27 C
Тирасполь

География греческой кухни

Популярное за неделю

…или как автор пытается развенчать мифы Древней Греции за двадцать минут

В Лептокарии сиеста длится гораздо дольше положенных трех часов. Такое впечатление, что размеренный «расслабон» в этом небольшом городке на 4 тысячи жителей длится с раннего утра до позднего вечера. И так бы он и блаженствовал в своем послеобеденном сне, если бы не исключительное расположение: с одной стороны Лептокарии побережье Эгейского моря, а с другой – гора Олимп, божественное общежитие. Вот он где спрятался, громовержец. Тогда причем тут Афины, до которых отсюда ехать и ехать?


География преподнесла грекам все на блюдечке с голубой каемочкой. Именно поэтому они недоумевают, когда мы суетимся. В отеле, где мы остановились, не было ни полотенец, ни мыла, ни туалетной бумаги, ни даже шторки в душевой – душ можно принимать в любой ее части. Зато с балкона открывался великолепный вид на Олимп, которому бы даже сам Зевс позавидовал.

Мы отправились перекусить в ближайшую закусочную, а раз мы в Греции, то зачем отказываться от гироса? Это классическое национальное блюдо: кусочки мяса, картошки фри, помидоров и лука, все в лепешке-пите. Тривиально, но самую обыкновенную гречку испортить легче, чем какую-нибудь лазанью. Гирос получился неплохим (то ли мы просто проголодались после суток в автобусе), но в нем не было дзадзики – традиционного соуса из греческого йогурта, огурца, чеснока и соли. Возможно, нам пришлось довольствоваться горчицей и кетчупом потому, что готовил его нам учтивый иорданец, который вообще-то студент, а сюда приехал на лето подработать. Что ж, «тройка» за гирос, и красного диплома ему не видать.

Приезжать в такие места перед началом сезона, в середине мая, – божья благодать. На море немного народу, вода не самая теплая, но очень соленая. Это с лихвой восполняет невозможность часами плескаться в ожидании, что Посейдону надоест беспечный приднестровец, приехавший за тысячу километров, чтобы побарахтаться на пляже. Ну или наступить на морского ежа, которого древнегреческий бог послал на берег в качестве шпиона за вашими пятками.

Ближе к концу мая на побережье стало людно – это место обожают поляки. Тем временем мы вели ленивую беседу с барменом Григориосом. Он спросил, откуда я, и слово «Тирасполь» поменяло его выражение лица с безразличной сиесты на гордое рвение к победе. Конечно, он футбольный фанат.

– Вы выиграли у «Реала», и не только у «Реала», вы молодцы.

– Да, Атанасиадис – отличный вратарь, думаю, у него впереди блестящая карьера.

– Он не просто отличный, он был лучшим в матче с «Реалом», – греческий Гриша говорит с таким придыханием, будто футболист повторил один из подвигов Геракла. – Я бы посмотрел на «Шериф» в матче с нашим ПАОКом, даже к вам бы прилетел.

Я хотел добавить «если бы тебе вдруг не стало лень», но не стал. Он рассказал, что по вторникам в Лептокарию приезжает рынок, где можно дешево купить овощи, и он был чертовски прав.

Фета, помидоры и огурцы, оливки, клубника – это в Греции очень вкусно, а томаты действительно пахнут томатами и не отдают стеклом. На рынке куча подростков и молодежи – видимо, скоро и у нас среди зумеров появится мода ходить на базар. Зато колбасы, полуфабрикаты, консервы и хлеб греки делать фатально не умеют. Яйца, курица, мясо – дорого и дефицитно. Если поедете в Грецию, станьте на время вегетарианцами, мой вам совет.

На рынке торгуют фермеры из близлежащих сел – они буквально отвоевали улицу, что выше вокзала, под это дело. «Местным властям вздумалось перенести наше место в парк, – говорит оливковый олигарх из пригорода Йоанна. – Все были категорически против и в знак протеста приехали в очередной вторник без продуктов. Пусть все об этом знают, пусть об этом напишут в прессе, решили мы, и через неделю нам вернули нашу улицу». Торжество демократии, не иначе.

Назло Зевсу мы поехали в Метеоры – скалы, на которых расположены монастыри, первые построили еще в X веке. Сначала монахи преспокойно себе жили, но через триста лет сюда добрались крестоносцы и турки, которым нужно было властвовать и доминировать. А через тысячу лет место крестоносцев и турков заняли куда более опасные группировки – туристы и торговцы. Нас завезли в церковный магазин у подножия одного из монастырей. Продавец Владимир предлагал купить иконы, кроме того, в магазине был широкий выбор копий брендовых духов и чашек со знаками зодиака. Позднее мы выяснили, что Владимир не слишком-то грек, а родом из Кишинева. Среди тех, кто купил икону в его магазине, провели розыгрыш призов, и один из наших попутчиков выиграл открывашку для пивных бутылок. Можно я не буду это комментировать?

Вход в монастыри Метеоров стоил три евро за каждый. В одном из них мы решили провести эксперимент и сказали, что у нас нет трех евро. Нас не пустили. Может, мое первое впечатление ошибочно, но греческое православие ассоциируется у меня не с запахом ладана, а с запахом коммерции.

Виды в Фессалии изумительные. Природе всегда удается удивить человека, а вот человеку удивить природу практически нечем.

Ну, разве гиросом с отвратительно замаринованным мясом, который мы попробовали в Каламбаке, возвращаясь обратно. Хозяин лавки принял нас за сербов (но это не повод кормить нас испорченной курицей!), а после этого перекуса я почувствовал, что Метеоры могут проснуться в каждом из нас.

На обратном пути Зевс нам отомстил: автобус сломался в забытом Богом селе Кипаки, где из досуга только и было, что автомастерская и магазин. Хитрая гречанка мигом поняла, что это праздничный день для их села, куда туристы заглянули впервые в истории, и в знак благодарности взвинтила цены на обычную воду в два раза, продавая нам ее с милой улыбкой и традиционным пожеланием «калимера», что обозначает «хорошего дня». Так-то в любом греческом кафе ты можешь попросить воду вообще бесплатно.

Через Лептокарию проходит скорый поезд «Салоники-Лариса». Город с именем усталой бухгалтерши манил нас своей поэзией. В путеводителях про него писали, что в нем полно зелени, но когда мы приехали, то вспомнили некоторые летние тираспольские улицы – ни о каких деревьях и теньке там не было и речи.

Отправились посмотреть на античный театр III века до нашей эры – он здорово сохранился, но там вовсю шуровал экскаватор.

В Ларисе та же дурацкая мода на кофейни на каждом углу, что и у нас. Кофе делают отвратительный – в ларьке у нас на Западном он в десять раз дешевле и вкуснее. Что до гироса – он оказался неплох, но суховат. Мы снова не нашли то, что искали.
В номере отеля сидеть особо не хотелось, потому как уже на второй день нашими соседями по кухне стала многодетная семья из нескольких тысяч муравьев. Ия, хозяйка отеля, на претензии постояльцев по поводу муравьиного погрома с белоснежной улыбкой отвечала «калимера». Она пару дней как покрасила волосы в блондинистый цвет и была этим очень довольна. У гречанок фетиш на светлые оттенки волос – волею судьбы они почти все брюнетки.

Интернет в Греции развит чуть более, чем никак, поэтому там читают газеты. Костас, помогавший мне с местным вай-фаем, тоже оказался футбольным болельщиком. «Коловос – суперталант, почти как Месси, но зачем он ушел из «Шерифа» в турецкий чемпионат? Это ужасный поступок». Греки безупречно индифферентны к политике, если только речь не заходит о Турции. Впрочем, в туризме они что-то не рвутся обогнать Анталию с ее ломящимися от яств отелями. В Элладе крупно нарезают овощи и фету, ставят все это на стол, с гордостью говоря: «Натурпродукт!». И они правы. Впрочем, оливковое масло, вопреки мифам, у них ни разу не дешевое.

Что-то не заметил я в Костасе, как и других местных жителях, величавости от осознания преемственности древнегреческой культуры. Я решил было поумничать и спросить у него об Аристофане – он решил, что речь идет о футболисте. Ага, он скоро перейдет в «Шериф», съязвил я. Как и Гиппократ с Софоклом, а Аристотель составит пару Платону в нападении.

Быть начитанным не такое уж и достижение, и даже если вы осилите все тома «В поисках утраченного времени» Пруста, вам вряд ли поставят прижизненный памятник. Гораздо важнее находиться в гармонии, которая для греков есть синоним жизни. В Лептокарии безумно красивые улицы: в каждом дворе – море цветов! Орхидеи у них растут со скоростью звука, а магнолия пахнет, как рай на Земле.

Салоники – полная противоположность маленькому городку. Это красивый и шумный портовый город с красивым видом на залив, Белой башней, которая вовсе не белая, и памятником Александру Македонскому. Он и здесь делает несколько дел одновременно: скачет на коне и безуспешно пытается составить конкуренцию в выправке нашему Суворову. Именно в Салониках мы дошли до самой сути и попробовали идеальный гирос с идеальными пропорциями, даже без намека на жирный бекон. Но, к сожалению, «калимера» пожилого повара стало последним в этом путешествии: уже спустя час автобус мчал нас к болгарской границе.


Андрей КАФИТУЛОВ.

Фото автора.

Предыдущая статьяЛинии, текстуры, отражения…
Следующая статьяМечи или орала?

Другие статьи

Новые статьи