцу», который, по местным традициям, проводится не до основной свадебной церемонии, а прямо по ходу.

В школе Студент встретился с краеведом, учителем истории и обществознания Валентиной Войт. Преподает Валентина Ивановна и в соседней Хрустовой, откуда родом. Иные её воспитанники впоследствии сами стали историками, а уж скольким интерес к прошлому родной земли привила… Нет, всё-таки суждено было Студенту в тот день попасть в Хрустовую.

По дороге Валентина Ивановна охотно делилась накопленными сведениями, рассказывала легенды, связанные с Хрустовой. По одной из версий, место это особо почиталось в народе, за что и получило название «Христовая». По правде говоря, и сегодня в края эти тянутся ходоки, что связано с деятельностью местного настоятеля, прославившегося на ниве экзорцизма (с греч. – «изгнание». Практика изгнания злых духов, бесов, дьявола из человека. – Прим. ред.)

Заслуга настоятеля велика в деле восстановления разрушенного в богоборческие годы храма. За несколько лет на месте руин, оставшихся от старой разрушенной церкви, была возведена новая. Однако внешний вид её, при всем богатстве отделки, вызывает неоднозначную реакцию. Фотограф и краевед Александр Паламарь пишет: «Всю степень блескучести церкви фотография передать не в силах, к сожалению. Даже не знаю, какими словами выразить свои чувства. Вот есть легкое изя-щество храмового комплекса в Воронково, возвышенная суровость церкви в Подоймице… А что это? Как это определить? Монпасье какое-то. Китч».

Здесь, в северных районах страны всегда рады встретить хлебом-солью и бокалом чудесного вина!

В школьном музее, экспозиция которого тоже постоянно пополняется, Студент обратил внимание на керамику, причем относительно молодую, второй половины ХХ века. Роспись сочетает символы, известные ещё со времен энеолита – солярные знаки (круг, спираль), волнистая линия в сочетании с точками (символизирует воду, дождь, орошающий засеянное поле) и, конечно, Древо Жизни. Причем ансамбль символов настолько устойчив, настолько характерен, что впору говорить о непрерывности традиции протяженностью в тысячелетия, сколь бы это ни казалось удивительным. Георгий Ременко, автор книги «У истоков прекрасного», пишет: «Молдавская керамика украшена орнаментами разной формы, но самым, пожалуй, распространенным декоративным элементом является спираль, волнистая линия. Странно, но этот элемент часто встречается и на глиняных сосудах Трипольской культуры. В наших краях он сохранялся на протяжении тысячелетий, прочно укоренившись в молдавской средневековой керамике, и выстоял до сегодняшнего дня».

Рассказывая об интересе своих учеников к истории, Валентина Ивановна показала Студенту краеведческую работу Людмилы Кишка (ныне уже окончившей исторический факультет), посвященную соседнему селу Ротар. Кстати говоря, роатэ – по-молдавски «колесо». Не самопрялки ли? Значительная часть сведений, приведенных в исследовании, ранее нигде не публиковалась – в Интернете этого просто нет. Учись, Студент! Пришлось незаметно кое-что у Людмилы Кишка «сплагиатить» и опубликовать. Безнравственно, а что делать! Очень понравилось про долину близ села Ротар под названием «Валя Кынтий». Раньше, пишет автор, в долине рос лес, который вырубили в тридцатых годах прошлого века. Там был и родник. Когда ротаряне шли с работы, часто останавливались у родника, отдыхали, пели песни. Это вошло в традицию. «По вечерам часто были слышны на всю долину протяжные, иногда грустные, но в то же время удивительно загадочные и сильные голоса местных крестьян». С тех пор и стали называть долину «Валя Кынтий» – «Долина Песни». Вот так. А Студент, в силу поверхностного знания языка, перевел: «Валя поет».

Недалеко от села Ротар в лесу есть озеро. Когда-то, ещё при местном помещике, на берегу стояла беседка, здесь отдыхали графы (не путать с графами бюджета) и графини. Как сообщается автором ученической работы, ныне добраться к озеру не так-то легко – «непроходимая лесная чаща может сбить с толку даже местного жителя». У озера много разбросанных камней. По легенде, здесь спрятано сокровище, зарытое бежавшими за границу помещиками.

Что и говорить, не стоит приднестровское село без легенды про «золотую карету». Но, думается, что куда больший клад – сами легенды, эхо давно минувших или даже никогда не имевших места событий, отраженных народной фантазией, образным мышлением… И пусть крутится, поет колесо, тянется, тянется нить…

Николай Феч.

Фото автора и М. Железняка.

Предыдущая статья
Следующая статья

Другие статьи

Новые статьи

Архив