25.8 C
Тирасполь

«Эй, кто-нибудь!», или Спектакль о главном

Популярное за неделю

Татьяна Астахова-Синхани
Татьяна Астахова-Синханиhttps://pridnestrovie-daily.net/
Сочинять люблю с детства. Сначала - истории-рассказы, в подростковом возрасте – стихи, теперь настоящие статьи для настоящей газеты. А начиналось все в Тирасполе, где мы с братом и родились, в семье добрых и начитанных родителей. Была школа, которую не любила из-за того, что не умела быть ни «подлизой», ни гибко прогибающейся под школьные не всегда нужные правила и законы, когда все должны были быть «одинаковыми». Я такой не была, хотя бы потому что оказалась левшой. Меня «переучивали». Потом был экономический факультет кишиневского университета, потому что с математикой было терпимо. Но первый же курс дал понять, что экономика не мое. И таившаяся мечта о журналистике именно тогда вырвалась наружу. Экономический брошен, я поступила на журфак в МолдГУ. Это был 1997-й год. Отличное время началось, мое настоящее студенчество. Свобода выражения, свобода выбора, интересные педагоги и интересные одногруппники. Разговоры, дискуссии, планы и амбиции. На втором курсе уже принята в штат газеты «Молодежь Молдавии». Позже печатаюсь во многих газетах Кишинева, пробую свои силы и нахожу открытые двери. Защищаю дипломную работу на тему «Театральная рецензия» на балл «10». Возвращаюсь в Тирасполь из-за «тоски по Родине», из желания быть рядом с родителями и жить у себя дома. Работаю в газете «Караван», из декрета выхожу в газету «Приднестровье», где и тружусь с удовольствием по сей день. Кишинев вспоминаю, как трамплин, подаривший уверенность в себя как в автора. Пишу обо всем, что кажется любопытным: от социальных тем до культуры. Люблю рисовать образы, портреты. Своей любимой и придуманной мной когда-то рубрикой считаю «Личное отношение». Мечтаю издать книгу. Детскую. Потому что очень люблю детей. А лучший мой материал, конечно, еще не написан. Мне есть, что сказать этому миру

Был солнечный день самой середины мая. Такой яркий, утопающий в зелени, с высоким, почти бескрайним небом, что, казалось, в разгаре самое лучшее на земле лето. И именно тогда я приехала в особенный город нашей республики.
С особой атмосферой и словно бы особыми, более отзывчивыми и открытыми, чем где-либо, людьми.


Бендеры в этот субботний день, плавно переходящий в вечер, были еще более хороши и притягательны, чем обычно. В обновленном сквере у работающих фонтанов веселилась ребятня, а их родители и дедушки с бабушками, устроившись на современных скамейках, размеренно беседовали. Хотелось остановить мгновение, остановить время, потому что оно было наполнено обычным человеческим счастьем, которое, как известно, в моментах. А еще – ожиданием праздника. Предвкушением. Потому что приехала я на премьерный спектакль народного драматического театра ДК им. Ткаченко.

До начала представления оставалось минут 20. Прийти заранее – значит смаковать праздник с самой первой секунды. Наблюдать за людьми, которые вот-вот станут зрителями, очевидцами истории, вовлеченными в нее рассказчиками со сцены. Настроиться на нужный лад, чтобы потом быть с осветителями, звуковиками, оформителями сцены, режиссером и актерами в одном потоке. Так, за 20 минут до представления в совершенно новом зрительном зале ДК им. Ткаченко уже собралось порядка 200 человек, но люди не переставали прибывать. Среди них были и совсем юные любители театра, и те, кто пришел на первый в своей жизни спектакль, и маститые театралы солидного возраста, привыкшие к тому, что в театр нужно отправляться в самых торжественных нарядах. Заняв места в зале, они принимались расхваливать невероятной красоты люстры, как в оперном театре, и рассматривать сцену. На которой еще не было актеров, но история, тем не менее, уже началась. Потому что здесь, в самом центре ее, стояла клетка. Оттолкнувшись от которой и даже не зная, о чем пьеса, можно было легко запустить фантазию, представить, как вот-вот история оживет и наполнится самыми разными красками.

За прутьями клетки, а точнее, как станет ясно позже, в камере провинциальной тюрьмы, на полу лежит парень. Он беспокойно спит. Вдруг появляется девушка, пугливо подходит к клетке, присматривается к арестанту, понимает, что он избит. Поит парня, заботливо приподняв ему голову. Так начинается спектакль. Парень просыпается, когда девушки уже нет рядом. Встает, щупает раненую голову, начинает быстро и нервно ходить по камере. Оглядывается и кричит: «Эй, кто-нибудь!». На крик приходит уже знакомая зрителям девушка, это кухарка Эмили, которая работает в тюрьме. Она сообщает арестанту, за что он очутился в заточении. И что ему грозит. Находясь в одном замкнутом пространстве, встретившись здесь волею судеб, два человека, он и она, рассказывают друг другу о себе, о своей жизни, о бедах и несчастьях. А главное – о щемящем душу одиночестве. Ощущении полной ненужности.

Он бродяга, повсюду ищет удачу. Работа – это не для него, но и везением парень похвастать не может. Она живет с отцом, который обижает ее, отнимает все заработанные деньги. Эта недолюбленность объединяет молодых людей, сближает их. Но, помимо этого, она, безусловно, добра, а он, безусловно, не лишен благородных порывов. Они успевают понравиться друг другу и даже выстроить планы на будущее: бежать вместе в Сан-Франциско. А там зажить уже по-другому, счастливо. Но их планам не суждено сбыться. Счастливого конца не будет. Впрочем, его не будет в общепринятом понимании. Парень погибает, а девушка снова остается одна. Но он уже не боится смерти, ведь испытал самое главное чувство на земле. И любовь сделала его лучше. Лучшей версией себя… «Люди везде одинаковые, – обращается парень к Эмили. – Другими они становятся, только когда кого-нибудь любят. Только это и меняет людей. …Человек готов пойти на смерть и всё же считать себя счастливцем».

Психологическая драма по пьесе «Эй, кто-нибудь!» американского автора Уильяма Сарояна – о любви и свободе. Много лет назад, еще в советские годы, пьеса ставилась на этой сцене этим же народным театром, но, разумеется, с другим актерским составом.

Сегодня в ней заняты Сергей Вокуловский, Ольга Доброхотова и Сергей Паничев. Режиссура получилась совместной, каждый внес свою лепту. Что касается актерской игры, Ольга Доброхотова в роли неуверенной в себе, замкнутой девушки весьма убедительна. Зажатость ее чувствуется во всем: в манере держаться, по-особенному заламывать руки, говорить, смотреть. Не получив тепла от родителей, не услышав доброго слова от окружающих, она чувствует себя никчемной, не заслуживающей любви. И потому красивая в реальной жизни актриса, играющая ее, на сцене кажется обычной девушкой, одной из многих. Сергея Вокуловского зрители увидят в роли парня. Увидят, как он мечется в самом начале спектакля, как он весь словно напружинен. И как меняются его поведение, мимика и даже тембр голоса, когда ему удается рассмотреть в девушке ту единственную. Лицо героя перестает быть напряженным. И, кажется, теперь ему уже ничего не страшно. «Он всю жизнь гонялся за удачей, за деньгами… Но после того, как полюбил, прозрел, освободился. Чувство сделало его более искренним и настоящим, – делится Сергей Вокуловский. – Попав в реальную тюрьму, так и не выйдя из нее, он, наконец, чувствует себя свободным, потому что влюбляется. И хоть девушка на воле, сознание ее – в тюрьме. Она заложница страха, сомнений, неблагополучных родителей и всего того, что система уготовила для каждого из нас. И оба они жертвы навязанных им ошибочных идеологий. Решетка в спектакле символична. Но я здесь вижу, в первую очередь, тюрьму сознания».

«Эй, кто-нибудь!» в постановке народного драматического театра отличает минимализм в декорациях. Из них – лишь клетка и задник с периодически оживающим изображением океана. Здесь и не нужен лишний антураж, он отвлек бы от самой истории и актерской игры, которая самодостаточно рисует образы персонажей. Верно подобранная атмосферная музыка и световое решение спектакля создают атмосферу, которая притягивает, «держит» зрителя. Представление длится почти час, а смотрится на одном дыхании. И в памяти потом надолго остаются слова, пожалуй, о самом главном: «Всегда надо иметь кого-то рядом – и зимой, когда холодно, и весной, когда кругом так нарядно, и летом, когда так хорошо и жарко и можно купаться; в любую пору года, в дождь и в снег, в любую погоду – всегда человек должен иметь кого-то, кто шел бы с ним рядом до самой смерти. Всегда надо иметь хорошего человека. Такого, чтобы он знал тебя долгие годы. Всегда надо иметь кого-то, кто, даже зная, что ты плохой, всё равно любит тебя. Я знаю, что я плохой, но тут я ничего не могу поделать. А если ты пойдешь со мной, я буду самым хорошим человеком. Я перестану быть дурным». И ты веришь ему. Проживаешь вместе с героями спектакля их жизни и очень, до последнего надеешься на счастливый конец. А когда на сцене все-таки звучит выстрел, невольно вздрагиваешь. Потому что за этот час успел испытать целый спектр эмоций по отношению к героям: пожалеть, понять, поверить в них, влюбиться.

…Спектакль закончился. А я все еще сидела неподвижно, не замечая, что зал аплодирует. Потому что все еще была погружена в только что рассказанную талантливыми актерами историю. И размышляла о том, что у каждого из нас своя тюрьма. И у меня тоже. И у вас. Для одного тюрьмой стали его неверные убеждения, для другого – навязанные обществом стереотипы, для третьего – само общество, осуждающее всех и вся… И только зрительские крики «браво!» вернули меня в зал. Актерам, вышедшим на поклон, несли охапки красных пионов. Зрители, аплодируя, встали с кресел, благодарили актеров стоя. Это был абсолютный успех. В этот весенний вечер в этом мирном городе, в уютном зале ДК им. Ткаченко случилось настоящее откровение, доверительный разговор о важном. О внутренней свободе, о целительной силе любви, о том, что оказывается по-настоящему важным для человека в его последнюю минуту жизни. Не деньги, не успех, не даже мировая справедливость. А лишь она – любовь. Привязанность к одному вполне конкретному человеку, с которым захочется шагать по жизни и зимой, и летом, до самого конца… И этот, бывший в самом начале для тебя просто «кто-нибудь», станет вдруг единственно важным и единственно нужным. С неповторимыми чертами лица, мягким голосом, открытой улыбкой и морщинками в уголках глаз…

P.S. Сегодня у нас с вами появилось еще одно место, куда можно прийти
в поисках ответов на самые важные вопросы в жизни, в поисках себя самого. Место, где не боятся говорить со зрителями откровенно, доверительно и порой на довольно острые темы. Уважая историю народного драматического театра ДК им. Ткаченко, имея за плечами немалый профессиональный опыт, эти люди готовы дать прежнему месту новую жизнь, лихо закрутить новый виток в его развитии.

Народному драматическому театру этой осенью исполнится 77 лет. Он претерпел за эти годы одно перерождение за другим. Сегодня в его жизни новая светлая полоса. Отличный современный зал, а главное – костяк творческих людей, выгодно отличающихся ревностным отношением к выбранному когда-то делу. Планов у коллектива много. Но они не любят лишний раз говорить об этом, они уже в процессе, они уже в пути. И если первый спектакль, поставленный новым составом народного драматического театра, имел такой успех, то не терпится узнать, что будет дальше. Убеждена, что, анонсируя следующую свою постановку, коллективу театра не придется восклицать: «Эй, кто-нибудь!». Зрители уже в нетерпении ожидают «отмашки».


Татьяна Астахова-Синхани, г. Бендеры

Фото Андрея Верническо.

Предыдущая статьяВыпускные и линейки. Можно!
Следующая статьяИ всё же меньше

Другие статьи

Новые статьи