2.4 C
Тирасполь

Кайф?

Популярное за неделю

Интервью с отступившим от края

Знакомство с этим человеком началось с его визита в редакцию нашей газеты. Он принёс письмо своего брата, отбывающего срок за распространение наркотических средств. Визитёр тоже побывал в местах лишения свободы. Проходил он по одному делу с братом, которого, как оказалось, сам же и сделал наркоманом…

Если честно, то при первом же знакомстве с «героем» этого повествования чувствовался какой-то подвох. Он не производил впечатления наркомана со стажем, а тем более побывавшего за колючей проволокой. Это был обычный человек, а умению излагать свои мысли могли бы позавидовать и некоторые люди публичных профессий. А что ещё обращало на себя внимание, так это отсутствие в речи нецензурщины, которая и у «статусных» граждан частенько вылетает в качестве слов-паразитов.

И ещё на моё предложение изменить фамилии и имена собеседник ответил отказом и заявил: «О нас с Геной должны знать, чтобы не повторить нашу судьбу».

Оба они не представители низов общества. Как признался Сергей Вишневский (повторюсь, он сам попросил не изменять ни фамилию, ни имя), он был вполне успешным человеком. У него были семья, квартира, автомобиль, свой бизнес и уважение в родной Каменке. И всё он потерял всего за два года. Чего не хватало? Опять же, по собственному его признанию, остроты ощущений. Уход в ареальность в данном случае был не бегством от жестокой окружающей реальности, а наоборот, по словам Сергея, средством от скуки, порождённой сытостью. Проще говоря, хотелось наслаждения. «Когда позже я анализировал, как дошёл до самого края, то пришёл к выводу, что как раз от слишком хорошей жизни», – рассказывает бывший успешный бизнесмен. «Появились наркотики, которые первоначально скрашивали мою жизнь, а затем я и не заметил, как пристрастился. Неделя… Вторая… А на третью я уже стал искать, где бы взять очередную дозу. И понеслось… Сначала была психологическая зависимость. Затем она переросла в физическую. Началась ломка», – вспоминает Сергей. Попутно страдал бизнес, а, следовательно, всё сложнее было находить средства для приобретения героина. Перешёл на более дешёвые смеси. «Наша фирма стала терять клиентов. Начал обманывать. Это ведь обман, когда у человека берёшь деньги на производство мебели, а тратишь их на наркотики. Конечно же, я слово держал. Но заказ выполнял не через три недели, как обещал, а через два месяца», – говорит Сергей.

Через всю нашу беседу рефреном проходило: неправы утверждающие, что «спрыгнуть с иглы» просто. Точно так же думал и брат Сергея Геннадий. «Брат пытался меня вытянуть, но настал момент, когда он тоже стал употреблять. Я ему тогда говорил: «Посмотри, кем я был и кем стал», на что он мне отвечал: «Да что ты, Серёга, я в любой момент смогу бросить». Сергей говорит, что, осознавая в какую пропасть попал, несмотря на «ломку», пытался «завязать». Тогда не вышло, продержался три с половиной месяца, а потом, снова попробовав, покатился ещё дальше…

То, что он пережил вместе с братом, должно стать антипримером для молодёжи, которая ради любопытства, пользуясь очень сомнительным принципом: «Надо в жизни попробовать всё!», готова «подсесть» и на иглу. Повторимся, братья Вишневские были не из низов общества, но, потеряв всё, свалились туда очень быстро. Газета «Приднестровье» уже заручилась согласием старшего Сергея провести лекции в школах, техникумах, колледжах и вузах. От кого ещё узнаешь, чем чревато испытать наркотический «кайф»? Возможно, что присоединится и Геннадий, который тоже может выйти на свободу по условно-досрочному освобождению.

Но вернёмся к нашему «герою». Со временем денег перестало хватать, и от него отвернулся весь прежний круг знакомых, с которыми он делил «кайф». «Все, с кем я тогда контактировал, это были люди без будущего. Когда у меня были финансы, они были со мной. Мы могли тогда пойти купить наркотики и все вместе это употребить. Потом такой возможности у меня не стало, поэтому никто уже вокруг меня особо не крутился», – рассказывает Сергей.

Он дошёл до края, когда уже жить не хотелось. «Я продал квартиру. Родительский дом стоял в запустении, туда и перебрался. Сидел там и думал, что будущего у меня нет. У меня ещё тогда был автомобиль. И я стал гонять, как сумасшедший. Разгонял машину до 200 километров в час. Думал, может, колесо где-то лопнет или еще что случится на такой скорости. Благо, что никого не задавил. Я искал смерти. Я стал противен сам себе», – откровенничает собеседник.

Затем, исходя из его собственных слов, он пришёл к выводу, что можно покончить с собой, постепенно увеличивая дозу. Дошёл до предела. «Я начал брать большие дозы героиновой смеси. То, что могло убить пятерых, меня просто «колыхнуло». Даже сознание не потерял», – рассказал Сергей. В итоге его с братом взяли на такой же слоновьей дозе. Сказать, был ли факт попытки продажи зелья, или же Вишневские собирались употребить в тесной компании, сегодня уже трудно.

Он также против и легализации лёгких наркотиков. По его мнению, легализовать не стоит, а вот смягчить наказание за их употребление надо до условного. И тут же повторился, что разница между употреблением и распространением заключается в количестве изъятых граммов. В России, например, размеры по лёгким наркотикам в разы меньше, нежели у нас в Приднестровье.

Сергей рассказал, что обращался по поводу смягчения норм права, направленных против незаконного оборота наркотических средств, в разные властные инстанции. Говорит, что относятся с пониманием, обещают, что внесут на обсуждение соответствующие изменения в законодательство.

Сетуя на несправедливость нынешнего положения вещей, Сергей тем не менее признался, что пребывание в местах лишения свободы позволило ему избавиться раз и навсегда от наркомании. Готов в том же ручаться и за брата. Обмолвился, что есть желание возродить и мебельный бизнес. А ещё он готов взять на себя и общественную нагрузку – помочь в организации реабилитационного центра для наркоманов.

Он искренне считает, что они не совсем пропащие для социума люди. «Да, наркоман – человек, преступивший закон с одной стороны, но с другой, он – больной. Его надо остановить. Предупредить об ответственности. Если он второй раз наступил на те же грабли, тогда по всей жёсткости. Значит, его такая жизнь устраивает, – заметил Сергей. – У нас нет ни одного реабилитационного центра. Кто-то туда пошёл бы добровольно, но кого-то надо вести принудительно для его же блага. Почему у нас всё построено на репрессивной системе?».

Этот вопрос оставляем незакрытым. Не ошибёмся, если последуют письма и реплики в соцсетях и «пабликах» вдогонку. Мы подняли проблему. И не одну…

Кирилл Нефёдов.

Другие статьи

Новые статьи