24.8 C
Тирасполь
Воскресенье, 14 августа, 2022

География греческой кухни …или какое главное различие между жителями Эллады и Приднестровья

Популярное за неделю

«Дорогая Ия! Имя ваше звучно и навевает самые поэтические мотивы. Я вспоминаю о древнегреческой мифологии и бедняжке Ио, в которую влюбился Зевс, а чтобы скрыть эту связь от своей ревнивой жены Геры, он превратил Ио в корову. Скорее всего, поэтому в Греции так сложно с говядиной, а та, что есть, напоминает по вкусу кошачий корм с маркировкой «для стерилизованных животных».


Впрочем, ваш отель по части еды превзошел сам себя. Предыдущие клиенты пели вам дифирамбы: дескать, на завтрак вы потчуете постояльцев вареными яйцами и сыром, который, судя по всему, берете в магазине с полки для бедных людей. Вы решили восполнить эти пробелы в рационе: теперь завтраков нет вообще, за что мы вам премного благодарны, как и за то, что в нашем номере из посуды оказались кастрюля и десертный нож.

Фотографии вашего отеля, что вы выложили на своей странице в Интернете, поразительно контрастируют: будто апостол Петр по ошибке направил тебя в сторону от райских ворот, и я попал в пансионат «Сударыня». У вас не работает обещанный гриль, а облупленный бассейн вполне подойдет под выгребную яму. С голодухи я решил было попробовать апельсины с деревьев на вашей территории – кислые и пресные, не советую.

Я также был поражен качеством уборки, которую вы выполняете в номерах. Я сосчитал количество песчинок на полу и муравьев в шкафу, и оно осталось неизменным, а грязные разводы на плитке заиграли всеми красками солнца. Но вы заправили постель! Я решил взять с вас пример и убираться у себя дома подобным образом. И что же? От меня ушла жена, отвернулись дети, перестали здороваться со мной родственники. Они советуют мне, чтобы я проваливал в свою Грецию.

При этом каждое утро вы улыбаетесь мне, как и каждому проходящему мимо вас, так широко, будто влюбились в меня с первого взгляда, и говорите это дурацкое «калимера»! Так вот что я думаю о вас на самом деле…».

Я решил не заканчивать и не оставлять это письмо администраторше наших хором, поскольку, уверен, она бы даже не прочла его. Зато на первом этаже какой-то румын написал свое «фе» прямо на доске объявлений: что-то о том, что нас обманывают и с нас всех незаконно взяли на 5 евро больше в свой карман. Объявление даже не снимали. Нам есть чему поучиться у греков. Им совершенно безразлично ваше и чье-либо мнение о них!

Много позже, когда мы с радостью и светом в душе выезжали из этого филиала чистилища на Земле, встретили заселяющуюся группу. Женщина из Фалешт приехала сюда с матерью и наивно поинтересовалась, работает ли в комнате кондиционер. Я лишь нервно рассмеялся, вытирая пот со лба.

Поднять настроение в Лептокарии можно сладким. В городе какой-то бум на сладкую выпечку. Как-то мы купили что-то похожее на сладкие вертуты, и их вкус отправил нас к воспоминаниям детства. Такие вертуты с жидким сахарно-крахмальным клейстером внутри готовили на уроках труда в пятом классе наши девочки. Это что-то вроде первой любви: впечатления весьма смутные и боль в животе.

Пожалуй, перестану ворчать и скажу о лавке, где было действительно вкусно. Это местная мороженщица. У нее просто какое-то летнее безумие на прилавке и в холодильнике. Представьте: трубочка мороженого, обернутая пахлавой, и все это пропитано медом. По описанию кажется, что в одном месте может слипнуться, но на вкус действительно сказочно. На это яство многие и «подсели». Даже подумалось, что можно открыть собственное дело в Приднестровье. Впрочем, технология производства такого мороженого очень кропотливая, все же делается вручную, а без должной рекламы наш человек его покупать не станет.

Я как-то уже писал, что за рубежом не уделяют так много внимания рекламе, как у нас. В Германии, рекламируя что-то в Инстаграме, можно даже схлопотать штраф, а в Венгрии или на Балканах рекламные проспекты предлагают нам купить разве что и так всем известную «Кока-колу». О новых товарах в Лептокарии, да и во всей Греции, узнают по старинке: из уст в уста. Ну или через газету.

По этим и многим другим причинам меня всегда удивляет, как наш человек с томной пеленой на глазах мечтает жить в дальних странах. Ну, допустим, у вас будет хороший заработок и сносное жилье без муравьев в подарок. Но сможете ли вы привыкнуть – банально – к еде? К сомнительным тортеллини с прогорклым шпинатом или полувареным сухим фаршем внутри вместо наших старых добрых пельменей? К пиву, которое, сколько ни выпей, не пьянеешь (ах, вот они рекламные уловки – впору покупать целый ящик)? Мы не уделяем должного внимания тому, что у нас есть, а еду некоторые духовные личности вообще считают недостойной обсуждения. Просто попробуйте в корне изменить свой рацион на неделю, а затем посмотрите в зеркало. Отныне я убежден: салями «Альпийская» делает человека счастливым не менее, чем море и гора Олимп. В честь этого предлагаю нашим мясокомбинатам задуматься о производстве колбасы «Олимпийской». Даже слоган придумал: «Колбаса для тех, кто ставит рекорды». И сосиски с сыром «Аргонавты».

Еще немного об алкоголе. Символ Греции – метакса. Продается в каждом магазине и по самой разной цене – значит, и тут велик шанс попасть на подделку, так как об акцизах греки особо не пекутся. Как-то пробовал ее раньше – ну, такое, поэтому сейчас решил даже не смотреть в ее сторону. Это что-то среднее между коньяком, бренди и вином, но дело даже не в составе, а вот в чем.

Печальная история о споре греческой и китайской традиций (и победе приднестровской)

В тот день Миша Владов выплатил алименты, долг за телевизор, и был таков. На дворе стоял развеселый 1998-й, а в ларьке на Кирпичной Слободке можно было купить все: от тамагочи до игральных карт с обнаженными женщинами. Размер полученной премии туманил его мозг, тем более, что Володя Стожаровский, пропитчик из соседнего цеха, анонсировал интересного собеседника: его сестра вышла замуж за грека, и тот приехал посмотреть, как живут в Тирасполе.

Потому в ларьке выбор сразу пал на метаксу – товарищи были не лыком шиты и знали, что это греческая марка. Хоть метакса и продавалась в девяностые достаточно широко, для застолий ее покупали нечасто. Здесь решили пошиковать и произвести впечатление на зятя. Какой-то плюгавый перекупщик затаскивал в заднюю дверь ларька ящики с газировкой из своего дышащего на ладан «Жигуля». Он мечтал заработать на новую машину, но шайтан, охотящийся за человеческими мечтами, посчитал иначе: и сейчас, в 2022-м, тот с утра до вечера возится под ржавым капотом своей машины.

К метаксе взяли еще одно исключительное блюдо. На вид это были пельмени, но на упаковке были какие-то иероглифы. «Китайское блюдо!» – с удовлетворением заметил Володя. Он жил у церкви, куда грека и повели. Все порывались завести его в церковь (вы же тоже православные!). Он улыбался и отказывался.

На школьном английском Миша и Володя все допытывались у грека, сколько он зарабатывает, как у них в Греции с политикой, и когда они собираются решать проблему Северного Кипра. Тот только улыбался, но смурнел. Когда открыли метаксу, запах перебродившего малаештского вина заполнил самые темные уголки кухни. Грек выпил рюмку, но больше не притрагивался. Затем в ход пошли китайские пельмени.

Они оказались с рыбой и в томатном соусе. Миша и Володя давились, но закусывали, посчитав, что грек не любит китайскую кухню и вообще не очень-то разговорчив.

– Ты с ума сошел, Володя, какой он грек? – орала потом его сестра. – Я тебе тысячу раз сказала, что он из Турции и что не надо предлагать ему алкоголь, он непьющий!
Пару лет они не общались, но потом она развелась, вернулась и вышла замуж за Мишу, у которого это был уже третий брак.

– А вы откуда? – будто бы с не самыми лучшими намерениями обратился ко мне поляк у бара. Я ответил, что из Тирасполя.

– О, Тересполь! – оживился он. – И давно вы там живете?

В Польше есть такой город у границы с Беларусью, и он принял меня за белоруса. В копилку историй, когда меня принимают не за того, кто я есть на самом деле. Помню, как один араб пытался угадать мою национальность, а потом с расплывшейся улыбкой протянул: «А-а-а! Эсто-о-ония!». После этого я решил быть не столь медлительным и флегматичным.

Я объяснил поляку, что он ошибся, и он тут же понял, откуда я. Опять же, из-за футбола. Все же «Шериф» так нашумел в прошлом году, что теперь все знают, где находится Тирасполь. Поляк оказался несколько ворчливым, с красным крупным лицом, и в обоих пунктах мы сошлись. Он жаловался, что у немцев столько денег, что они могут приезжать на Эгейское море и жить прямо в дорогущих домах на колесах неделями на побережье. А мы должны жариться в автобусах…

Ну ничего, успокоил его я: «Знаете, чем жители Приднестровья отличаются от греков? У греков нет желания нравиться всем подряд. У нашего человека это желание есть, не скрою. Зато у приднестровцев нет комплексов».


Андрей КАФИТУЛОВ.

Фото автора.

Другие статьи

Новые статьи