Отец нашего героя в молодости был большим поклонником поэзии Велимира Хлебникова. Любимое стихотворение: «Гонимый – кем, почём я знаю? //Вопросом: поцелуев в жизни сколько? //Румынкой, дочерью Дуная, //Иль песнью лет про прелесть польки». Женившись, мужчина назвал сына Велимиром. Имя исконно славянское, редкое, со смыслом, да и память о «будетлянине», «наибольшем мировом поэте двадцатого века».
Древние говорили: nomen est omen (имя это знамение). Велимир рос в полном соответствии с проложенным вектором. Не то чтобы в тени гения, но, скажем так, под благотворным его влиянием. Сам писать стихи и не пробовал, считая, что этим должны заниматься «настоящие». Велимир Второй, иными словами, всегда чётко сознавал дистанцию между собой и любимцами звёзд. Но это не значит, что он совсем отказался от какой-либо поэтической деятельности. Со школьной скамьи увлекался велоспортом. Закономерно товарищи стали называть его «Веломиром».
Так, на велосипеде, он покорял вполне конкретную физическую дистанцию, оставаясь, однако, достаточно тонкой поэтической натурой. О двухколёсном друге заботился, как о «поэме», как о «венке сонетов». То есть всякий раз доводил до блеска, обслуживал, смазывал, уделял внимание каждой детали. Так незаметно сделался специалистом, потеснив на Олимпе штатного механика.
К моменту окончания школы про самый экологичный транспорт мой друг знал всё или почти всё. Но на веломехаников нигде не учили, и ему, просто чтобы была профессия, пришлось стать сапожником. Тут он, заметим, тоже весьма недурно проявил себя. Помните у Хлебникова: «О, если б ваши глаза //Блестели бы так, как голенище сапога».
А вот с девушками подтянутому, аккуратному парню как-то не везло. Всё дело в природной скромности, вот в этом самом чувстве дистанции. А может, в педантизме.
Хотелось, знаете ли, найти идеал; то есть чтобы относилась к велосипеду как стихотворению, а к стихотворению – как к велосипеду. Но это уже, понятно, редкость, если не сказать, случай небывалый. В итоге Велимир женился на той, к кому потянулось сердце. Увы, тут он несколько погорячился. Всё-таки поэзия, думаем, состоит не из одних эмоций. У Хлебникова очень силён математический склад, а Вознесенский и подавно был архитектором по специальности. Жена успела родить Велимиру сына, после чего ушла, посчитав веломастера не лучшей для себя партией.
Несмотря на то, что он, трудясь в мастерской крупного города, заработал на «двушку».
Большой город есть большой город. Расставшись с женой, Велимир вернулся на «милую малую». Естественно, он планировал делать то, что лучше всего умел. Но тут выяснилось, что, ремонтируя велики, не проживёшь. Как ни парадоксально, но именно провинциалы стараются всюду ездить на автомобилях, даже когда от дома до магазина, работы или школы рукой подать. Что ж, значит, с парковками дело пока обстоит не так плохо.
Понимая, что надо как-то расширять клиентуру, Велимир пошёл устраиваться в сеть магазинов бытовой техники, где продавали велосипеды. Их привозили в разобранном состоянии, и, следовательно, требовался более или менее толковый сборщик. Желательно – более.
Лучше Велимира не найти. На собеседовании горячо приветствовали кандидатуру и даже, в порядке тестового задания, не поручили что-нибудь для наглядности собрать.
Но честно предупредили: мастер, пусть и с весьма скромной заработной платой, понадобится только в сезон. А пока… пока нужен грузчик. Вот такая нехитрая математика; зазря деньги платить никто не станет. Хотя вообще странно. Представьте: вам в ресторан требуется пианист. Он приходит, первоклассный, окончивший консерваторию, а вы говорите: «…но в свободное время нужно будет ещё помыть посуду, скатерти поменять».
Короче, не испугавшись трудностей и, соответственно, едва не надорвав спину, таская все эти холодильники-морозильники, Велимир быстро охладел. Работодателю он «сделал ручкой», пожелав в сезон дождаться вело-Золушку, и был таков. Его не удерживали. Похоже, качество сборки там мало кого интересует. А впрочем, сезон – это ещё когда будет!.. Найдётся какой-нибудь простак.
Велимир же вновь стал свободным художником. В порядке запоздалого искушения появилась мысль открыть собственный магазин. Вот и название напрашивается.
Эксклюзив! Выдумывать ничего не надо. Заболев сей мыслью, он ночь напролёт не смыкал глаз. А к утру понял: нет, не получится. Начать с названия. Люди будут думать, что «Велимир» – это какой-то испорченный, неправильный «веломир». А «веломиров» наверняка хватает. И опять-таки, легко сказать: магазин. А что продавать? Продавать китайский ширпотреб рука не поднимется (ремонтировать – тоже). А хорошие аппараты далеко не каждому по карману. Хорошие, фирменные, если кто не в курсе, по цене как автомобиль. Невестам на заметку: если вы видите человека на велосипеде, это вовсе не значит, что он беден. Сначала запишите марку, попробуйте разобраться…
Он всё же рискнул, открыл если не «Велимир», то велобутик или велолавку. Не сказать, что приносит большой доход. Но там, заведя постоянную клиентуру, наш герой познакомился с одной скромной, весьма привлекательной велобарышней. Их велороман продолжается. Тьфу-тьфу, чтоб не сглазить. Как говорят в народе, будем посмотреть.
Пётр Васин.
Фото: www.ya.ru
Газета №165 (7791) от 6 сентября 2025 г.